Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Какой ты, Васин, кровожадный, — говорили они и предлагали двадцать пять.
В конечном итоге сошлись на том, что при нападении «терма» на милицейское отделение там будет сорок милиционеров и не больше.
Такой подарок от них был отнюдь небольшим, если учесть тот факт, что они вырезали почти все именно для этого придуманные мной сцены. Когда же они собирались вырезать, что-то из оригинального сценария я соглашался на это и предлагал вместо предложенной к удалению сцены, вернуть уже ранее удалённую сцену нападение робота на морг или на стадион.
Цензоры крутили пальцем у виска и ненадолго отступали, после чего принимались вновь что-то выискивать и тут же пытаться это раскромсать.
Когда же мы добрались до тактико-технических характеристик киборга, полковник Кравцов, который, как мне стало понятно, испытывал тягу к техническим средствам, ибо работал в профильном управлении КГБ спросил:
— Так как твой робот вообще работает? Хоть и фантастика у тебя, но всё же должно быть какое-то техническое обоснование его функционирования.
Я хмыкнул и отобрав ручку у одного из любителей животных, который собирался ей что-то вычеркнуть, вздохнул и произнёс:
— Ввиду того, товарищи, что этот робот условно «наш», я имею ввиду, что этот фильм создаёт наша страна, то пущай у него будет система не на двоичном, а на троичном коде. Допустим, история возникновения разума будет такова: Первые системы были бинарные, и они были очень примитивные, а потому уступали во всём человеческому разуму, хоть и производили расчёты на порядок быстрее. Когда же машины добрались до разработок на территории бывшего СССР, были найдены программы на троичном коде и после нескольких лет работы с троичным кодом в режиме тестирования, главенствующие машины были обновлены на системы с этим самым троичным кодом. Вот тогда-то у них и появился псевдо-разум. Осознав, что они много быстрее и мощнее, машины стали теснить людей, загнав их под землю. Человечество было почти полностью уничтожено, но остались мелкие очаги сопротивления. В одном из таких очагов стал лидером Иван Коноров, который придал людям сил бороться.
— Гм, — произнёс Мячиков. — А до этого люди бороться не старались? Разве тебе мало примеров сопротивления людей агрессии? Это всегда было и наша история тому пример, — он на секунду задумался, а потом добавил: — Впрочем не только нашего, но и ещё некоторых других народов.
— Ну значит он научил их бороться так как они до этого не умели.
— А почему всё же троичная логика? Почему не принятая сейчас — двоичная? — поинтересовался Лебедев.
— Не нравится она мне, — произнёс я и, видя смешки собравшихся, пояснил: — Хотя у меня ещё мало данных, но уверен, что на бинарной логике настоящий ИИ не создать. Мне кажется, в будущем, когда у человечества появятся какие-нибудь квантовые компьютеры, разработчики вновь вернуться к троичной логике, которая, на мой взгляд, более вариативна, а посему лучше подходит для создания искусственного интеллекта.
— О#@#@#! — высказал общую мысль полковник Кравцов, закрыв от изумления рот.
В конце концов к одиннадцати часам вечера у нас оказался изрядно похудевший, но почти неизменённый, относительно оригинала, сценарий к фильму, который при других обстоятельствах в СССР 1977 года вряд ли вообще мог бы появиться на свет.
Глава 33
Несколькими часами ранее. Кабинет зам министра.
— Ух ёлки-палки, чуть-чуть не догнал. Пока дверь выламывал, он в окно сиганул и скрылся, — поглаживая своё левое плечо, сказал Кравцов и, видя удивление в глазах собравшихся, пояснил: — Только с третьего удара вылетела зараза. Толстое дерево и замок оказался хорошим.
— Товарищи, а я вот совсем не понимаю зачем вообще нужно было преследовать парнишку? — спросил псевдомидовец Лебедев.
— Что значит зачем? А если бы он этот сценарий уничтожил, чтобы мы тогда делали? — насупившись, сказал замминистра. — У нас же есть чёткое распоряжение по этому поводу.
— Ну так ведомство товарища Кравцова вело же аудиозапись нашей встречи, — пояснил он и обратившись к полковнику получил его подтверждение. — На бедующее же, нам, вероятно, нужно будет делать и видео-фиксацию происходящих докладов. Потом проще будет анализировать.
— Что ж, это хорошо, — согласился Мячиков и посмотрел на КГБэшника недовольно, — но почему Вы нас не предупредили о записи? Если бы мы это знали, то смогли бы избежать этого досадного инцидента.
— Не успел, — беззастенчиво соврал полковник, ибо он вообще никого не хотел предупреждать. Однако Лебедев, который стоял выше его по занимаемой должности и принимал главные решения по операции, решил открыть эту карту по каким-то своим причинам.
— Прошу Вас в следующий раз не забывать о таких серьёзных вещах, товарищ Кравцов, — сурово произнёс замминистра и, посмотрев на своего секретаря, отдал распоряжение: — Вызови водителя и пусть они вместе с товарищем Кравцовым едут на адрес Васина, — и обратившись к полковнику. — И как он появится сами мне позвоните, или пусть он позвонит.
— А если он вообще не появится? — спросил тот.
— Появится. Ему же вещи надо сложить, — сказал Мячиков, а потом, подумав, добавил: — Да и вообще он там живёт.
— Ну, а если…
— Никаких «если». Если не появится до вечера, то появится ночью. Сидите и ждите. Всё, езжайте, — приказал тот и, увидев идущего к двери полковника, остановил его: — Товарищ Кравцов, подождите, пожалуйста, минуту. Я вас сейчас спрошу кое о чём, присядьте пока на стул, — и переведя взгляд на комиссию. — Товарищи, я хочу Вам всем выразить своё недовольство! Ваши действия носили крайне деструктивный характер. Зачем Вы все так сильно напали на парня? Мы же договаривались перед этим совещанием совсем о другом. Мы договаривались, что каждый из вас в непринуждённой беседе будет, в закреплённое за ним пятиминутное время, которое должен был озвучивать мой секретарь, запоминать и записывать вопросы по этой части сценария, а затем в культурной форме, соблюдая очерёдность, задать докладчику каверзные вопросы, на которые он бы не смог найти ответ! А что устроили Вы в конечном итоге?
— Да у него на любой вопрос по десять ответов, — потирая ладони, сказал псевдомидовец Лебедев. — Скользкий, как угорь.
— Товарищ Лебедев, может он и скользкий, но, по-моему, и Вы и я получили чёткие указания сверху, что нам нужно в этой ситуации делать? Вы получали такие указания? Что Вам сказали — напугать режиссёра и завалить проект? Обвинить его в антисоветской деятельности за то, что робот напал на Москву? А за то, что он откусил кусок сердца у одного из гопстопников, его надо обвинить в античеловечености? Переборщили Вы! Увлеклись! Нужно было более аккуратно действовать, а не гиперболизировать дискуссию и не заводить обвинениями её в тупик! Уверен, вы именно такие инструкции получали, — он обвёл тяжёлым взглядом собравшихся и обратился к находившемуся у дверей Кравцову. — Какие вы получали указания от своего ведомства?
— Не вмешиваться и, если нужно, помочь, — ответил полковник.
— А вы вместо этого устроили настоящую травлю! — и он, глянув на представителя «Госконцерта», спросил: — Вот Вы, товарищ Минаев. Что Вы заладили со своей разрушенной Москвой?
— Ну а как же? Это же всё-таки древняя столица нашей… — стал оправдываться тот, но был прерван.
— И что, что столица? В Первую Отечественную её Наполеон захватил и сжёг. Ну и что из этого? Она сгорела тогда, почти дотла, а потом восстала как Феникс из пепла. В сценарии же вообще идёт речь о Третьей Мировой. Естественно, что при ядерном ужасе, который будет в той войне, уцелевших городов почти не останется. Тем более, если противнику, в виде этих роботов, никакие города вовсе не нужны. Согласны?
— Ну в общем — то да. Но я…
— Неважно что «я»… Важно, что всё это нагнетание обстановки и давление на парня началось именно с Ваших слов! Ясно?! Тогда теперь перейдём к кошководам и собакофилам, — он перевёл взгляд на рядом с ним сидящих деятелей культуры. — Что вы со своими животными пристали? Других проблем у нас нет?! Ведь абсолютно же очевидно, что нападение на цирк вставлено лишь для того, чтобы мы его вырезали. Как и многое другое. Кстати говоря, если вы не знали, то такой финт делают все наши режиссёры. Не знали? — и видя в отрицании мотающие головы. — Очень плохо, товарищи! Всё же кинематограф — это ваша стезя и вы должны бы интересоваться, что именно делают ваши режиссёры и сценаристы! Так, например, Леонид Гайдай в кинофильме «Бриллиантовая рука», в конце ленты якобы специально захотел вставить ядерный взрыв. Цензоры естественно вырезали этот фрагмент, зато сосредоточив всё внимание на гипотетической атомной бомбе не обратили внимание на другие, скажем прямо, сомнительные с точки зрения нравственности вещи в сценарии. Вы поняли, как вами крутят?