Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

— Эээ… Он тебе, что-то сделал?
— Нет, не успел пока… К Юле он в ресторане приставал… Ты б ему сказал, что там всё занято. А то мало ли…
— Гм… к Юле?..
— Ну да. Она конечно самостоятельная, но всё же она девушка Севы и хоть тот несколько стеснителен, но обижать его наследует, ибо коллектив это не одобрит и обязательно «впряжётся»! А разве нам нужна третья мировая война, развязанная из-за недопонимания сторон? Вот и я о том. Так, что прошу тебя по-братски, переговори с гражданином, от греха подальше.
  
— Я что-то… Гм… не видел, что он престаёт… Гм… Хорошо, пойду скажу. Ты тут будь, далеко не уходи. Я сейчас ему скажу и с местным начальством быстро переговорю, попрошу проводника нам дать, с ним сходим посмотрим. Подожди меня тогда вон у того синего дома у горы. Нам подниматься на гору надо будет, — сказал он и ушёл к «шапке» стола, где, как и полагается сидело гостеприимное руководство и именитые актёры.
Не то, что бы я очень сильно хотел влезать в дела нашей певицы, а просто «хрен» его знает, чем это дело может закончиться. Парнишка вроде симпатичный, по временным меркам богатый, с «модным» дядей со связями, поэтому роман вполне возможен… Вон как глазками ему в ответ сверкает. На повестке встаёт вопрос: а мне это надо? По большому-то счёту пофигу. Юля взрослый человек и сама может за себя решать, ибо не дитя.
Посмотрел на неё ещё раз и понял, я не прав, ибо, изучив её психа тип даже в общих чертах, можно с уверенностью сказать, что никакая она не взрослая, а самый натуральный ребёнок, к тому же ещё и маленько глуповатый ребёнок…
Так, что, наверное, защитить «несмышлёную глупую овечку», это моя святая обязанность и долг, ведь как не крути, а сюда её привёз именно я, и я же по идее, должен её отсюда увезти в целости и сохранности и желательно не беременной. Поэтому получается, что хочет она или нет, а этого товарища нужно подобру-поздорову спровадить нафиг с «нашей песочнице».
Естественно встаёт вопрос, как это сделать без рукоприкладства, которое естественным образом сразу же возникло в голове, как быстрое и действенное решение проблемы. Обдумав столь безапелляционную идею, я отмёл её как вредную и возможно, что в последствии помещающую общему делу. Наверняка, после такой экстремальной процедуры «подопечный» захочет отомстить и будет всячески мешать, возможно не только привлекая к данному делу своих друзей, но также и дядю-парт аппаратчика… Конечно, был вариант, вырубить гражданина так, что б он не смог даже и мечтать о «праведной мести», но это уж я посчитал перебором, ибо так-то гражданин ещё ничего особо дурного не сделал. Стоит себе деваху клеит. Может нравятся ему «рыжухи» в конце концов. Вот и кадрит. А нашу «дурочка» развесила уши и лыбиться во все тридцать два зуба… даёт повод «мутить» дальше. Нет бы сразу «отшила», так нет же, стоит и заигрывает… Ну вот скажите: почему бы такую «гёрлу» не «замутить»? Вот и я о том… Тогда за что его бить?..
«Ладно, хрен с ним. Пусть почешут языками раз так хочется. Только вот куда Сева смотрит? У него тут сейчас любовь всей жизни уведут, а он как будто бы ослеп и ничего не видя всё с Антоном спорит. Может тоже напился? Вон как неуверенно стакан держит. Нда… дети, дети,» — подумал я и пошёл обходить актёров и членов ансамбля, дабы в очередной раз попросить их держаться в рамках, принятых раннее договорённостей и не переборщить со спиртным.
* * *
— Эй пацан, ты чего дэвушке сказал, что она сразу ушла? — раздался чей-то голос, который и вывел меня из очередных мрачных раздумий о «дне завтрашнем».
Я сидел с закрытыми глазами на лавочке у края селения, смотрел на закат и ждал, когда подойдёт Армен, дабы пока все наслаждаются приветственными мероприятиями мы сходили и проинспектировали готовность объекта — дом, к проведению съёмок, поэтому незнакомый голос с небольшим акцентом меня несколько напугал и я, вздрогнув от неожиданности, открыл глаза.
— Что малчишь? Что ты ей сказал?
— Тебе какая разница? — удивлённо поинтересовался я, с интересом разглядывая Саркиса.
— Ты ей что-то на ухо сказал, и она ушла!
— И что?
— Нравится она мне. Кто она? Актриса?
— Ну можно и так сказать, — не стал врать я.
— А ты кто? Брат её?
— Так тоже, можно сказать.
— И на долго вы сюда приехали? — подсев на лавочку спросил любознательный гражданин.
— Послушайте, — решил я «тормознуть» товарища, — мы же с вами находимся не в передаче «хочу всё знать». Ты кто вообще такой и «чё» ты ко мне пристал?
— Я Саркис. Меня все знают, — выпятив грудь и показав рукой на окружающие дома пафосно сказал он.
Я промолчал, давая понять, что мне пофигу.
Мой игнор ожидаемо также был «проигнорин» и тот вновь занялся расспросами.
— Так брат ты ей?
Я молчал.
— Хочешь денег заработать?
Я ухмыльнулся.
— Расскажи мнэ всё про Юлю, и я тебе три рубля дам, — порывшись в кармане джинс проговорил он и достал чуть смятый трояк. Видя, что я не реагирую, вновь порылся в штанах и продолжил: — Не хочешь три на держи пять, только скажи, где она живёт? Где? В Москве? Какой адрес у неё? Я, мамой клянусь, приеду!
— Слушай, друг, отстань от неё, у неё жених есть, она занята, — вздохнув терпеливо пояснил я и видя приближающегося быстрым шагом моего «компаньона» с каким-то местным жителем поднялся с лавочки.
— Ты чего наглый такой, ааа?! Нахалёнок! Быстро говори адрес тебе говорю! Быстро! — вскочив на ноги стал требовать «Ален Делон», но был прерван приблизившемся Арменом.
— Саркис! Ты, что тут делаешь? Что тебе от него надо? Ты чего меня не понял?! Я тебе сказал к ним не подходить! — зло произнёс тот и добавил, что-то на армянском.
— Дядя Армен, Армен Николаевич, мамой клянусь всё хорошо! — моментально поменяв личину с злой на дружелюбную затараторил тот. — Просто познакомится хотел, — прижав руки к груди «искренне» заверил «ловелас», а затем посмотрев на меня неожиданно произнёс: — Меня Саркис зовут, а тебя как зовут малчик?
— Мне с взрослыми дядями мама знакомится не разрешает. Говорит, что мы не в «цэевропе», — задвинул я, наблюдая за реакцией юноши.
— Ха-ха-ха. Шутник! Ха-ха-ха, — нихрена не поняв натужно рассмеялся тот.
— Саркис. Познакомился? Есть ещё вопросы? Нет? Ну и хорошо. Если возникнут, ты сразу ко мне подходи. Не к ним, понял? Ко мне. Я тебе всё расскажу. А к ним не надо, они на работе. Понял? Всё! — поставил точку в разговоре Армен и выжидательно посмотрел на меня спросил: — Ну чего, пошли?
Я кивнул и мы, не прощаясь с «контрагентом» побрели к горе, на которой и находился дом, где мы собирались производить съёмку.
Следуя за местным мужичком лет пятидесяти, который оказался пастухом, мы двигались по грунтовой дороге где-то с пол километра в гору, и там на ровном плато увидели одиноко стоящий дом с которого открывался превосходный вид на ущелье.
Аккуратно подойдя почти к краю «смотровой площадки», я посмотрел вниз и прикинул высоту. Высота обрыва, оказалось довольно внушительная и на мой взгляд составляла около ста метров.
— Слушай, Армен, — обратился я к товарищу, — это очень опасно, вот так вот тут гулять… Нужно, наверное, тут какие-нибудь перила, что ль сделать. Да и охранный пост, наверное, какого-нибудь тут поставить, что бы дежурство было во время съёмок. Как говорится: «На всякий пожарный…» А то не дай Бог, кто-нибудь случайно навернётся и костей потом не соберём.
— Гм… Ты прав, — согласился со мной тот. — Как-то этот момент мы не учли, а высота тут действительно большая. Да и уклон резкий. Действительно больше на обрыв смахивает, чем на склон… Гм… Завтра поставим тут на дежурство двух милиционеров и наймём бригаду строителей. Кстати, может они ещё и не уехали, после ремонта дома. Нужно у председателя узнать будет. Ну, а если уехали, ничего, наймём других. Не чего особо сложного, чтобы времянку сделать, тут нет. Денег заплатим, думаю, за ночь, наверняка сделают. А делать это надо обязательно. Нам ЧП уж точно не нужны! Сделаем!..