Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Оставив певицу со своими чаяньями, ушёл в студию номер один, где сел за барабаны и записал ударные партии для песен, которые просило Министерство Обороны. Оставив бобину, переместился в студию номер два, где, присоединившись к полковнику Сорокину и звукорежиссёру, занялся сведением песен на языке вероятного противника.
В четыре часа дня мы закончили сведение. Таким образом все песни для американца были полностью готовы. Осталось дело за малым — снять видеоклипы.
К этому времени музыканты записали музыку для трёх новых композиций. Я прослушал и качеством исполнения остался удовлетворён. Заслав Мефодия в магазин, занялся аранжировкой, дописывая на отдельную дорожку клавишные. И уже через два часа запись и сведение всех трёх песен на русском языке была с успехом завершена.
Песню про розы все присутствующие слышали уже не раз, а вот новые композиции их очень удивили, особенно песня «Надо поле притоптать», которая была для этого времени не только необычной, но можно сказать, и революционной.
https://www.youtube.com/watch?v=HNpLuXOg7xQ - Нейромонах Феофан — Притоптать
Народ услышавший столь необычное исполнение, абсолютно не понимал как мне удалось соединить воедино слова а-ля «русские народные» и такую необычную техно-музыку, а посему находился в шоке. Я их понимал, сочувствовал и продолжал куражиться как мог приплясывая у стойки микрофона.
Другая же композиция, которую пела наша рыжуха, была менее весёлой, но в тоже время не менее революционной из-за тяжёлого звучания гитар, которое очень хорошо вписывалось в гармонию композиции.
https://www.youtube.com/watch?v=9vLupooVhsc - ГРАЙ — В объятиях Мары
Всем присутствующим песни очень понравились, а исполнявшая песню Юля вновь получила заслуженную похвалу и признание слушателей.
— Александр, я тоже такую песню хочу петь, — подойдя почти вплотную ко мне, надув губки, заявила Катя.
— Н-да? — якобы удивился Александр. — А что же ты раньше молчала?
— Я стеснялась, ведь у Вас же всё-таки ВИА…
— А теперь стеснятся перестала?
— Теперь перестала, — с вызовом в голосе произнесла та. — Теперь я поняла, что если стеснятся, то песен вообще не достанется, — и тут же предложила. — Давай ты напишешь для меня песню, и мы её тоже запишем.
— Екатерина, это всё не так просто. Во-первых, у нас сегодня последний день в этой студии, а во-вторых, надо эту песню сначала придумать. Для этого должно быть вдохновение. Должна посетить муза, — стал я набивать себе цену.
Девушка ничего на это не ответила, однако не ушла, а стала пристально разглядывать меня, и после минуты гляделок произнесла:
— А давай я к тебе приеду и буду тебя вдохновлять?
* * *Закончив запись, наша дружная компания собралась на выход, ибо сейчас нам нужно было ехать на съёмки клипа для Юли.
Ко мне в дверях подошёл полковник Сорокин и отведя в сторону сказал: — Саша, я сейчас по телефону докладывал генерал-лейтенанту Порхунову о том, что мы закончили порученную им запись. Он поблагодарил нас за службу и поинтересовался: когда на эти песни мы будем снимать клипы?
— Ёлки-палки, — культурно ругнулся я. — И что ты на это ответил?
— Я сказал, что пока мы не планировали.
— А он?
— А он сказал, что в сорок третьем за такой ответ ставили к стенке и приказал снять клипы на записанные песни в течении трёх суток. Сказал, что со мной сегодня свяжется генерал Петров и поможет всё устроить. Он и будет отвечать за техническое обеспечение операции.
— Б#@#, какой к чёрту операции?! — прошептал я. — Мне сейчас вообще не до этого. Мне к съёмкам фильма надо готовится. Там просто непаханое поле ещё, а меня на всякую мелочь отвлекают. — Жаловался бедняжка и, посмотрев на Сорокина, спросил: — Ну так, что будем делать?
— Не знаю. Ты в этом деле — спец, — сказал тот и предложил: — Если хочешь, я могу, конечно, подумать над сюжетом, но результат, как ты сам понимаешь, гарантировать не могу.
— Ладно, не надо, — поморщился я. — Выделим на это дело время.
— Когда начнём съёмки? Завтра? И самое главное где?
— Снимать будем в воскресенье в Подмосковье посреди более-менее травянистого поля, которое тебе за эти дни предстоит найти. Какой реквизит нам для съёмок будет нужен сейчас напишу, а если что-то забуду, то позвоню вечером тебе домой, — решил великий и быстро написал список, после чего отдал его и, видя немой вопрос коллеги, проговорил: — Не волнуйся успеем всё вовремя. Наш генерал в обиде не будет. Ок? Ну тогда покедова!
****
Приехав в консерваторию, мы обнаружили там полковника Кравцова и операторскую группу во главе с режиссёром, который представился фамилией Сегурко.
— А Хачикян где? — поинтересовался я у комитетчика.
— Его сейчас нет в Москве. Сказали на днях будет. Но ждать, как ты понимаешь, мы не можем. Поэтому руководство выделило для съёмок этого перспективного режиссёра с киностудии «Мосфильм».
Так как я ни о каких великих режиссёрах с фамилией Сегурко в будущем не слышал, то в его перспективности я был несколько не уверен. Однако делать было нечего, и я решил рассказал ему, что конкретно я хочу видеть на экране.
— Короче говоря, посреди сцены на небольшом помосте, который сделали плотники несколько больше, чем я предполагал, стоит дирижёр и дирижирует небольшим оркестром, который расположен перед ним двумя группами: одна слева от него, другая справа. В такт взмахов рук дирижёра с другой стороны белого киноэкрана, который спасибо монтажникам установлен, зажигаются разноцветные огни. Происходит это то с одной стороны, то с другой, тем самым освещая оркестр, сидящий в полутьме по эту сторону экрана, — объяснил я и, видя непонимание, пояснил объясненное: — Ну это всё сумбурно конечно. Короче говоря, сами увидите, как это будет.
— А певица?
— Певицу мы заснимем несколько раз посреди сцены вместе с оркестром под разным освещением. Потом в полутьме среди зеркал, которые должны были привезти. А также стоящей у рояля и лежащей на нём, — рассказал сценарий съёмок пионер и спросил: — Платья для певицы привезли? Парикмахеры здесь? Отлично. Тогда вот вам схема расстановки оркестра, а я отойду на две минуты дам указания гримёрам.
Оставив режиссёра, позвал Юлю и, взяв её под руку, пошёл с ней в костюмерную. Пригласив туда гримёров, костюмеров и парикмахера, достал из сумки рисунок, вырезанную фотографию и рассказал, что должно в итоги получиться из нашей всеми любимой рыжухи.
— Товарищи, вам говорили, что за съёмки этого клипа ответственен я? Отлично. Тогда послушайте, пожалуйста, что я вам скажу. Уважаемые женщины, сейчас вам предстоит сделать чудо. Из простой советской девушки, комсомолки и спортсменки, вы должны будете сделать светскую львицу такой красы, на фоне которой вся западная богема, все дочери, жёны и любовницы американских миллионеров, выглядели бы по сравнению с нашей прекрасной советской красавицей, просто блеклыми молями. Товарищи из министерства культуры характеризовали вас как сверх профессионалов в этом деле, так выполните же свою работу достойно. А для того, чтобы у вас появился дополнительный стимул сделать всё по самому наивысшему классу, могу со всей ответственностью пообещать вам следующие: Этот мини-фильм покажут в США и если он им понравится, то американцы пригласят наш ансамбль к себе на гастроли. Естественно, нам понадобятся в этом туре костюмеры высшей категории. Хочет кто-нибудь из вас в загранкомандировку в Штаты? Тогда сделайте чудо!
Далее пошёл к электрикам, дабы проверить как те с другой стороны экрана смонтировали прожектора-софиты, которые будут гореть разными цветами. Монтажом остался доволен и посмотрел на двадцать привезённых зеркал на колёсиках, двое из которых были разбиты либо при транспортировке, либо при выгрузке. Поморщился разглядывая трещины на них и пошёл искать Севиного папу. Нашёл его, как и полагается на сцене, одетым в дирижёрский фрак. Ещё раз рассказал Аркадию Львовичу, как будет происходить съёмка, и, подойдя к Антону, который подключил в этот момент магнитофон к колонкам, поинтересовался его готовностью. Услышав в ответ, что он готов, крикнул режиссёру-оператору, чтобы тот приготовился к съёмке. Тот крикнул в ответ, что готов и прильнул к камере, тогда я поднял руки к небу и громко скомандовал: — Мотор!