Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
После того как эскадра для перехода через Атлантический океан окончательно сформировалась, малые ракетные корабли вернулись в Балтийское море, а мы построившись боевым ордером вышли в Атлантику.
Встретила нас бескрайняя морская «гладь» не ласково. Мощные порывы ветра, ледяные брызги солёной воды, накрывающие корабли многометровые волны, обрушились на нас с неимоверной силой. Мрачное свинцовые тучи закрывающее солнце словно твердило нам, что не пустит в Новый свет. Ураганные ветра и холодный дождь яростно били по палубе. Грозовые раскаты грома и молний грохотали в небесах. Казалось, все стихии ополчились на нас. Но мы не дрогнули — выстояли и не отвернули назад, а, невзирая на все трудности, сжав волю в кулак, продолжили неумолимо продвигаться вперёд к нашей благородной цели.
Прошло несколько дней в борьбе с водной стихией, а вероятного противника на горизонте так и не наблюдалось.
Как оказалось позднее, противник всё-таки был и тщательно за нами наблюдал… Оно и понятно, такие наши масштабные приготовления не остались не замеченными США и их союзниками по НАТО. Трудно сказать смогли ли они выяснить цели и задачи экспедиции в полном объёме, но то, что они с самого начала нашего движения на океанские просторы были крайне обеспокоены, вполне очевидно.
Через пять дней после отплытия из Ленинграда, на горизонте — около пятидесяти миль от нас, мы заметили два боевых корабля, которые сумели идентифицировать, как корабли вероятного противника. Они стали следовать за нами, ни приближаясь и ни отставая. Но продолжалось их так называемое наблюдение не долго — ровно до тех пор, пока они нам не надоели и тяжёлый авианесущий крейсер (ТАВКР) не выпустил десяток бомбардировщиков в небо с противокорабельным ракетным вооружением на борту… Кроме того у ним приблизительно в это же время присоединились для несения постоянного дежурства над нашей эскадрой два самолёта Ту-95 — «Медведь», на борту которых тоже были ракеты, только уже с ядерными боеголовками.
Вероятно, поняв, что дело может закончиться атомным апокалипсисом, корабли НАТО не стали испытывать судьбу и отошли от нашей эскадры на двести миль юго-западнее.
И, нужно сказать, правильно сделали, потому что, как только мы прошли ревущие сороковые к нашему флоту незаметно присоединились три советских подводных атомных ракетоносца. Каких точно ни я, ни другие члены экспедиции, у которых не было допуска к стратегической информации, естественно, не знали — секретность брала своё, однако я предполагал, что нас могут охранять несколько ПЛАРК проекта 675 с крылатыми ракетами на борту, ибо, как минимум, у одной из подобных лодок уже был опыт похода в нужный нам регион мира в 1971-м году.
Нужно ли говорить, что такой кулак в виде ядерной триады Советский Союз не собирал со времён Карибского кризиса 1962-го года. И вот через шестнадцать лет можно было с уверенностью утверждать о том, что вскоре начнётся Новый Карибский кризис, ибо наша экспедиция направлялась именно в Карибский бассейн.
Естественно, мы, не хотели допустить нового противостояния военных сверхдержав, но вероятный противник, в конечном итоге, увидев какая силища движется в неизвестном направлении, мог действовать не логично и в состоянии паники и неопределённости начать психовать совершая необдуманные поступки. Во что в конечном итоге это всё могло перерасти было никому неизвестно, а посему всё время выполнения правительственного задания нам следовало быть начеку.
Мир замер в ожидании — что же будет? Американцы и их вассалы рвали и метали, не понимая наших намерений, но приближаться опасались, боясь ненароком спровоцировать большую войну.
И уж тем более они опасались навести ракеты на нас или вообще потопить нашу эскадру.
Могу сказать со сто процентной уверенностью, как только бы они по нам выстрелили, СССР моментально нанёс бы ядерный удар по всем странам НАТО.
Это не предположение — это абсолютная истина! После того, как в нашем генеральном штабе узнали бы о нападении на наш спецотряд, Генеральный Секретарь и ЦК Политбюро немедленно отдали бы приказ об ответном ударе на всю глубину враждебной территории и рука бы их не дрогнула. Настолько была ценна наша специальная экспедиция. Советский Союз мог иногда идти на некоторые уступки вероятному противнику, но гибель своего сверхэлитного подразделения простить бы не сумел никогда и ни при каких обстоятельствах.
К счастью, наверное, разведка стран НАТО, всё же смогла в коим-то веки объяснить своему начальству о вероятных последствиях таких действий для всего населения планеты. И добилась необходимого результата. В высоких штабах вероятного противника уверовали в то, что атомная катастрофа крайне вероятна и советский ответ не заставит себя ждать, а потому даже не стали рыпаться и пытаться нам мешать.
И это было хорошо. Появилась уверенность в том, что мы дойдём до нужного нам порта и сделаем всё возможное для выполнения, порученного нам задания.
Да, оно сложное. Очень, очень сложное и крайне ответственное. Но кто может его выполнить ещё, если не я и не мои отборные «элитники»? Именно моему элитному подразделению, в мирное время, наша страна решила доверить эту ответственную практически не выполнимую миссию за тридевять земель от своего дома.
А миссия была воистину — практически не выполнима. Нас ждал абсолютно неведомый мир. Тропические джунгли, жаркое солнце, зной и неожиданные ливни. Мошкара, пауки и другие насекомые. Ядовитые животные и растения. Хищники всех окрасов и размеров, обитающие в непролазных джунглях. Акулы и скаты, плавающие у берегов Карибов. Гигантские водопады, реки и пороги. Это всё нам предстояло преодолеть и, стиснув зубы, напрягая все человеческие силы до последнего предела, выполнить эту чрезвычайно важную миссию. Но мы были к этому готовы. Каждый из нас по отдельности и все вместе, мы представляли из себя отточенный механизм, которому никакие опасности и трудности были не страшны. Мы — элитарные войска — спецназ, готовый бросить вызов всему миру. И в том, что победа будет за нами, ни один из наших элитников ни на секунду не сомневался, ибо кто кроме нас может прославить нашу страну и выполнить то, что выполнить не в человеческих силах?!
Снял головной убор и вытер носовым платком, взмокший от грандиозности поставленной задачи, лоб. Тяжело, ох как тяжело было осознавать какой огромный груз ответственности партия и правительство возложили на мои плечи. Всеобщий мир, процветание и спокойствие сейчас зависели только от одного человека на Земле. И человеком этим был я.
Я буквально ощущал своё могущество, чувствовал дыхание планеты, слышал звуки космических флуктуаций, держал в своих руках человечество и словно бы кукловод, дёргал его за нити судьбы. Всё: прошлое, настоящие и будущее цивилизации сейчас было сосредоточенно в одних руках — руках обычного командира обычной группы сверхэлитного спецподразделения. Неописуемая монументальность предначертанного пути предстала передо мной как на ладони. Я смотрел сквозь время и пространство. Я был всемогущ и лишь своей силой мысли, своей непоколебимой волей к достижению цели легко мог порабощать народы, планеты, миры и галактики.
Не заметил, как ко мне подошла боец с позывным «Ма».
— Саша, ты почему панамку снял? Смотри как сильно припекает, палуба буквально раскалена. А ну быстренько надень, а то головку напечёт.
— Хорошо мамочка, — ответил я, беспрекословно надел на голову белую панаму с вышитым на ней рисунком, в виде якоря синего цвета, после чего спросил: — Мамуль, ты не знаешь, в столовой блинчики с повидлом остались?
Глава 2
— Не знаю, Сашенька, остались там с ужина блины или нет, но точно знаю, что на завтрак у нас будут: геркулесовая каша, булочка с изюмом, яблоки и кофе с молоком, — ответила боец «Ма». Улыбнувшись, не сильно щёлкнула пальчиками мне по носу и, поправив пёструю разноцветную соломенную шляпку, ушла.
Это грубейшее нарушение субординации любого другого адмирала могло бы привести в самое настоящее бешенство, но я среагировал, как подобает низшему по званию — потёр нос, кашлянул и сосредоточенно посмотрев вниз — на палубу, стал наблюдать, как бойцы продолжают заниматься гимнастикой, думая о нестабильности в мире.