Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Был, — ответила супруга засовывая вытащенные из сумочки вещи обратно.
— Что значит был? Почему?
— Ну потому, что вчера, некоторые пьяницы испортили папку в которой лежал лист, ну а на нём были записаны все координаты автора.
— Не может быть? — в ужасе прошептал Сергей и рванул в большую комнату, где на полу сушилась облитая и испорченная при вчерашнем катаклизме рукопись.
Взяв в руки обложку, муж стал рассматривать ФИО и адрес писателя.
Надпись была практически не читаема… Подойдя к свету разглядеть было можно, только имя и чуть адрес… Телефон же был полностью не читаем.
«Эхх, надел ты «делов» Серёжа. Это ж надо было так нажраться,» — сказал он сам себе и пошёл на кухню.
— Оля. Тут адрес видно. Только номер дома непонятен. Толи третий. Толи пятый, толи шестой или восьмой… Хотя может быть и девятый… Может ты съездишь к нему и спросишь про продолжение?
— Серёжа, ты ведь всё испортил. Вот сам и езжай.
— Да я даже не знаю, как он выглядит. Куда я поеду… — стал отмазываться супруг. — Да и непонятно какой дом…
— ха. Тебе непонятно, а мне понятно?.. Ты, что предлагаешь, мне все дома обойти? — поражаясь наглостью мужа произнесла Ольга Ивановна.
— А что тут такого-то. Всего пять домов. Номер квартиры-то виден. Вот, — он показал. — Номер двадцать два. Так, что ничего сложного нет. Ну пожалуйста. Найди его. Узнай…
— Не знаю. Может и съёзжу, после работы, — ответила она и непременула язвительно добавить: — Смотря как ты себя вести будешь.
— Я очень хорошо буду себя вести, — ласково проговорил муж и подойдя вплотную обнял её. — Слушай Оль, а неужели тебе самой не хочется продолжения тех романов, которые ты прочитала?
— Ха, — усмехнулась та. — Хочется конечно. Нужно будет съездить, поговорить с ним…
— Съезди, съезди…, впрочем, может быть мне самому действительно собраться сейчас да смотаться на поиски этого гения, — раздумывая вслух негромко произнёс супруг и опустил свои руки ниже её талии…
— Серёжа, нам на работу скоро выходить…
— Но у нас же есть время…
— Да, — согласилась она. — Время есть. И что же ты хочешь? Скажи!
— Я хочу…
— Подожди. Только окунись в себя и скажи, что ты хочешь больше всего на свете, — произнесла Ольга Ивановна томным голосом, ибо такая игра с выполнением желаний друг друга ей, как и ему очень нравилась и они нередко в это играли.
— Больше всего?.. — спросил он, прошептав этот вопрос ей прямо в ухо.
— Да… Да… — зашептала она в ответ предвкушая наслаждение.
— Я хочу…
— Да… скажи это… Скажи…
— Больше всего на свете я хочу…
— Да…
— Больше всего на свете я хочу, чтобы командующий красно-фиолетовой эскадрой аллари, послал подкрепление в помощь Петру Хрумову… — выпалил он и победно посмотрел на жену ища в её опешившем взгляде поддержку.
— Что?! — с обалдевшим видом отпрянув от любимого фальцетом взвизгнула она… И в тот момент, когда ему прилетела сильная пощёчина, звонкий звук от которой эхом прокатился по кухне, Сережа понял, что сказал, что-то не то…
— Оля извини, я что-то, — потирая щёку попытался выйти из неудобного положения муж.
— Да пошёл ты в жопу козёл безрогий! — громко выкрикнула супруга, после чего развернулась и убежала в ванну.
— Оля извини, — крикнул он ей в след, но та не обратила никакого внимания.
Сергей подошёл к двери ванны и постучался. Ему не ответили и только лишь шум льющийся из душа воды, говорил о том, что там кто-то есть…
— Оль, ну правда извини. Я чего-то попутался, — вновь покаялся он в своей бестактности, постоял с минуту и так как ответа не было, расстроился и побрёл в большую комнату.
Там внимательно осмотрев шкафы и полазив в них, водитель-трезвенник расстроился ещё больше и упал на диван…
* * *«Сама виновата! И зачем я принесла эти рукописи домой? — стоя под душем раз за разом задавала себе вопрос Ольга Ивановна. — Но кто мог предположить, что рассказы школьника, произведут на мужа такой ошеломительный эффект?! Ведь он изменился за эти два дня. Причём сильно. Он стал какой-то более грубый что ль, более дерзкий и очень нервный. Да, что там говорить… Чего только стоит сегодняшнее поведение, где он вместо меня предпочёл какого-то Хрумова! Это же надо такое учудить!.. Конечно, мне тоже тяжело без продолжения, но я-то не ною, я держу себя в руках., хоть это и тяжело… А он взял вчера и напился — пьяница проклятый…»
Вытирая голову полотенцем Ольга Ивановна посмотрела на своё отражение в зеркало и поняла, что годы берут своё и той наивной девочки, которая влюбилась в только, что демобилизовавшегося из армии водителя, больше нет. Она вспомнила про их знакомство, свадьбу, счастливую и прекрасную беззаботную юность и у неё защемило сердце.
«Что я делаю? Зачем я так? Ведь он такой милый, такой заботливый, такой любимый. Наверняка сейчас переживает… И чего я на него взъёлась?! Он же мужчина! В конце концов, он что же, выпить не может один раз в год?! А я его козлом обозвала…» — корила себя супруга и после того, как она вышла из ванны у неё было лишь одно твёрдое намерение — окончательно и бесповоротно простить вторую половинку.
Половинку она нашла лежащую на диване в большой комнате. Супруг лежал, отвернувшись к окну, издавал какие-то нечленораздельный звуки и иногда подрагивал.
«Бедненький… Плачет, наверное… Ох дура, я дура… Что же я наделала?.. Ну зачем я его так сильно обозвала… оскорбила… Он же мужчина… Почему я не сдержалась?..» — с сожалением о случившемся раздумывала Ольга Ивановна, потихонечку зайдя в комнату.
— Сережа, Серёжа, — тихонечко позвала она плачущего супруга. — Прости меня Серёжа. Извини. Это вышло случайно.
Муж на секунду прекратил дрожать, после чего вновь весь затрясся.
— Серёженька, ну прости меня дуру. Прости пожалуйста, — прокричала она и присев на диван опустила свою голову на его плечо.
Тот вздрогнул от неожиданности ещё сильней и повернувшись к жене весёлым голосом осведомился:
— Чего тебе Оль? Ты уже вышла из ванны? Погоди, не мешай. Тут как раз самое интересное начинается. Ты представляешь, там роботы такие смешные…
— Эээ… — опешила жена и пытаясь уточнить констатировала: — Так ты не плачешь?!
— Гм… С чего бы вдруг мне плакать? — удивился муж.
— Ну… Вдруг тебе стало стыдно, — нашлась жена, ошеломлённая коварством мужчины. Это ж надо, она понимаете ли его жалеть пришла, а он тут оказывается веселится.
— Стало, стало Оль. Мне действительно стыдно. Я же сказал, что извиняюсь. Я же сказал, что больше не буду, — проговорил Сергей и приобнял супругу.
— Правда? Ты обещаешь? — с надеждой в голосе спросила она.
— Конечно обещаю, — легко согласился с её «хотелками» муж и после секундной паузы добавил: — Слушай, а у нас выпить нет? А то башка раскалывается…
— Эээ…
— А? Есть? Принеси…
— Серёжа, — еле сдерживая себя в негодовании прошептала Ольга Ивановна, — ты же обещал… Ты же только, что поклялся…
— Оль, не пори чушь. Говорю же, голова болит. Всем известно, что клин, вышибают клином. Поэтому надо похмелится.
— Но ты же водитель! — с возмущением вскрикнула она. — Как ты будешь пьяный людей возить?! Сегодня не выходной! Сегодня же понедельник — рабочий день! На работу уже собираться пора! Да и вообще, ты же сказал, что твои напарники не могут выйти. Как на это отреагирует твоё начальство? Что же будет, если на работу не выйдешь, и ты?
— Нихрена не будет. Городской транспорт ещё никто не отменял. А я занят, у меня тут из портала смешные роботы выезжают, а ты мне про какую-то работу… Дочитаю может быть потом и съезжу…
«Ну ничего себе… Как же так получается? Где справедливость, люди добрые… Он тут будет пьянствовать и наслаждаться рукописями, а я буду работать? Да вот хрен ему! Хрен им всем!» — зло подумала зам главреда, а вслух язвительно произнесла:
— Ах так? Я тогда тоже не пойду!
— И правильно, — похвалил её за волевое решение муж. — Ложись рядом, будем читать про портал.