Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Призывал? Да вы совсем что ль сбрендили? Никого я не призывал! — категорически открестился пионер.
— Но ты же пел про объединение? Что ты имел ввиду? — сквозь зубы проскрежетал тип в «сером».
— Людей. Кого же ещё? — якобы искренне удивился я. — По одному людям тяжело справится с трудностями. А вот когда объединятся, то уже тогда… Это же очевидно.
— С какими трудностями? Какие люди?
— С любыми трудностями, любые люди, — логично пояснил я и, подумав, добавил: — Ну можно сказать не просто люди, а люди доброй воли.
— А больше ты ничего не имел ввиду?
— Что, например?
— Например, гм, например, объединение какой-нибудь страны из двух в одну… — на этот раз вступил в разговор тип в светло-коричневом пальто.
— Германии? — вновь сыграл я удивление. — Гм, а почему бы, собственно, и нет, — и увидев в мгновение ока прищурившиеся и загоревшиеся азартом глаза визави, мгновенно того обломал: — Вроде бы и звучать будет неплохо — Германская Советская Социалистическая Республика. Как считаете?
Огонь в глазах моментально погас. «Светло-коричневый» переглянулся с коллегами и молча сел на свободный стул, естественно, никакого разрешения у хозяина апартаментов не спрашивая.
«Действительно — какая мелочь… Разрешения ещё какие-то спрашивать…»
— Так, с этим решили. Теперь давай о другом, — произнёс Екшин, доставая блокнот.
— Товарищи, я на допросе что ль? — решил завершить неприятную дискуссию пионер. — Если да, то давайте адвоката может хотя бы какого-нибудь завалящего мне найдём? А то не солидно как-то получается. Вот Западная пресса прознает, что вы тут детей допрашиваете и вновь будут в газетёнках про ГУЛАГ писать.
— Прекрати паясничать. Дело серьёзное.
Я тяжело вздохнул, закрыл глаза, и попытался успокоить внезапно вспыхнувший гнев.
«Б** как же бесят меня вот такие вот постановки вопроса!!! Просто ненавижу!! Дело видишь ли у него серьёзное. Да мне по*** на твоё дело! На*** ты меня-то в него тянешь? Это же твоё дело! Твои заботы! При чём тут я?! У самого кишка тонка разобраться? Помощники ему нужны? Нужен тот, кто за него всё сделает?! А он п*** будет на лаврах возлежать и почести с благодарностями получать. Ненавижу!!» — проскрежетал я зубами, уже зная наперёд, что меня хотят озадачить.
И не ошибся…
— Через десять минут будет собрание трудового коллектива. Оно будет проходить в столовой гостиницы. Сейчас художественные руководители объявят это своим коллективам о сборе. Мы же, перед этим общим собранием, решили провести небольшую беседу с тобой.
— Да ладно. Не надо. Я вместе со всеми послушаю, — откровенно произнёс я.
— Тебе уже сказали — прекрати Ваньку валять! Ты чего, совсем что ль не управляемый? — набычился тип в сером пальто.
— Ты что ль мной управлять собрался? — набычился я в ответ.
— Что? Да ты…
— Так, хватит! — прервал разгорающийся конфликт старший. Покосился на «серого», а затем переведя взгляд на меня: — Саша, как я уже говорил — дело очень серьёзное. Поэтому нам необходимо сейчас решить и утрясти некоторые моменты. Ты готов меня выслушать?
— Утрясайте, — соизволил пионер, поджал под себя ноги, сев в позу лотоса и откинувшись спиной на стену, услышал то, что вообще не ожидал услышать ни при каких обстоятельствах.
Глава 33
15 декабря. Среда. Берлин. ФРГ.
Событие дня:
— На первой сессии Верховного народного собрания КНДР нового созыва президентом страны переизбран Ким Ир Сен. Председателем Административного Совета (премьер-министром) избран Ли Ден Ок.
— Александр, тебе категорически запрещено разговаривать хоть с кем-то из местных жителей без меня. Ты слышишь? Категорически! Это приказ Москвы! — заявил Екшин, посмотрев на ещё одного находившегося в номере гостиницы, куда я недавно заселился.
— Да, Саша. Тут действительно опасно, несмотря на внешнее, казалось бы, спокойное положение, — кивнул Саблин Виктор Максимович — помощник посла СССР в Федеративной Республике Германии. Именно он был назначен коммутировать диалог между Екшиным, то есть нами, и властями принимающей стороны.
— Тогда поехали домой и нафиг всё, — предложил я здравую мысль.
— Прекрати. Тебе поручено выступить в городе капиталистического и даже можно сказать — враждебного государства. Это не только большая ответственность, но и твой долг, как советского человека — не опозорить ни себя ни страну.
— Я Вас понял. Уверен — я с этим не справлюсь!! Поехали домой!
— Отставить домой, — поморщился Екшин. — Я уже видел твоё выступление в ГДР.
— Интересно, где же это Вы могли видеть? Неужели концерт транслировали не только на ГДР, но и на Союз?
— В записи видел. Так вот, посмотрел и понял, что парень ты весёлый и бесшабашный. Но имей в виду. Твоя бесшабашность — это не всегда хорошо. Иногда она может пойти во вред, как тебе, так и окружающим тебя людям. Имей в виду, тут не социалистическая страна, а фактически враждебное нам государство. Так что нужно быть на чеку!
— Как это всё з****, — устало прошептал я и, глядя на бюрократа, стал размышлять о несправедливости бытия, совершенно не вникая в смысл остальной части лекции и нравоучений.
Сюда мы приехали сегодня утром и приехали мы сюда благодаря всё тому же чрезмерно суетящемуся Тейлору.
Ну не напрямую, конечно, что благодаря именно ему, а косвенно, но всё же…
Как оказалось, в другой части Германии тоже смотрели прямую трансляцию нашего выступления. В ФРГ и до этого концерта уже было множество наших фанатов, ведь пластинок американец наштамповал на всех континентах, сейчас же хиппи, панки, металлюги и просто молодёжь всех мастей, узнали, что их «Боги», фактически, да и практически тоже, вот тут рядом — за стенкой. Ну и понеслась…
Десятки тысяч звонков в сотни инстанций ежечасно от всех, кто только мог…
Также не упустили своё и фирмы Ariola Records и Hansa Records, которые занимались выпуском и распространением пластинок нашей группы. Они также подключили свои безграничные лоббистские ресурсы. Не мог остаться в стороне и прокатчик фильма про робота убийцу, которого настропалил неугомонный Тейлор. Все они продавали продукт и всем им лишняя реклама, с реальными людьми с обложек этого продукта, была как нельзя кстати. Началась «бомбардировка» различных министерств и ведомств. Туда звонили, отправляли телеграммы, писали, приезжали, говорили, угрожали и подкупали. И это не могло не сыграть в нашу пользу. Даже вода камень точит, что уж говорить про то, что могут проточить деньги…
И очень скоро оказалось, что во главе республики тоже есть лица, которым очень понравилось выступление советских артистов в соседней Германии, и они захотели такого же. Аргументы были разными, но одним из существенных было то, что люди, мол, просят, а то, чего они просят, находится фактически под боком. Тогда почему бы и нет? Ведь желание людей — закон. К тому же, выполнение желания такого количество людей пойдёт в зачёт на будущих выборах канцлера, тем самым набрав дополнительные очки в глазах, как членов Бундестага, так и в глазах простого электората. Ведь, по большому счёту, эта услуга обществу ничего не стоит…
Ранним утром начались предварительные согласования между министерствами иностранных дел, а уже в десять часов утра канцлер ФРГ разговаривал с Генеральным секретарём СССР, который, несмотря на болезнь, всё же нашёл время переговорить с коллегой.
Глава ФРГ озвучил просьбу и уже через пятнадцать минут посольства СССР в ГДР и ФРГ стояли на ушах…
— Так ты меня понял? — наконец закончил свой монолог грозный собеседник.
— Угу, — хмыкнул паренёк, пытаясь вспомнить о чём же говорил сейчас товарищ…
— Вот и хорошо. Теперь вот что. Сейчас войдёт американец, если он будет предлагать тебе какие-то контракты, то ты сразу на них ничего не отвечай. Забери у него бумаги и скажи, что тебе надо подумать, и что, мол, ответ дашь ему завтра. Понял?