Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Всё ещё пошатываясь и подёргиваясь проходя мимо ларька «Союзпечать» краем глаза обратил внимание на лежащий там журнал «Огонёк». На центральной странице продукта красовался лик Генсека, однако не это привлекло моё внимание. Я подошёл ближе и уставился на надпись, красовавшуюся внизу главной страницы: «Армагеддон. Мы отправим вас ад»!
«Это Золотова решила без цензуры, что ль напечатать мой роман»? — подумал я, не понимая, как такое, мягко говоря, необычное название могло пройти мимо Главлита, а вслух с восхищением прошептал: — Ай да тётя Оля! Вот уж не ожидал, что у них такое «прокатит», ведь журнал то абсолютно не про романы… Пока стоял в задумчивости глядя на цветную обложку номера, сбоку появился небольшой мужичок средних лет и поинтересовался у продавщицы, есть ли в продаже «Огонёк»? Та ответила утвердительно, и гражданин засуетившись произнёс: — Беру всё, что есть, — после чего спросил, имеется ли в продаже газета «Пионерская правда» и когда услышал, что тоже есть, то обрадовался и добавив, что берёт и её достал из кармана чёрный бумажник.
«Оптовик, наверное, какой-то», — сначала подумал я, но затем вспомнил, в каком именно времени нахожусь и что тут слово оптовик без проблем приравнивается к слову спекулянт, а посему незамедлительно произнёс: — Молодой человек, я бы тоже хотел купить и газету, и журнал.
Гражданин на меня глянул с презрением, осмотрел с ног до головы и ответил: — Так и быть, «Пионэрскую правду» тэбе уступлю, а журнал нэт. Подожди там в сторонкэ. Я скоро подойду.
— А если мне нужен будет журнал? — наивно поинтересовался вьюнош.
— Журнал тэбе в пять рублэй обойдётся, если хочешь, — без зазрения совести решил общипать «птенца гнезда Петрова» грёбанный коммерсант.
— Норм цена, — оценил я и пояснил барыжной морде: — Не надо мне ничего уступать, просто встаньте в очередь и наслаждаясь солнцем ждите пока я не совершу покупку, ведь вы подошли к киоску много позже меня, а посему являетесь вторым в очереди, — втолковывал наглецу пионер, — кстати за мной ещё занимала беременная женщина в красной шляпе и какой-то слепой дедок в папахе и бурке.
— Что? — вскричал тот и попытался влезть отодвигая меня от окошка. Я упёрся и недолго думая со всей силой наступил дурачку на ногу, после чего под крики жертвы попытался прояснить ситуацию у продавщицы: — Я же был первый в очереди? — та, широко открыв глаза замотала в подтверждении головой. — Отлично. Тогда дайте пожалуйста мне пять «Огоньков» и пять «Пионерок».
— Нэ больше одного номера в руки, — растерянно произнесла товаровед, видимо поняв, что в печатной продукции напечатали в кое-то веки, что-то интересненькое, раз присутствует широкий ажиотаж среди масс. — Зачем тэбе стока?
— Ну, во-первых, у меня две руки, так, а во-вторых мне надо родителям и бабушкам с дедушками по номеру подарить, — соврал я, но продавщица не стала спорить с логичными аргументами и выдала мне требуемое. Рассчитался и отошёл в сторонку листая журнал и даже забыв про слегка придавленного мной мужика.
«Ага… Вот это да! Вот это Золотова! Ай да красавица! — восхищённо думал я, разглядывая отрывки из романов. — Даже не думал, что в еженедельном журнале могут такое напечатать. Правда «непонятка» тут «походу нарисовалась», — оглядел я подпись автора под романами. — Интересно, почему я Васильев у них получился? Как так можно было перепутать фамилию-то? — почесал затылок и не смог найти объяснения сему удивительному факту. — Ладно, приеду домой, съезжу в редакцию и проясню этот нонсенс, — решил писатель и открыв «Пионерскую правду» сразу же глянул на подпись под публикацией, после чего облегчённо констатировал: — Интересное пособие для начинающих свой революционный путь пионеров написал прекрасный пионер Саша Васин».
— Иды отсюда спэкулянт проклятый, а то сейчас милицию позову! — вывел меня из раздумий крик продавщицы.
Мужик сказал ей, что-то по-армянски, махнул рукой и направился в мою сторону. Я убрал журналы в сумку и демонстративно хрустнул костяшками пальцев, после чего покрутил шеей разминая позвонки и «пробил двоечку» по воздуху, точна так, как это делали бандюги в блаженных 90-х.
— Зачем тебе столько журналов? Продай их мне. Я тебе на пятнадцать копеек больше дам, — вероятно всё осознав к чему ведёт его дальнейшее продвижение к моим границам выкрикнул гражданин, не дойдя до меня метров десять.
— На пятнадцать копеек это мало, — ответил я, видя, как из киоска вылезла голова продавщицы, чтобы «погреть уши».
— А на сколъко? — спросил начинающий коммерсант.
— На десять рублей дороже продам, — приколол его мерчендайзер, прости Господи.
— Ты, что савсэм что ль с ума сошёл? Я на них столько не заработаю! — зло произнёс визави, сверля меня взглядом, но с места не двинулся.
— Ну и не «хрен» тогда барыжить вовсе наживаясь при этом на тружениках тыла! Ты знаешь, что за спекуляцию есть статья в Уголовном кодексе? Не знаешь? Поверь, она есть. Я понимаю конечно, что тебе кажется сейчас, якобы за такую мелочь не посадят. Однако ты в корне не прав, — растолковывал подозреваемому прокурор. — И знаешь почему? Попадёшься, к примеру, что называется «под горячую руку», и получишь срок по полной программе. Опять не веришь? А напрасно. Сейчас в Грузинской ССР, забыл в каком городе, проживает судья который, к примеру, за кражу курицы выписывает подсудимому пять лет лагерей. Как тебе такое Илон Маск? Так, что молись по ночам, чтобы к такому вот сверх справедливому вершителю судеб не попасть на эшафот. Почему на эшафот? Да потому, что ты своими действиями подрываешь экономику страны советов. А разве не мечта всех врагов на свете подорвать эту самую экономику нашего замечательного государства рабочих и крестьян? Вот и подумай на досуге сколько лет тебе за это положено? Уяснил? — образовывал я спину быстро удаляющегося от меня гражданина, а затем добавил «красного словца» крикнув в след: — Впрочем за такие дела могут и не посадить, а сразу к стенке поставить! — посмотрел на голову, ошарашенно пялящуюся на меня из ларька и засунув руки в карманы мотнув головой вперёд убеждённо повторил: — Могут! — и поправив сумку не спеша пошёл по тротуару.
Я не знал и не мог знать, что сегодня, практически в это самое время, вышли в свет ещё два журнала с фрагментами моих романов. В журнале «Москва», был опубликован фрагмент из романа «Портал в прошлое», а в приложении «Искатель» отрывок из романа «Спектр». Также пионер не знал и том, что в тех журналах началась ровно такая же катавасия как в «Огоньке» несколько дней назад, включающая в себя приезд самого Романова. Руководитель Главлит бушевал и грозил карами не только отдалёнными — небесными, но и гораздо более близкими и реальными — земными. Все редакции журналов и газет получили строгий приказ, в котором в категорической форме запрещалось печатать всех авторов, у которых фамилия начиналась с буквы «В», в том числе Васиных и Васильевых, без личного согласования руководителя Главлита. Весь состав, так на зываемой пятой власти, был поднят на уши и боялся немедленной чистки от скверны, проникшей в их ряды, однако рабочий день продолжался, а ожидаемых репрессий так и не последовало. Небыли созваны не какие экстренные партсобрания активов, никто никого не клеймил и не обвинял в Фарисействе, и никто никого не увольнял и не арестовывал. Всё шло своим чередом и рабочие коллективы стали входить в привычное русло рабочего ритма.
А вот простой народ был в эйфории. Столько замечательных романов, пусть неполных, пусть урезанных цензурой, пусть довольно коротких, советский народ уже не видел давно. Люди читали и перечитывали журналы и газеты затаскивая их до дыр и наверняка жалели о том, что под рукой нет ламинированния, о котором они естественно в 1977 году просто не знали. Они сидели на лавках в парках, в метро и троллейбусе, в кресле и на табуретке, они стояли в очередях за импортной обувью, в буфете за обедом, в очереди на посадку в самолёт, лежали на диванах и на раскладушках и читали, читали, читали. Для многих из них, именно эти дни были самыми прекрасными и счастливыми днями в их жизни!