Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

— Главный Саламатин у телефона.
— Главный редактор? — попытались уточнить на том конце провода не поняв представившегося.
— Да, я товарищ редактор, — подтвердил он.
— Здравствуйте. Я помощник товарища Брежнева Кошкин Владимир Михайлович, — в свою очередь представился собеседник. — Леонид Ильич проявил интерес к романам, опубликованным в сегодняшнем номере «Огонька» и хотел бы прочитать продолжение, не дожидаясь выхода следующих номеров. У вас же есть рукописи романов целиком?
  
— Дддаа…
— Отлично. Через какое времени можно получить копии? — спросил Кошкин, которого также заинтересовала прочитанная часть романа и ему очень хотелось узнать, что же будет с подводниками дальше.
— У нас в данный момент нет свободных копий, — с сожалением признался Главред и тут же заверил, — но я сейчас же дам распоряжение и машинистки всё напечатают.
— Сколько это займёт времени? — попросил уточнить помощник.
— Около двух часов товарищ… гм… — он забыл фамилию собеседника, поэтому замявшись чуть «помычал», а затем вспомнив имя добавил: — Товарищ Владимир.
— Хорошо, через два часа к вам подъедет фельдъегерь и вы передадите ему копии. Договорились?
— Так точно, — отрапортовал Главред поняв, что разговор завершён.
К удивлению редактора, хоть все вопросы и были решены, но трубку там не положили, а хмыкнув негромко поинтересовались:
— Товарищ Саламатин…
— Я вас слушаю, товарищ…
— А вот у этого автора, Васильев кажется фамилия?..
— Так точно! Александр Васильев, — подтвердил Главред.
— Так вот, скажите, а у этого Александра Васильева, ещё какие-нибудь романы есть?
«Как в «воду глядит»», — пронеслась мысль в голове у Главреда «Огонька», и он, промокнув платком вспотевший лоб ответил:
— Так точно! В моём распоряжении находится ещё три романа этого автора.
— Вот как? Замечательно, — обрадовался помощник Генсека. — Тогда за ними приедет ещё один фельдъегерь.
— Товарищ Владимир, вы знаете, те три романа ещё не прошли цензуру, — попытался пояснить редактор.
— Вот заодно и пройдут, — хохотнули на том конце провода. — Вы ничего не редактируйте. Леонид Ильич сам отредактирует, что нужно. Просто сделайте копии с оригинала без изменений. Поняли?
— Да…
— Так через какое время копии будут готовы?
— Через четыре часа, — ответил Главред пытаясь вспомнить не было ли хотя бы намёка на «запрещёнку» в оставшихся трёх романах.
— Спасибо товарищ Саламатин. Леонид Ильич благодарит Вас за работу и оперативность. До свидания, — сказал Кошкин и завершил разговор.
— Всего Вам доброго товарищ Владимир, — выдохнул Саламатин в гудящую короткими гудками трубку и опустившись на стоящий рядом стул закрыл глаза.
— Что там? — потеребил его Романов видя, что визави проваливается в свои мысли.
— Копии хотят, — прошептал Главлит, — всех романов. Без изменений. Изменять что-либо запретили…
— Эх… Ну и заварил ты кашу Саламатин, — досадливо произнёс «Главлит» и присел рядом. — Знаешь, как в народе говорят: теперь либо грудь в крестах, либо голова в кустах.
— Нда…
— Слушай Жень, а у тебя там эти новые романы совсем не вычитывались и цензуру не проходили?
— Почти, — ответил тот. — Моя заместительница прочитала, потом я прочитал. На первый взгляд, ничего «такого» нет. Обычная фантастика, причём очень интересная.
— На первый взгляд, — передразнил его Романов. — А на второй взгляд, там антисоветчина какая-нибудь?!
— Нет. Нету там антисоветчины.
— Ладно, пойдём к тебе в кабинет и почитаем их, а там уже по месту разберёмся, — устало сказал Романов и встал со стула. — Может и под редактируем чуть-чуть…
— Вы что?! — вскочил Саламатин и вылупив глаза на куратора прошептал: — Категорически запрещено!
— Да пошутил я, пошутил, — поняв, что «лоханулся» дал «заднюю» руководитель Главлита и обводя взглядом заполненную людьми бухгалтерию громко произнёс: — Это была шутка товарищи! А теперь все за работу! Сегодня не выходной день! Пора работать!
Когда они поднимались к кабинету редактора Романов спросил:
— Слушай, а как так получилось, что ваша рукопись у нас редакцию прошла? Там ведь в заголовке слово «ад» присутствует. Вы вообще её нам посылали?
— Конечно посылали, — ответил Саламатин, но о том, что посылалась рукопись под названием «Армагеддон» естественно не упомянул, да и никаких ядерных взрывов на той обложке не было. — И вы нам её утвердили.
— Интересно, как такое могло мимо меня пройти? — удивился руководитель Главлита открывая дверь в кабинет Главреда журнала «Огонёк».
Через полтора часа свита во главе с Романовым, не обнаружив особо сильной «крамолы» уехала по своим делам, а Саламатин, по привычке сняв трубку и объяснив дозвонившемуся работнику метрополитена, что продолжения романов пока не будет, положил её рядом с телефоном и глядя на потолок прошептал:
— Чудны дела твои Господи!
*****
Москва. Посольство США.
— Ну, Майк, что ты об этом думаешь? Это угроза? — спросил полномочный посол США в СССР Тун Малкольм своего собеседника.
— Не думаю сэр, — ответил резидент ЦРУ в СССР, работающий под личиной дипломата и сразу пояснил свою позицию: — В докладе Брежнева, который напечатан в том же журнале на первых страницах, не говориться ни слова о чём-то, что можно было бы интерпретировать, как недовольство Советов нами или нашими союзниками. Там вообще нет ни слова о флоте и ядерном оружии. В докладе говорится о механизации и электрификации сельскохозяйственного производства.
— Майк, возможно там присутствуют какие-нибудь иносказания, которые ваши сотрудники не заметили? — закуривая сигарету спросил посол и пояснил: — Именно так, на пример, делает наш журнал «The Time» в конце каждого года, предсказывая, что будет в следующем. Так почему бы и им не сделать, что-то подобное?
— Не думаю, — хладнокровно ответил резидент. — Как можно сделать намёки рассказывая о сенокосилках и элеваторах. Такие намёки никто просто не поймёт.
— Вы Майк на мой взгляд слишком самоуверенны. Это конечно хорошо в некоторых случаях, но не всегда. Иногда самоуверенность может очень сильно навредить делу. Имейте ввиду, от русских можно ожидать всего! И, это Майк, не какая-то старая притча, покрывшаяся от времени паутиной, а правда жизни. Я хоть и совсем недавно на этом посту, но уже ознакомился со многими материалами и скажу вам, что у нас серьёзный противник, поэтому недооценивать его мы с вами просто не имеем права. Ведь не спроста же русские разместили на фоне Брежнева подводную лодку запускающую ракету, ядерный взрыв, да ещё и надпись про «ад» написали. Вам, наверное, не нужно говорить, что СССР является страной фактически атеистов и слово «ад» никак не могло бы пройти их цензуру. На вопрос, кому они собираются устроить ад, я полагаю вы ответ и сами знаете и вам объяснять ничего не надо?.. А вы говорите механизация… Вот у русских какая механизация выходит из шахты атомного ракетного крейсера. Баллистическая механизация и электрификация, впрочем, тоже, вы же видите красную электролампу ядерного гриба на заднем фоне? Видите? То-то и оно…
Он глубоко затянулся и выпустив дым закинул ногу на ногу, а затем продолжил:
— Второй вопрос касается второго рисунка, это там, где космонавт палит из лазерной пушки по Земле. Если присмотреться и провести прямую линию от оружия, мне кажется, что стреляет тот по территории Северной Америки. Вы это заметили?
— Извините, я настолько подробно ещё не рассматривал обложку журнала. Не было времени.
— Очень жаль, — констатировал посол. — Рассмотрите на досуге. Очень знаете ли мысли лучше начинают работать, когда представляешь свой дом и то, что от него останется, когда русские туда выстрелят вот из такого вот лазера.
  
— Посол, вы несколько преувеличиваете возможность русских. Это просто обложка к фантастическому роману…
— Которая изображена на портрете их лидера! — напомнил Малкольм. — Вы уверенны, что у них нет такого оружия?