Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Вообще, эта композиция в этом времени населению нашей страны ещё широко не известна, ибо нормально перевести её и положить на музыку с польского языка на русский ни у кого нормально ещё не получалось. Впервые это удастся лишь в 1990 году.
Гм… Точнее уже не удастся, ибо это уже удалось мне.
Припев же в этой композиции был крайне актуален к текущей дате, поэтому собравшиеся прислушивались к каждому моему слову и, вероятно, удивлялись, почему они слышат эту песню, со столь правильными словами, впервые.
Долой тиранов, прочь оковы!
Не нужно старых рабских пут!
Мы путь Земле укажем новый,
Владыкой Мира будет Труд!
https://www.youtube.com/watch?v=2c66n_2xi8Y
Нужно сказать никто в зале не ожидал такого перехода от «супергёрлов» к революции, а посему, когда я закончил, то в зале установилась не обычная для сегодняшнего дня тишина.
— Уважаемые зрители, понравилась ли вам песня? — решил поторопить я зал.
— Да! — хором крикнули они, захлопав в ладоши.
— Вот и отлично. Сейчас группа «Импульс», исполнит вам песню, гм, — посмотрел я на Антона и прошептал ему: — Нужна пауза минуты на три. Какую песню споёте?
— Не знаю. Какую? — произнёс тот, переглянувшись с ребятами.
— Короче говоря, сейчас ребята вам споют песню «Давайте поедем домой», — решил за всех бравый пионер и уступил микрофон.
https://www.youtube.com/watch?v=Jw2jEROz0Rk Сектор Газа — Пора Домой
Под крики из зала: — Белые розы! Белые розы! — я пошёл в гримёрку, где меня уже ждала переодетая в костюм чебурашки заведующая.
На мой удивлённый взгляд, она пояснила, что свободных людей нет, а договариваться с кем-нибудь из хора нет времени.
— А где же все электрики, сантехники, вахтёры наконец? — удивился я и сделал пару глотков из горлышка чайника.
— Министры же тут. Весь персонал, естественно, находится на своих местах согласно штатному расписанию. Я не имею права их отвлекать от основной работы. Поэтому, — она вздохнула, — я уж лучше сама как-нибудь попрыгаю.
— Гм, думаю я, возможно это решение и будет подмогой Вашего карьерного роста. Попрыгал полчаса и получил повышение, — пробурчал пионер и стал напяливать на себя сценический костюм — бороду на резинке и монашеский балахон.
Когда стал прикреплять пышную бороду, меня вновь резанула мысль о том, что я забыл сделать что-то важное. Однако в виду того, что мысль я поймать вновь не смог, то лишь поморщился и продолжил наряжаться.
— В общем стойте пока тут, и выйдете, когда я Вас позову. Это будет во второй половине песни, — стал я пояснять сценарий нашего совместного выступления. — Потом помашу на Вас инвентарём в виде топора, Вы поднимите руки вверх, словно сдаётесь в плен, а через секундную паузу начнёте плясать. Ок?
— Саша, а как плясать-то нужно? — спросила она.
— Обычно — пояснил пионер. — Машите руками и ногами, иногда пускаясь в присядку, — подумал и добавил, — ну и прыгайте, разумеется, насколько хватит сил. Ясно? Ну тогда я пошёл, а вы вот пока хлебните из чайника для смелости…
Ребята закончили играть и зал, в какой уже раз подряд, вновь взорвался аплодисментами и криками «браво».
Но продолжалась эта радость не долго, ибо через мгновение зал утих, увидев вышедшего на сцену меня в образе странствующего монаха с посохом в руках и нахлобученным на голову капюшоном.
Капюшон был надет таким образом, что закрывал всё лицо и из него были видны только приклеенные усы, рот и привязанная пятидесяти сантиметровая коричневая борода.
От такого невиданного зрелища народ обалдел, затаив дыхание…
«Картину маслом» усугублял ещё и тот факт, что заблудившийся странник вёл себя, мягко говоря, по-хозяйски.
Он подошёл к микрофону, аккуратно отодвинул певца и, стукнув посохом об пол, неожиданно для всех заорал: — Надо поле притоптать!
И понеслась…
https://www.youtube.com/watch?v=HNpLuXOg7xQ Нейромонах Феофан — Притоптать
Сначала народ не понял всего прикола и, тихо-мирно, просто внимал. Но как только вышел или вышла чебурашка и мы с ней пустились в пляс, народ стал потихонечку отходить от шока и принимать условия игры.
По окончании песни зрители, часть из которых уже подтанцовывала, жиденько захлопали, вероятно, не понимая, как реагировать на выкоблучивания явно сошедшего с ума отшельника и психически нездорового ушастого любимца, который скакал всю песню аки взбешённый бык.
Такие овации меня категорически не устроили. Моему эго этого показалось крайне мало и я, хлебнув из чайника, который произнесла с собой чебурашка, снял капюшон и чуть оттянув бороду спросил: — Ну вы чего народ? Сашу Васин что ль не узнали? А ну подходи к сцене, хватит спать! Сейчас плясать будем!
Увидев, что это не чужой дядька, а свой милый мальчик, девчачья братия немедленно последовала на призыв!
Мотор! — заорал малолетний певец и эта песня была исполнена вновь.
На этот раз плясало уже как минимум пол зала. Глянул на ложу Высоких гостей. На сколько я смог увидеть министры, окружённые свитой и охраной, находились в полуобморочном состоянии от шабаша происходящего прямо на их глазах.
Дабы усилить веселье и показать министрам доброжелательность нашей музыки, как только закончилась песня, я произнёс, стараясь «окать»: — Что ж друзья, раз пошло такое гулянье, то пора нам устроить хоровод неимоверно огромных размеров, — и напарнице. — Медведь срочно принеси мне из-за кулис балалайку, а чайник отдай!
Вырвав у животного сосуд с весёлой водой, хлебнул и взял принесённую балалайку, отдал чайник и, глядя на присосавшегося к нему «чебуратора», подошёл к микрофону, после чего заревел: — Ну?! Кто хочет в пляс?!
— Я! Я! Мы! — весело закричали люди.
— А ты «мишка» хочешь? — обратился я к чебурашке.
— Му-му, — ответила коллега в микрофон и выкинула пустой чайник за кулисы.
— Ну раз так, то поехали, — произнёс пионер и, взяв на балалайке первый аккорд, запел.
https://www.youtube.com/watch?v=vO48t9YftTQ Нейромонах Феофан — Хочу в пляс
(Прекрасно показано общение с залом да и вообще, что конкретно происходило на том торжественном празднике. Прим. Автора.)
Зал был довольно хорошо подготовлен и разогрет, поэтому все мои просьбы о хороводе выполнял весело и с удовольствием.
Эту песню, вместе со спустившимся в зал «медведем», на бис мы исполнили пять раз и хоровод наш разросся до неприлично огромных размеров, включив в себя почти всех присутствующих в зале людей, в том числе и тех, кто сидел на первых рядах.
Было очень весело и клёво, однако, когда я допел в пятый раз последнее слова припева, ко мне в голову вновь пришла какая-то мысль о том, что я что-то забыл сделать, но на этот раз я её успел поймать и осмыслить. А осмыслив прошептал: — Елки-палки!! Сегодня же уже седьмое. Последний день. А он же ждёт, — и немедленно выбежал из зала.
Глава 31
21:40 МСК
Милицейское отделение.
…
— Алло! Это милиция? Я только что вышел на балкон покурить и увидел, как по улице бежит какой-то монах. Может быть ему нужна помощь или может быть он из психушки сбежал?
— За ним кто-то гонится?
— Да нет… Вроде никого больше не было.
— Какая улица?
— Монашеский переулок, 12.
— Ждите. Наряд выехал.
* * *Щёлоков
Несколько дней он был, мягко говоря, не в себе. В голове вновь и вновь вспыхивал последний разговор с Андроповым. Всё время, пока он думал об этом, он не мог понять откуда тот узнал о товарище Артёме. В том разговоре Николай Анисимович, сделал вид, что не понимает о чём ведёт речь собеседник. Однако сам-то он понял, что Юрий Владимирович знает о чём говорит, потому как держался тот крайне уверенно, а разговор вёл снисходительно.