Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

— Юрий Владимирович, мне кажется мы с Вами всегда находили общий язык. Неужели сейчас Вы мне откажете в такой мелочи?
— Я сказал нет, — был непреклонен глава КГБ и, сделав небольшую паузу, пояснил: — Это может быть опасно, — затем вздохнул. — По моим данным этим парнишкой заинтересовался Леонид Ильич.
— Ну и что? — вспыхнул Суслов, а затем его посетила необыкновенная, но на его взгляд перспективная мысль: — А если Вы не правы и Васин действительно не тот, за кого себя выдаёт? Вдруг ему это и надо? Вдруг это и есть его цель? Вдруг он при встрече с Леонидом Ильичом нападёт на него? Или что-то плохое сделает? Яд, например, подсыпет? Может быть у него и цель была подобраться к высокопоставленным руководящим кадрам нашей страны? Вам не кажется, что это так и что такая встреча может быть для главы государства крайне опасна?
  
— Не кажется. Никаких подтверждений ваших фантазий нет. Поэтому я считаю вопрос закрытым.
— Ах, фантазий, — недовольно процедил Суслов и не прощаясь дал отбой связи, нажав на телефонный рычаг. Затем бросил трубку на аппарат, поражаясь близорукости бывшего соратника, чуть отдышался, пылая злобой, и набрал телефон Демичева — министра культуры СССР. Тот был на совещании, но узнав кто звонит, прервал его и, пройдя в другой кабинет, подошёл к телефону там.
— Товарищ Демичев? Это Вас Суслов беспокоит, — с места в карьер начал Секретарь Политбюро. — Скажите, товарищ Демичев, а на каком счету у Вас находится Васин?
— Э-э, на хорошем, — растерянно произнёс тот, не ожидая такого вопроса.
— Товарищ Демичев, а не подскажете, кем он у Вас работает? — налегал Суслов.
— Я затрудняюсь… Но вроде бы режиссёром, — промямлил тот, не ожидая такого напора, и попытался выяснить: — А что собственно случилось?
— Сейчас я отвечу, а пока ответьте Вы. Кем конкретно работает Васин? Кем? Режиссёром? И давно у вас в министерстве культуры шестнадцатилетние пацаны, только недавно закончившие школу, работают режиссёрами? Режиссёрами, которые снимают фильмы, демонстрируемые по всему миру! У вас более солидных кадров нет? Не вырастили?! Кто такой этот Васин? Что у него за привилегии, — неожиданно даже для себя, закричал в трубку всегда спокойный Суслов. — Что будет, когда этот школьник без соответствующего специального образования опозорит нас на весь мир?!
— Он учится во ВГИК, — попытался парировать министр, но тем самым не только не успокоил бурю, но и наоборот усилил её.
— Так он студент? И вы позволили студентку позорить нас перед капиталистами? Да что Вы себе позволяете?! Кого Вы пригрели там у себя в министерстве?!
— Товарищ Суслов, хочу напомнить Вам, что решение это было принято на уровне Политбюро и Вы, к слову сказать, не высказывались против, — взяв себя в руки, напомнил министр культуры разошедшемуся коллеге.
Суслов это помнил, но помнил он и то, что в тот день он был единственным кто высказывался против поручения данного проекта сопливому школьнику. Однако в конце концов, следуя партийной дисциплине — подчинения большинству, он проголосовал за то, чтобы подросток возглавил беспрецедентный международный проект.
Секретарь Политбюро вздохнул, поражаясь тому, что не смог сдержаться и проявил слабость, накричав на человека, исполняющего решение Политбюро. Этот нервный срыв, абсолютно не свойственный его натуре, Михаил Андреевич списал на расшатавшиеся нервы, которые были взбудоражены непониманием и твердолобостью, как военных, так и КГБ. И если от Устинова Суслов особого понимания не ждал, то отказ Андропова был для него явным ударом.
Ещё раз вздохнув и извинившись за срыв, поинтересовался, есть ли в министерстве культуры СССР какое-либо досье или какой-либо компромат на Васина? Свой интерес он объяснил волнением за дело международного значения и беспокойством за его успех.
Министр в этом вопросе Секретарю Политбюро помочь не смог и посоветовал не переживать. Свой совет он объяснил тем, что все, кто знаком с Васиным, говорят о его порядочности, надёжности, честности, профессионализме и любви к Родине. Закончил министр заверением:
— В общем, на наш взгляд, он не подведёт, — и услышал в телефонной трубке гудки, означающие отбой связи.
— Какой бред, — откинувшись на спинку стула негромко проговорил Суслов и закрыл глаза, стараясь успокоиться и понять, как действовать дальше. Он пообщался с тремя высокопоставленными людьми, которые могли бы помочь решить этот вопрос, но те были настолько недальновидны, что, не видя надвигающуюся угрозу, словно решили отстраниться и стать пассивными наблюдателями.
На вызов по селектору пришёл секретарь. Принёс чай с лимоном и стал ждать указания, потому что шеф показал жестом, чтобы тот не уходил.
— Что ж, попробуем зайти с другой стороны, — пробубнил себе под нос Михаил Андреевич и дал команду своему помощнику соединить его с Щёлоковым.
  
Глава 3
 
— Слушаю Вас, товарищ Суслов, — через минуту раздался в трубке осторожный голос министра МВД СССР.
— Здравствуйте, товарищ Щёлоков. Сейчас разгар рабочего дня, поэтому, зная Вашу занятость, сразу перейду к делу.
— Я — внимание!
— Николай Анисимович, у меня к Вам вот какая просьба. В связи с некоторыми событиями произошедшими в последнее время, у нас сложилась несколько неопределённая ситуация. Нужна помощь в её решении.
— Всё чем смогу…
— Спасибо. Итак, не буду скрывать, для решения назревшей проблемы, я уже обратился в Комитет Государственной Безопасности, лично к товарищу Андропову. Однако, к моему удивлению, помочь он ничем мне не смог, сказав, что не видит никаких причин для тревоги. А между тем причины, на мой взгляд, для беспокойства есть. Угроза реальна и абсолютно не эфемерна. Поэтому, я к Вам хочу обратиться, как к министру МВД, и попросить тщательнейшим образом провести предварительное расследование, и уже на основании этого возбудить уголовное дело.
Главному милиционеру страны сам факт того, что к нему обратился Суслов, не договорившись о чём-то со своим главным союзником — Андроповым, конечно польстило, но вот последние его слова про заведение уголовного дела испортили все положительные эмоции. Поэтому Николай Анисимович не стал сразу что-либо обещать, а вновь осторожно поинтересовался: — О чём идёт речь, товарищ Суслов?
— Товарищ Щёлоков, я прошу Вас разобраться с неким Васиным. Полное имя Александр Сергеевич Васин. Слыхали про такого?
— Это кинорежиссёр, сценарист, музыкант, композитор, исполнитель, автор шлягеров как на русском языке, так и на английском? Писатель, написавший прекрасные романы, которыми зачитывается всё население нашей страны, зачитывая опубликованные с ними журналы до дыр? Это тот который выпустил пластинки на западе, и они там продаются миллионными тиражами, даже не попадая на полки музыкальных прилавков? Тот, кто недавно снял фильм про робота, который показали по всему миру и который понравился практически всем его смотревшим? Вы его имеете в виду?
— Да. Это он.
— Лично не знаю. Но с его творчеством знаком, равно, как и всё население нашей страны, — подтвердил министр и тут же спросил: — А что с ним не так?
— На мой взгляд всё! А на ваш? Вам не кажется странным, что все вышеперечисленные заслуги реализовал шестнадцатилетний подросток? А?
— Ну не то, чтобы не кажется, гм, а просто на нашей Русской земле иногда рождаются самородки. Взять хотя бы Ломоносова, Кулибина или скажем товарища Брежнева.
— Ну при чём тут генеральный секретарь? — нервно отмахнулся Суслов. — Он, в отличие от Васина, несёт прогресс нашему социалистическому строю, а не регресс и вакханалию, которую Васин устроил в нашей тихой и мирной стране только за последние две недели. Вы посмотрите, что стало происходить на улицах наших городов — это же катастрофа! Всё, что мы строили, всё что мы делали и так бережно хранили рушится прямо на глазах. Посмотрите в окно, это разве жизнь, которая была две недели назад? Это Васин своими финтифлюшками взял и перевернул весь наш привычный мир!