Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

Встреча с американцем в Минкульте была назначена на пять часов вечера, поэтому решил сегодняшний день доучиться до конца, дабы по полной насладится ностальгией о былом, на всю оставшуюся жизнь, и к этой теме не возвращаться. В перерыве между парами мне предложили выйти на улицу и покурить, но я отказался, пообещав им на следующей паре попробовать изобразить на листке, что от курения происходит с их лёгкими.
  
— Неужели они будут выглядеть так, — рассматривая, после пары, мерзкий вид, что я нарисовал, произнёс усатый Сергей.
— Не будут выглядеть, а уже выглядят? Ты видел, как выглядит копчёное мясо? Так чем же твои лёгкие отличаются от того мяса? Ответ на мой взгляд очевиден — ни чем?
— Ну нафиг, я бросаю, — произнёс кудрявый Лёва и, действительно, бросил сигарету в урну.
— Блин, может тоже завязать, — осматривая свою без фильтровую сигарету «Астра», произнёс ещё один одногруппник.
— А откуда ты знаешь? — спросил усатый.
— Ну ты сам подумай. Ты коптильню видел? Видел, как мясо коптят? Так и ты сам себя коптишь изнутри, — пояснил я.
— Ребята, — произнесла подошедшая к нам староста, — сейчас вместо пары по истории будет общая профильная лекция для первого курса. Посещение обязательно.
— И что за лекция? — спросил Лёва.
— Не знаю, — ответила та и, посмотрев на меня, отозвала в сторону. Мы отошли на пять метров от всё ещё дымящих, но уже занятых обсуждением ЗОЖ ребят, и она произнесла: — Александр, а дай мне, пожалуйста, до завтра свои журналы. Я их до этого в библиотеке брала читать, но сейчас их нет. Они все на руках. А опубликованный в журнале «Москва» роман, я вообще не читала.
— Без вопросов дам, только не до завтра, а на неделю, потому, что завтра у меня дела и мне надо будет на пару дней уехать, — пояснил пионер, вытаскивая журналы из сумки.
— Но ты же и так много пропустил! Тебя отчислят за неуспеваемость! — встревожилась она, забирая из моих рук журналы.
— Не должны, — ответил я и, нахмурившись, пробурчал: — Я сегодня вечером позвоню одному товарищу из приёмной комиссии по имени Армен и узнаю какого хрена тут вообще происходит?!
Через десять минут мы расселись в огромной аудитории, где скопился весь личный состав пяти групп курса.
Тему лекции никто не знал, но так как лекция объявлялась профильной, то можно было предположить, что речь пойдёт о кино.
— Лектор. Лектор, — раздались негромкие голоса в зале, и аудитория затихла.
— Здыавствуйтэ, таварыщы студэнты. Мэна пригласыла руководства вашего высшего учэбнаго завэдэния, чтоб я вам, пэрвакурсныкам, рассказал в обшых чэртах, как правэльно снымать фылмы, которые понравятся нашэму народу, — проговорил лектор, а я закрыл глаза и попытался не заплакать.
  
Глава 26
 
По своему обыкновению, он говорил и говорил, часто жестикулируя и чересчур часто приводя в подтверждение своих слов классиков. Он перескакивал с темы на тему, а затем неожиданно углублялся, казалось бы, в простой вопрос, например, как правильно осветить пещеру, чтобы в кадре было всё видно.
В середине же лекции, дабы заинтересовать аудиторию ещё больше, преподаватель применил простой, но весьма действенный способ — он принялся в свою демагогию втягивать студентов из зала.
— Вот маладой чэловэк, что Вы скажыте эсли я Вас спрашу, как нам снать на плонку пэсню, корорую актёры по сцэнарыю поют в пэщере?
— Просто спеть, — предположил тот.
— Ха-ха. Просто спэть, — хохотнул лектор. — Ах, эсли бы это было так просто! А если обвал?! Эсли камны упадут с потолка? А?! Повэрте у нас на съёмках такое было и если бы нэ мои действия всэх бы завалило, — поскромничал он и повернувшись к сидящей во втором ряду девушке, — А вы что скажыте?
— Если надо спеть, то нужно спеть не громко, — предположила та.
— Харошая идэя, но всо равно завал можэт быть. А эсли хору нада спэть? Вабщэ рэзонанс получится можэт! Эщё варианты?
— Вообще не снимать там. Найти другое место, где снимать можно. Например, в близи от пещеры, — через полминуты размышлений выдвинула свою версию наша староста Маша Державина и я похвалил её за находчивость.
— Ха-ха-ха, — вновь засмеялся преподаватель. — А эсли нам снать нэобходымо имэнно там?! Если это режиссёрская находка такая? Тогда что дэлать? Ну, кто знаэт отвэт? — и с этими словами указал на студента: — Что Вы предложыте маладой челавэк?
Тот ничего предложить не смог, и лектор спросил другого, потом третьего, затем четвёртого и ещё, и ещё.
Но аудитория молчала, не зная ответа и пытаясь понять, как вообще возможно сделать музыкальную съёмку, если ни играть, ни петь там нельзя.
— А Вы что скажыте маладой чэловэк? — произнесли мне на ухо и я, оторвавшись от рисования посмотрел на лектора.
— Я думаю, что всю музыку и все разговоры нужно записать в студии, а в пещере лишь имитировать игру на музыкальных инструментах, — произнёс пионер, встав с места и посмотрев на медленно открывающиеся в изумлении глаза товарища Хачикяна.
Аудитория вновь задумалась в тиши, но через мгновение ей прервал громогласный возглас лектора: — Саша! Брат! Это и вправду ты??!!
Сначала присутствующие просто обалдели от такого пассажа, но, когда преподаватель полез ко мне обниматься, словно мы с ним не виделись не две недели, а целую вечность, студенты, находившиеся в зале, просто ох#@#$#.
— Ребята, ребята, вижу вашэ удывление, но прэдставтэ мое удивлэние, — весело тараторя причитал Давид. — Ви знаетэ кто это такой? Нэ знаэтэ, навэрно? Он скромный парэнь, навэрника нэчего нэ кому нэ сказал.
— Давид Эдуардович, хорош, и Вам не надо ничего говорить, — поняв в какую сторону несёт гражданина, попробовал замять инцидент я.
Но не тут-то было.
— Нэ знаете кто такой Саша Васин? Так по его сцэнарию снымалы мы филм паслэдный. Мы с ным вмэстэ снымали, он помощныком был. Ах, фильм хороший получылся, я же сэйчас вам тут о нём полчаса рассказывал, как мы харашо снялы.
Аудитория хмыкала, глядя на это зрелище и молчала, а я пытался образумить разгорячённого режиссёра словами: «Ну всё хватит. Все всё поняли. Спасибо. Давайте дальше продолжайте свою лекцию». Однако мои весьма скромные усилия по предотвращению сверх популярности, в данный момент, не увенчались успехом.
— Но это ещё нэ всо, — продолжал оратор ораторствовать на весь зал. — Вы навэрное всэ читали тэ замэчательные рассказы, что выпустили в журналах и газэтах. Оны вам понравылись? А пластинки новые, которые вышли про потомушки? Тожэ понравылись? А пэсню про бэлые розы слышали? А про Юлию? Тоже слышали? Так вот слушайте и запомныте, как вам повэзло учиться с такым парнем. Всо то, что я вам только что сказал, спэл и придумал этат скромный юнаша. Так поприветствуем жэ его рэбята, — произнёс пиар-менеджер и захлопал в ладоши.
Зал его овации особо не поддержал, но переговариваться между собой стал значительно чаще.
— Зря ты это затеял, — сквозь зубы произнёс я, скромно поклонился и, сев на своё место, прошептал: — Продолжай лекцию.
— Ну так вот рэбята, как вы всэ сэйчас поняли: Саша — скромный человэк, поэтому будэм продалжать, — улыбнувшись, произнёс Хачикян и продолжил: — Так вот в пэщере, чтобы нэ было обрушений, нужно имэтировать игру на музыкальных инструментах…
Давид продолжил лекцию, но тут же понял, что совершил ошибку, увидев, что почти вся аудитория смотрит не на него, а на меня. Я сидел, думая, что предпринять, а хитроватый режиссёр, быстро оценив ситуацию, нашёл решение как вернуть к себе внимание со стороны, в буквальном смысле, отвернувшихся от него.
— Александр Васин, подойдитэ пажалуйста ко мнэ и присядте вот за этот лекторский стол, чтобы всэ студэнтэнты моглы Вас выдэть. К тому же, Вы в достаточной мере владэете той информацией о съёмках, что я сэйчас рассказываю и сможите дополныть, если я о чём-то забуду илы упущу.
  
Я удивился скорости принятия решения коллеги и восхитившись таким выходом из щекотливой ситуации, прошёл на указанное место и сел там на стул. Теперь в результате такой полу рокировки, взгляды студентов, сфокусированные на мне, автоматически фокусировались и на лекторе.