Разлом. Том 2 (СИ)

— Оставь лирику для своих утех на сеновале. Переходи сразу к моменту ее исчезновения, — процедил я.
— Она ведь использовала меня все это время. Взглянет на меня своими красивыми глазищами, и я готов выполнить все, о чем она только попросит. Так и обошли мы третью часть севера. Не для завоеваний, нет. Ни монеты не получил за все время. Эли добросердечная, не позволяла грабить и убивать. «У этих людей и без тебя тяжелая доля. Оставь их, Кельвар» — говорила она каждый раз, когда я хотел пополнить свои карманы. Вместо этого она предупреждала людей о приближении войска Собислава, предлагала направиться к тебе в Рэйн. Так и бродили мы перед самым носом врага, рискуя попасть на крючок. Только не так глуп владыка Эдихарда, как может показаться. Натыкаясь на очередное селение, он видел тлеющие костры и ещё тёплые настилы. Понимал, что кто-то идёт на шаг впереди него. Вот и отправил гончих, проверить, кто смеет перечить воле Аваллона… Они шли за бунтарями, а наткнулись на мага, которого разыскивали годами. Ей на руки одели двимеритовые наручники и, открыв портал, растворились, будто их здесь никогда и не было…
— Перед исчезновением она что-нибудь сказала тебе?
— Да. Она велела отыскать тебя и передать, что…, - он нахмурился, дословно вспоминая слова женщины, и озвучил: — пришло время платить за добро добром.
Наш договор… Ну, Эли, не удивлюсь, если она намерено попалась гончим, чтобы вынудить меня пойти на Аваллон. Простимулировать, так сказать, мою веру в пророчество. Но как? Как я могу кинуть вызов Авал’атару? Мне бы хоть с армией Собислава разобраться… Да и как попасть в этот смежный мир мне тоже неизвестно.
— Помоги ее найти, Рик… прошу… без неё я мёртв…
— Хотел бы я сделать тебя мёртвым, да только каждый воин сейчас на вес золота, — фыркнул я и вышел из зала советов, оставив его одного.
Геенна огненная! Как же я зол!
На выходе, засмотревшись в небо, меня ожидал Аголон. Я тяжело дышал и он понимающе хлопнул меня по плечу.
— Мы вернём ее, брат. Обязательно.
— Это задачка со звёздочкой, — буркнул я.
— Что? — переспросил он, полагая, что ослышался.
— Ничего, брат. Спасибо за поддержку. Ты меня ждал?
— Да… какое бы решение ни было принято, женщин, детей и стариков нужно куда-то увести. Если Рэйн падет, Собислав не пощадит никого.
— Это верно. У тебя какие-то конкретные предложения, Аголон?
Он немного помедлил, как бы в последний раз спрашивая у самого себя разрешение, а затем медленно заговорил.
— Мое имя Аголониус Фолькаор Третий. Я — младший наследный принц Восточного королевства. К сожалению, это не та часть моей жизни, которой я хотел и мог бы гордиться. В своё время, мой отец сотрудничал с Авал’атаром и поставлял детей из числа своего народа. Можно сказать, выращивал их, как на фермах, специально для этих целей. Я бежал оттуда, не желая быть причастным к этим зверствам. Как последний трус! Отец умер и на трон взошёл мой старший брат… Вот он — человек, преданный своим людям. Спасая народ от постоянной жатвы, Каэль отдал на службу Аваллону двоих своих сыновей, в обмен на договорённость о неприкосновенности его территорий. Сейчас там относительно безопасно. Я мог бы отвести людей туда… Думаю, брат приютит их… на какое-то время.
Вот она — рана, что кровоточила все это время у Аголона.
— Это щедрое предложение, друг. И я не имею права от него отказаться, — мы пожали друг другу руки и он едва заметно улыбнулся. Сколько же боли своим правлением Авал’атар проносил в эти земли!
На торговой площади толпился народ. Тревожность и общее напряжение сгущали краски. Для того, чтобы ходить вокруг да около не осталось ни терпения, ни нервных клеток. Взобравшись на возвышенность, я поприветствовал всех и кратко пересказал итоги моей аудиенции у Собислава.
— Вам решать, как быть дальше. Аголон щедро предложил укрытие, в котором мы сможем пережить бурю. Быть может, отстроить заново город и остаться под покровительством Восточного короля. А можем остаться и оскалить зубы. Нужно принять решение и двигаться дальше, время утекает сквозь пальцы.
 
Безликое, серое молчание окутало Рэйн. Люди даже не шептались. Они в гробовой, давящей тишине принимали жизненно важное решение.
— Нет лучшего конца для воина, как умереть в бою, с мечом в руках, защищая свой дом! — прокричал кто-то из толпы. — Я за то, чтобы отстоять Рэйн! Кто со мной?! — неизвестный поднял руку вверх и оглянулся, ища поддержку у окружающих. Следующими были Аголон, Эйвар, Кельвар и Бруни. Джаред, пожав плечами, тоже проголосовал за. И толпа превратилась в лес поднятых рук. Даже женщины, что осознавали возможную потерю мужа/сына/брата, поднимали руки и не плакали. Они были горды, что их мужчинам выпала великая доля восстать против узурпаторов и дать, наконец, отпор. Чтобы изменилась их жизнь, чтобы у их потомков появилось будущее.
А меня вдруг укололо чувство стыда. Все время я, не задумываясь, отмахивался от предназначения Освободителя, а люди все равно верили в меня. Надеялись, ждали, молились своим богам. И, неожиданно для самого себя, я решил, что не могу подвести их.
Раз уж все складывается так, что нам придётся противостоять захватчикам, то мы дадим огоньку!
Я оглядел воодушевлённый народ, выдержал паузу, ощущая небывалый духовный подъем, и подвёл итог голосованию:
— Отстоим наш Рэйн!
Местонахождение: Столица Аваллона — Авалар. Правитель: Император Авал’атар.
Ронан пребывал в паршивом расположении духа. Длительный поход с армией Собислава, завершившийся поимкой несносной девчонки, уничтожившей своими колкостями последние нервные клетки; показательная порка императора и, словно этого было недостаточно, неудачи в поисках воина из Когррага. Все навалилось разом, доводя кровь до точки кипения. Первобытный гнев обжигающим маревом клубился под рёбрами, рискуя задушить своей тьмой первого, кто попадётся под руку.
Покидая тронный зал императора, Ронан цедил ругательства сквозь зубы, унимая пламя, искрами плясавшее по поверхности ладоней. Попадись бы ему кто-нибудь из слуг — не задумываясь, спустил бы весь поток клокотавшей энергии, освобождая себя от неподъёмной ноши. Но раскатистый голос императора прозвенел в каждом уголке замка, распугивая прислугу. Никто не желал встретиться нос к носу с плохим настроением владыки.
Ронан вылетел из тронного зала, сопровождаемый укоризненными взглядами других воевод, что одерживали бесчисленные победы на поле брани. Они бились за Аваллон, за его процветание. Завоевали новые территории, порабощали народы, открывали новые миры и сражались, сражались, сражались! А что он? Отправлен вытирать сопли земному царьку!
Немыслимо.
Желание разрушать жгло вены расплавленным железом. Угомонить бурлящую энергию может только чужая смерть… Нужно разрядиться.
Как кстати, во время порки, в кармане Ронана завибрировал поисковой кристалл. Своим молчанием камень выводил воеводу из себя больше полугода и вдруг отозвался. Наконец-то нашёл!
Он остановился у постамента статуи императора, отлитой из чистейшего золота. Авал’атар восседал на троне с венцом на голове, указывая мечом на ажурную сферу, застывшую в воздухе над его широкой ладонью. Она символизировала Вселенную, о захвате которой так грезил владыка Аваллона.
Единственным глазом Ронан всмотрелся в очертания знакомого города, от которого уже начинало тошнить.
— Эдихард… Значит, мышь все это время бродила под носом у кота, только что за усы не дергала. Превосходно. Настолько растерял форму, что даже простейшая поисковая магия взбрыкивает…
Ронан ворчал себе под нос, в глубине души радуясь, что наконец завершит хотя бы одно дело. Убивать слуг расхотелось. Лучше он преподаст урок нахальному воину. Свернув за угол дворца, он спустился по крутой каменной лестнице в подвалы и вошёл в арочную комнату, где разноцветным маревом мерцали и переливались порталы. На любой вкус и цвет. Для быстрого доступа в любой из завоёванных миров. Придворные маги открывали все новые и новые порталы, затрачивая на их поддержание лишь крупицы своей маны.