Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Кричали они мне в спину относительно не долго, вероятно, поняв, что при беге на длинные дистанции одно из главных правил — это правильное и размеренное дыхание. Поэтому вскоре мы перешли на крейсерскую скорость и с успехом преодолели отметку в три километра. Нужно сказать, что их крики: «Немедленно остановиться!» всё же принесли им небольшой промежуточный эффект, из-за которого у меня несколько побаливала спина. Когда мы ещё только приближались к отметке один километр, и мои преследователи ещё о важности дыхания особо не думали, поэтому голосили с завидной регулярностью, оглашая своими противозаконными криками всю округу. Естественно, что крики привлекали к себе внимание прохожих и один из них — старичок, гуляющий по дорожке с таксой на поводке, вероятно решив помочь преследователям, проявил сознательность и незатейливо со всей дури наотмашь саданул мне тростью, приложив ею аккурат по диагонали всей спины. От такого неожиданного подарка я охренел и чуть было не упал, но всё же сумел не потерять равновесие и продолжить свой путь, обалдевая от прилетевшего «нежданчика». На дедка я, собственно, особо сильно в обиде не был, ибо тот, вероятно, действительно хотел помочь задержать преступника. Но был у меня к этому добровольному помощнику один вопрос: с чего он взял, что преступник я, а не те два лба, которые со всех ног преследуют молодого парня? Нет ответа? И по всей видимости не будет. Просто дело в том, что в этом времени, как правило, гонятся именно за преступниками, а не наоборот. Недемократично конечно, но фак есть факт — преступники белым днём тут за людьми ещё не бегают.
Глава 3
Когда наше спортивное общество пробежало отметку в пять километров, закончив «круг», и собрались было бежать ещё, как минимум, столько же, изначальная мажорная риторика преследователей резко изменилась, перейдя в более минорные тона.
— Эй, Васин! Подожди! Мы останавливаемся! Давай поговорим! Не убегай! — прокричал мне в спину темноволосый. Я оглянувшись через плечо и, посмотрев на остановившихся, изрядно запыхавшихся преследователей, констатировал: — Слабаки!
— Васин, ты спортсмен что ль? Ты чего тут с нами гонки устроил?! — предъявил претензии темноволосый, вытирая локтём пот со лба и не спеша стал приближаться ко мне, в то время как его белобрысый товарищ остался на месте.
— Гражданин, я вас опасаюсь, поэтому если Вы ко мне приблизитесь ещё хотя бы на шаг, то я вновь побегу, — произнёс бегун и в этот момент, что-то словно почуяв, обернулся и сразу же увидел как ко мне со всех ног бежит ещё один гражданин в костюме и плаще, придерживая на ходу фетровую шляпу. Поняв, что я заметил засаду, темноволосый с белобрысым не стали мешкать и немедленно бросились ко мне. Делать Саше было нечего, поэтому я свернул с перекрытой врагами дороги и, быстро найдя какую-то тропинку среди деревьев, ломанулся в глубь парка.
Те поняли, что облежались, что дичь ускользает и принялись просить меня остановиться и поговорить, но я не стал обращать внимания на эти крики, отдав все силы на бег и уже через минуту преследователи от меня безнадёжно отстали, потерявшись. Сделав крюк в пару километров, который как известно для бешенной со… в смысле бешенного пионера, вовсе и не крюк, вернулся к турникам за курткой, однако забрать её было не суждено. Куртка была в руках у одного из поджидавших меня преследователей — у белобрысого «хватальщика».
Они меня заметили, но ничего не сказали, а встав в шеренгу лишь смортели, как я не спеша направляюсь в их сторону.
— Ну и зачем Вы дяденьки трогаете чужие вещи? — поинтересовался пионер, не дойдя до не святой троицы метров десять.
— Это твоя? — наигранно спросил темноволосый, показывая рукой на куртку, и я сделал вывод что он скорее всего в группе является старшим. — Ну подходи и Степан тебе её отдаст.
— Пусть ваш Степан, положит её на лавочку. Я потом заберу, — шмыгнув носом, сказал я прикидывая — успею ли я, выхватив предмет одежды, убежать или нет?
— Давай, Васин, хватит глупить. Одевай свою куртку и поехали. Нас ждут.
— Никуда я с вами граждане не поеду, пока вы не объясните, что Вам нужно от меня и не покажите свои удостоверения в развёрнутом виде, дабы я, как гражданин СССР, убедился, что Вы действительно являетесь теми за кого себя выдаёте.
— Ох, как ты достал, — негромко произнёс темноволосый и, оставив компаньонов на месте, направился ко мне, доставая на ходу из внутреннего кармана корочку.
Я решил не подставляться, поэтому немедленно попятился назад.
— Ты куда? — остановившись спросил мужик.
— А ты куда? Поймать меня хочешь? Так имей ввиду — я против, — пояснил свою позицию пионер.
— А как же тогда тебе удостоверение показать?
— Положи на лавочку вон там, — показал рукой, — я посмотрю и положу его обратно.
— Нет. Так не пойдёт. Я положу, ты схватишь и убежишь. Бегаешь ты быстро, поэтому поймать будет тебя потом сложно. А меня за потерю удостоверения уволят. Так, что не глупи и подойди ко мне. Я обещаю, что задерживать тебя не буду.
— Видел я ваши обещания. И грош им цена оказалась, — вынес вердикт я, размышляя, что же мне делать. Раз они тут, то значит адрес мой знают и на квартире скорее всего уже были. Как же хорошо, что мне вчера всё же удалось уговорить маму взять отпуск за свой счёт и переехать жить пока в московскую квартиру бабушки. Решили мы это вчера на семейном совете, после того, как в информационной программе «Время» показали Кремлёвском дворце съездов, где все зрители, глядя на трибуну с членами Политбюро СССР во главе с Леонидом Ильичом Брежневым, скандировал слова из «моей» песни: Дядя Лёня, мы с тобой!
https://www.youtube.com/watch?v=7kpd74vcmUo
— Дядя Вова, мы с тобой
Нужно ли говорить, как этим поворотом были фраппированы мои мама и бабушка. Да признаться и я, хотя был не из робкого десятка, но тоже маленько прифигел от неожиданных декламаций пролетариата, которые меня вполне реально могли довести до цугундера.
Теперь же получается, что раз дома никого не застали принялись искать по району. И таки нашли. Следовательно, они знают, что я по утрам бегаю… Получатся теперь в квартиру я вернуться не могу, ибо она моментально превратится в мышеловку. Тогда, что же делать? Сдаться? Нет уж — это вряд ли. К тому же я ещё с антигравитацией не поэкспериментировал.
— Матч состоится в любую погоду, — прошептал крылатое выражение экспериментатор-спортсмен, не выпуская из видимости темноволосого. Отошёл к крайнему от него турнику, хорошенько взялся за столб буквально вцепившись в него, распрямил своё тело и изо всех сил напряг мышцы спины, после чего ноги мои оторвались от земли.
Стоящие псевдокомитетчики ошалело взирали, как я, держась за столб, шагаю по воздуху и попытки схватить меня не предпринимали.
Позанимался так пару минут, удостоверился, что такую неведомую хрень в этом теле я творить довольно легко могу и опустившись на землю, пошёл к, задумчиво переводящему взгляд то на турник, то на меня, главному.
— Ну-с, гражданин, предъявите своё удостоверение, — попросил я не дойдя до тёмненького метров пять и сразу же предупредил: — Имейте ввиду — вы обещание дали, что задерживать меня не будите.
Тот согласился и повторил обещание вновь.
Подошёл в плотную. Прочитал его удостоверение, в котором говорилось, что оперуполномоченный старший лейтенант КГБ по фамилии Сивов и что корочка действительна до 1982 года. Ознакомившись с документом сделал шаг назад и, внимательно следя за его напарниками, поинтересовался: — Что вам от меня надо?
Тот убрал удостоверение в карман и пояснил, что со мной хотят побеседовать и что он получил приказ как можно быстрее доставить меня.
— А мы тут уже час бегаем за тобой, — посетовал он и продолжил о своём: — Ну так ты убедился, что я сотрудник? Согласен ехать? Нас ждут.
— Понимаете ли, товарищ лейтенант, Вам наверное не кажется, что всё это какой-то бред, однако мне это очень даже кажется. Я в последнее время в вашу контору езжу почти каждый день, словно на работу. Что скажете? Не перебор ли это? Я же и с Ласточкиным, и с Громовым, и с Малафеевым договаривался, что если я им нужен, то они буду звонить мне домой и после согласования времени мы будем встречаться, так почему же вас посылают схватить меня и доставить любой ценой, словно я какой-то преступник?! Это же явный бред! — логично разъяснил я гражданину сложившуюся неприятную ситуацию и поинтересовался: — скажите, это из-за скандирования в Кремлёвском дворце? Или из-за чего? Ведь с кассетами, пластинками и журналами мы вроде бы разобрались и все вопросы решили.