Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

* * *
Шашлыка пожарили не много, поэтому каждому досталось по три кусочка. Сделано это было не по ошибке или из-за жадности, а потому, что до обеда ещё два часа и нефиг есть в рабочее время. «Заморили червячка» и хорош, пора дело делать…
Когда заканчивал перекусывать, ко мне подошла Елена Викторовна — актриса МХАТ, которая тут играет подругу главного героя Таню и озадаченно держа сценарий в руке показав мне на эпизод спросила:
  
— Саша, вот тут у тебя написано, что моя героиня, не снимая сапоги, прям в них села за диван и подвернула под себя обе ноги. Это не опечатка? Мне тоже так нужно будет сделать?
— Гм… — озадаченно произнёс я, доедая сочный кусок шашлыка и стал вспоминать, где вообще находится этот момент и действительно ли в оригинале происходит такая «дичь».
Прикрыл глаза и задумался… Гм… Походу дела там действительно такой момент есть. Гм… Интересно… Америкосы, впрочем, как и многие другие иностранцы, очень часто говорят о загадочной «Русской душе», а вот это вообще, что такое? Это ведь их фильм-то… Это типа, посади синью за стол она и ноги на стол, или как вообще это понимать? С ногами, в сапогах, ходила по улице, а потом на чистый диван и ноги под себя… Гм… Непонятно…
Хотя… От чего же непонятно?.. В оригинале, этот диван в ближайший час должны будут забрать в какой-то благотворительный фонд. Может поэтому такое пренебрежение к фактически уже чужой мебели? Вполне возможно… Однако у нас-то по сценарию диван заберут не в какой-то фонд, а в детдом и такая сцена будет мягко говоря неактуальна, а посему сценарий нужно слегка подправить.
— Нет, Елена Викторовна, класть грязную обувь на диван Вам не следует, ровно, как и задирать ноги. Это не наши методы. Просто сидите расслабленно, быть может положив ногу на ногу, — вынес вердикт я, задумавшись, о том, что быть может та героиня вовсе и не «свинтус», а привезла к примеру те сапоги с собой как сменную обувь и переоделась? Может быть это её обычная домашняя обувь как, скажем как тапочки, ну а само переодевание просто забыли показать? Может такое быть? Очень даже может, ведь ходят же двадцать четыре часа в сутки на каблуках мои соседи, так почему бы не походить и ей?..
Пока камеру заносили в отремонтированную комнату и корректировали свет в помещении я подошёл к импровизированной гримёрной, находившейся в соседней комнатушке, где «под старину» гримировали Невинного. Нужно сказать, что получалось у гримёрши довольно таки профессионально и Вячеслав Михайлович сам на себя был практически не похож. Дежурно поинтересовался как дела, услышал позитивный ответ и обрадовавшись получающемуся благодаря гримёрше образу побрёл «рулить» дальше.
* * *
Для того, чтобы актёры понимали, кто и куда должен перемещаться я нарисовал каждому герою индивидуальный план. Актёры морщились и разглядывая стрелочки и становилось ясно, что им мало чего понятно. Наморщив ум, придумал «лайфхак» и приклеил на пол бумажки на которых написал цифры. Таким образом получалось, что к примеру, Юлин путь, в одной из сцен должен был выглядеть так: диалог на цифре номер два, переход на цифру номер семь, смех там, переход к цифре номер пять, поправление причёски и прилаживание у цифры номер ноль, то есть у камина.
Разговоры, разговоры и вот собравшиеся находят древний охотничий лук…
Нужно сказать спасибо Армену, а точнее его помощнику, который смог договорится с «местной» секцией по спортивной стрельбе из лука и взять одну единицу на прокат.
Снято…
Вынесли аппаратуру на улицу…
На «Яве» подъехал Артур и Люда. (Караченцов и Юля). Снимали их приезд не только у дома, но и на подъёме. «Ява» в те времена «вещь(!)» и прёт в гору на второй передачи без проблем, что для некоторых других мотоциклов этого времени является непосильной задачей.
Сняли и вновь потащили аппаратуру в дом.
Тут нужно сказать, что я абсолютно чётко понимал, то обстоятельство, что съёмку фильма я веду абсолютно неправильно. Об этом не раз и не два мне говорили все собравшиеся включая кинорежиссёра и звукорежиссёра больше всех от постоянных перемещений страдающих.
Естественно я осознавал и тот факт, что фильмы снимаются как, правило так: пришли в локацию, к примеру, в помещение, сняли там все сцены, которые будут в фильме независимо в начале они будут, в середине, или в конце картины. Сняли, перешли в другую локацию и уже затем весь снятый материал режется и монтируется на монтажном столе в любом порядке.
Да, я это знал, но делал по-своему, ибо, во-первых, фильм не профессиональный, а во-вторых я не хотел лишних «заморочек» с поиском нужного эпизода, потому как времени на монтаж у меня будет категорически в обрез. К тому же если, что-то потеряется, то восстановить это будет практически невозможно, ведь все актёры заняты и сразу после съёмок разъедутся по своим основным рабочим местам. Именно из-за этого я решил снимать последовательно, сцену за сценой, благо, что локаций в картине было совсем не много, а десять-пятнадцать минут на перенос аппаратуры большой роли не сыграют.
* * *
В начале съёмок больше всего я волновался за Юлю и Ильича, ввиду того, что они были лишь начинающими «звёздами мировой величины» и рядом с маститыми актёрами могли чувствовать себя неуверенно, скованно в следствии чего паниковать и запарывать дубль за дублем.
К счастью мои волнения были напрасны и всё обошлось.
Не знаю, что служило тому виной, быть может усталость от перелёта, быть может вчерашний сабантуй, быть может уже всё перегорело, но результат меня удивил. Юля справлялась неплохо и нервозность, чувствующаяся в первых неудачных кадрах, потихоньку растворялась как будто её никогда и не было, и актриса играет уже давно. Это поражало и удивляло, тем более, что речь шла о трусихе Юле, а не о какой-нибудь другой мадам.
У гармониста Леонида Ильича же вообще никакой нервозности не было изначально. Он раскованно общался с «коллегами» как при съёмке, и ещё более раскованно в перерывах между ними. У меня глядя на это складывалось впечатление, что это не новичок, а профессиональный актёр и я даже поинтересовался у него, отведя того в сторону, не снимался ли он в кино до этого?
Тот похлопал меня по плечу и напомнил мне, что служил он в разведке и не раз за линию фронта хаживал, а там брат и не такие акулы водятся…
Ну а профи нашего звёздного состава, они и есть профи. Беззаботно, с иронией, чуть импровизируя, мгновенно меняя образы и мимику, они просто выполняли свою работу и делали это на отлично.
Удивительно было то, что многие вещи из оригинала, при постановке мной задачи, схватывались на лету вероятно интуитивно, на уровне подсознания и были сыграны ими как минимум не хуже, а местами и лучше, чем в том фильме. Это удивляло и завораживало одновременно. Было в этом, что-то мистическое, что-то такое от чего шли мурашки по коже, что-то такое, что проходило сквозь время и пространство связывая разбросанные в измерениях миры воедино.
Во как…
* * *
Вот Иван Иванович приносит бутылку сорока пяти звёздочного коньяка…
Сначала я хотел поменьше звёздочек сделать, ибо сорок пять вроде как перебор, а потом подумал, а почему бы и нет, пусть завидует мировая буржуазия, узнав какой коньяк у нас пьют простые профессора в институтах.
— Сколько же ты получаешь? — удивляются коллеги.
— Как все, — отвечает главный герой и разливает алкоголь по бумажным стаканчикам.
— Саша, а почему он разливает по бумажным стаканчикам? Не лучше ли по рюмкам или скажем по фужерам каким-нибудь? — задаёт в перерыве мне вопрос вся труппа.
  
— Нет. Не надо фужеров, да и стаканов стеклянных не надо, — говорю я и поясняю свою мысль: — Этой сценой я хочу показать, что жизнь наша словно ничего нестоящий бумажный стаканчик и сколь дорогим бы коньяком она не наполнялось сути это не поменяет…
— Глубоко… — вздыхает труппа соглашаясь, а я стряхиваю слезу и говорю: