Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Конечно, я не собирался писать сейчас роман в подробностях, потому что тут не очень удобно было это делать. Мало того, что поезд трясётся, проводница шастает туда-сюда, так ещё и интернета нет!.. Шутка. Но составить общую картину книги с некоторыми нюансами и общей сюжетной линией было вполне возможно. Оставался вопрос, о чем писать?..
Задумался. А через секунду уже знал ответ.
«Как о чем?! Конечно же о попаданцах. О попаданцах и ни о ком другом! Или кто я?!»
Принялся раздумывать на тему, о каких конкретно попаданцах буду писать. Что сейчас популярно-то? Бояръаниме? Боевое фэнтези? Альтернативная история?
«Стоп! — прервал себя я. — Какое на фиг «бояръ» и какое на хрен фэнтези?! Сейчас 1977 год!»
Сижу я где-нибудь в тюрьме в Магадане… Где-нибудь на руднике… И представляю себе магический посох, с помощью которого я смогу призвать «обычного, серого, эльфийского грифона» и улететь оттуда на хрен.
Н-да… Тут уж скорее постапокалипсис намечается. Хотя, если без фанатизма и без гаремов… Может, действительно стать родоначальником жанра?
Думал, думал и решил адаптировать одно из произведений в стиле фэнтези — не сейчас, конечно, а когда приеду домой. Чтобы не забыть, в конце тетради написал: «Сказка для детей, про Гарри».
Ну ладно. Со сказкой дома разберёмся. О чём же все-таки мне сейчас начать писать книгу? Куда попадёт мой герой? В Великую Отечественную войну? Наверное, нельзя. Деды — ветераны живы и «сами с усами». Они быстро объяснят мне, как было и как не было. Ну а наша любимая партия им в этом, безусловно, поможет, разъяснив о пагубности альтернативной истории для сознания человеческих масс.
С другой стороны, а почему бы и нет? Я же не собираюсь писать альтернативную историю Великой Отечественной, где, скажем, немцы захватили Москву, и дошли до Урала.
К примеру — наши учёные открывают портал и спешат на помощь бойцам Красной Армии из 1977 года в 1941-й. Идея отличная, тема красивая, «никто не пострадал»…
«Итак, роман — «Портал»», — записал я в конце тетради.
«О чём? Танк, бронетранспортер или вертолет влетает — въезжает в портал… Тривиально, но каковы возможности! Кстати, а что в портал не влезет? — Я задумался, и тут меня посетила муза. — Корабль. Корабль не влезет! Да точно! Вот и ещё одна тема. А ещё лучше — не корабль, а наша атомная субмарина проваливается в прошлое… Хо-хо…» — воодушевился писатель-фантазёр.
«Тема прикольная… Ну всё! Сейчас я напишу синопсис, да так, что все упадут в обморок после прочтения!»
«Портал» я решил оставить на потом, а пока занялся подводной лодкой.
Название — одна из составляющих успеха произведения. Нужно, чтоб оно звучало громко и, прочитав название, потенциальный читатель уже представлял, о чем книга, и желал бы узнать подробности.
«Поэтому назовём так», — решил я, взял чистую тетрадь и на титульном листе написал большими буквами: «Армагеддон. Мы отправим вас в ад!»
Да, я понимал, что Главлит и цензура такое название ни за что не пропустят, даже если и получится когда-нибудь опубликовать это моё бессмертное творение. Но я полагал, что, скорее всего, при благоприятных раскладах уберут лишь вторую часть названия, а первую оставят. Таким способом в это время пользовались многие писатели и режиссёры. Зная, что цензура обязательно что-нибудь вырежет, они намеренно в произведения добавляли заведомый «непроходняк».
К примеру, у режиссёра Леонида Гайдая в сценарии к комедии «Бриллиантовая рука» был «предусмотрен» небольшой апокалипсис. В конце фильма режиссёр вклеил документальную хронику ядерного взрыва. Когда приёмная комиссия увидела этот пассаж на экране, то охренела настолько, что даже забыла про придирки по другим эпизодам и была готова на всё, лишь бы Гайдай убрал не соответствующий миролюбивым планам СССР взрыв из фильма.
Подобный хитрый план, был и у меня.
Итак, набросаем сюжет…
«Произошел катаклизм. В результате столкновения двух тектонических плит случилось мощнейшее землетрясение и сдвиг времени. Наш подводный ракетоносец попал во временную аномалию и провалился в прошлое.
Спутников на орбите нет. Крейсер «Юрий Долгорукий» пытается определиться, где он находится, по звёздному небу. Сверившись с картами, командир понимает, что они в Северной Атлантике. В конечном итоге перехватывают радиопередачу, из которой узнают, что экипаж попал во времена Второй Мировой Войны.
«Что же делать?..» — думает экипаж.
Тем временем происходит разделение экипажа на тех, кто говорит: топить и воевать прямо сейчас, прямо здесь, в Атлантике, а затем идти к нашим; и на других, которые предлагают никуда не ввязываться, чтоб не нарушить ход истории. Командир экипажа выслушал все мнения и провёл всеобщее собрание. На нем он напомнил тем «заблудшим товарищам» о жертвах, которые советский народ понесёт во время этой войны и что не время отсиживаться в стороне. Для большей убедительности капитан субмарины вспоминает слова, которые говорил Леонид Ильич (пометка: «Найти слова Брежнева о ВОВ», — написал я). После этого митинга почти вся команда согласилась с командиром.
Тогда командир принимает решение нанести удары по военной инфраструктуре противника, военным базам и городам врага, а уже затем идти в Мурманск. В библиотеке подводной лодки находится военно-историческая литература, благодаря которой командный состав приступает к планированию операции «Мы отправим вас в ад».
Но решением командира были довольны далеко не все. Один из них — второй помощник капитана. Он всячески настраивал команду к бунту и саботажу. По фамилии… — тут я задумался, а почему бы не как у моего любимого дяди Эрика… — Загажко. Ближе к середине или к концу книги, этот Загажко окажется предателем, убийцей, власовцем, служившим у карателей, и иностранным шпионом. Он убил своего брата-близнеца, приезжавшего в отпуск к себе в деревню, перед самым походом и выдавал себя за него. Враг хотел запустить ядерную ракету по ненавистной ему Советской Родине. Конечно же, ближе к концу книги он будет разоблачён, спрячется в торпедный аппарат, и раненый матрос, в которого предатель вонзит нож, из последних сил произведёт выстрел не торпедой, а Загажкой… но это будет позже, а пока…
В результате планирования операции командир принимает решение нанести ядерные удары по скоплению живой силы противника, как в глубине материка, так и по береговым узлам, а также и некоторым городам фашистской Германии. На совещании некоторые командиры подняли вопрос о нанесении ядерных ударов не только по противникам в этом времени, но и по будущим вероятным противникам, которые будут входить в военный блок НАТО. Узнав о незавидной участи, которая ждёт его хозяев, власовец Загажко получит сердечный приступ.
Он всегда ненавидел Советское государство и, узнав, что такое мощное оружие может изменить ход истории в пользу страны Советов, перевозбудится, представит себе, что коммунизм победит во всём мире, и упадёт с приступом упав мордой в гальюн.
Уже в госпитале он решит всячески вредить и блокировать успешное выполнение командой боевой задачи. Загажко возненавидит не только командира, но и весь экипаж. Скрытый враг решит уничтожить ракетоносец.
Подводная лодка же тем временем топит немецкий линкор «Тирпиц». Также наносит ядерный удар по Финляндии, которая сразу же после этого выходит из войны. Радиостанция на подводной лодке работает только на приём. Сама же лодка передать ничего может. Далее происходит ещё несколько ядерных ударов. От городов Токио, Рим и Берлин остаются одни названия, да и то — догорающие в адском пламени.
Наконец, силами команды радиосвязь удаётся восстановить. Направляясь домой, подводный крейсер на всех волнах сообщает о супероружии, которое появилось у Советского государства. Это оружие может уничтожить не только города, но и страны. В Германии паника. Гитлер сам кричал на всех углах об оружии возмездия, а тут подобной «вундервафлей» хреначат их. Тем временем лодка приходит в Мурманск. Её встречают с цветами и жареным поросёнком. Война закончилась!