Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Это папин хороший знакомый. Они уже лет двадцать дружат.
— А почему он так странно говорит? Явно же у товарища «не все дома».
— От него жена ушла и детей забрала. Мне папа рассказывал. Он переживает очень, вот рассудок немного и помутился. Его уволить хотели, но папа договорился, чтобы оставили работать. Он очень хороший музыкант. Папа его друг и боялся, что тот без работы зачахнет дома, или сопьётся.
— Блин… сейчас этот «хороший» человек испортит нам «всю малину». Нужно, что-то предпринять пока «лавочку» не прикрыли, и твой батя не передумал. Действуй! — проговорил я и подтолкнул Севу в сторону дирижёра. Тот немного поупирался, но всё же пошёл «на закланье».
— Папа… ну так, что…
— Не знаю! Что-то я не уверен в качестве композиций.
— Папа. Ты же обещал! — в отчаяния шёпотом произнёс Сева.
— По-моему, это бред! — жёстко констатировал его папа.
— С чего вы взяли? — резко встрял в разговор я, приготовившись «командовать парадом». — У вас есть ноты! Так извольте сударь их продирижировать оркестру! А уж бред или нет будет видно, после исполнения, а никак не «до»! Объявите, что музыку придумал не ваш сын, а я… Ну, а вы, по доброте своей душевной, просто захотели помочь пионеру в его музыкальном начинании. Поэтому давайте прекратим размышлять и начнём работать! Если что, валите всё на меня. Я думаю со школьника спроса будет не так много! Идёмте!
От такого резкого «пассажа» «папин Сева», в смысле Севин папа «завис», ну а я, пользуясь «рекламной паузой» взял нотную тетрадь и повёл ошеломлённого дирижёра к сцене.
* * *— Сева ты за роялем? Все готовы?! А гитаристы? Отлично! Тогда приступаем к исполнению первой композиции, — сказал дирижёр, встав на свой «пьедестал». — Как она кстати называется? «Грёзы»? Хорошо…
https://www.youtube.com/watch?v=GnV78j8WDQg
* * *— Замечательна, но мне кажется тут во второй части композиции, нужно играть в несколько скрипок… Будет более сильное звучание, — профессионально «разруливал» в перерывах Аркадий Львович, который моментально «схватил», то что нужно было «схватить», а всё лишнее «порезал» «к чёртовой матери» и выкинул. Мне оставалось лишь поддакивать, глядя на работу Севиного папы и сожалея о том, что я не дирижёр.
…
— Готовы?.. Ещё раз! Начинаем с первой цифры! Ксилофонист! Встанете немедленно за инструмент! — командовал оркестром папá. — И…
* * *— Вы чувствуете мощь? Чувствуете?! А вы говорите примитив!..
* * *Через четыре прогона, получилось нечто очень похожее на оригинал, ну точнее будет сказать, на оригинал, каким я его помнил. Естественно там не хватало некоторых электронных звуков, присущих композиции двухтысячных, но мы их с успехом заменили колоколами и флейтами…
https://www.youtube.com/watch?v=24WWwhgCLgM
* * *— Прелестно, прелестно! Очень замечательно, — возбуждённо кричал дирижёр, размахивая руками. — Эх время мало, по-хорошему её ещё бы раз десять прогнать надо бы, ну да ладно, это уже завтра. А сейчас товарищи, прошу вас… вторую композицию… Как там она у нас называется?.. «Время»? Хм… Интересное названия. Итак, …
* * *Кабинет директора Московской филармонии имени П. И. Чайковского.
— Семён Матвеевич, вы посмотрите, что происходит в Малом концертном зале! Это же просто ужас какой-то! — прямо с порога начал ругаться Эдуард Иосифович — заместитель директора филармонии.
— Что там случилось Эдуард? — удивился директор. Он завершил все дела на сегодня и собирался поехать домой, поэтому проверка репетиции какого ни будь оркестра в его планы совершенно не входила.
— Аркадий Львович опять чудит. Теперь он привёл своего сынка на репетицию.
— Ну и что? У него сын на пианиста учиться. Пусть посмотрит, как играют уже сформировавшиеся музыканты. Ему это только на пользу пойдёт. Что тут такого?
— А то, что сынок его дружков своих с собою привёл. Все «патлатые», как какие-нибудь хиппи.
— Ты это сам видел?
— Нет. Мне поступил сигнал от вахтёрши. Она доложила, что дружки сынка принесли с собой инструменты.
— Какие инструменты? — удивился директор. — Зачем?
— Гитары они принесли и сейчас там, — он показал в сторону здания, — устроили на сцене шабаш. Авдотья сама слышала звуки электрогитар.
— Хм… Электрогитар? Ты что Эдуард! Какие могут быть электрогитары в филармонии. Откуда твоя уборщица вообще знает, как они выглядят-то? Ей же наверно уже лет сто — не меньше.
— Знает она как гитары выглядят. Она сама зашла в зал и увидела, как от гитар тянуться провода, а из колонок доносятся мерзкие звуки рока!
— Чего?
— Рока!
— Какого рока? — обмирая задал вопрос директор.
— Западного рока.
— Не может быть!
— Может! — безапелляционно заявил заместитель.
— Слушай, Эдик. А откуда твоя старая карга знает про западный рок, если об этом не знаю даже я?!
— Слышала она такую музыку. У неё под окном постоянно шалопаи магнитофон включают с этим самым роком. Она уже не раз милицию вызывала, но те задержат лодырей, а потом отпускают.
— Ты-то откуда знаешь?
— Не сомневайтесь знаю. Авдотья рассказывала.
У директора произошёл когнитивный диссонанс. Он никак не мог в это поверить. Чтобы Аркадий, ярый поборник классической музыки, Аркадий, который на собраниях отметал любые нововведения как вредящие классическому искусству, мог позволить у себя в оркестре электрогитары с «хипующей» молодёжью… нет, это совершенно невозможно. Это совершенно не укладывалось в голове директора, и он попробовал уточнить:
— А она не выпивает случаем? Может пьяная?
— Она в завязке. Не пьёт уже больше года. Говорю вам слышала она.
— Может у неё белая горячка? — озвучил Семён Матвеевич очередную версию. — Может с ума сошла, вот и мерещится всякое?
— Да, что гадать-то. Давайте сходим и сами всё увидим. Они ведь прямо сейчас сцену оскверняют своими гитарами.
Как не хотелось Семён Матвеевичу послать всё к «едрене-фене», но информация, которую только что сообщил ему заместитель требовала немедленной проверки, потому как рок сам по себе в СССР запрещён и уж тем более в консерватории и подавно.
* * *Заместитель.
В принципе он мог бы разобраться с ситуацией сам. Для этого у него вполне хватило бы полномочий, но ему было нужно вытянуть из этой «ЧС» по максимуму, потому как это зазнавшийся дирижёр у Эдуарда Иосифовича уже сидел в «печёнке» и порядком надоел своими капризами.
И это ему не так, и это ему не «сяк» … То уже почти утверждённый репертуар ему не нравиться, то музыканты, которые приходят играть его не устраивают, то просит этих самых музыкантов добавить в оркестр, то поменять на других… одним словом не человек, а сплошной геморрой.
С тем, что некоторые музыканты действительно прогуливают репетиции или же не соответствуют уровню игры заместитель директора, прекрасно знал и все эти неурядицы были бы лишь элементами повседневной работы, но уволенные музыканты повадились писать в разные инстанции о несправедливом, по их мнению, увольнении. Естественно в филармонию звонили из разных учреждений, вплоть до министерства культуры СССР реагируя на жалобы трудящихся. Также естественно, что все шишки валились на заместителя директора, который не сумел правильно наладить работу в коллективе.
Что характерно, так это то, что из всех дирижёров жаловался только этот. Остальные хоть и были недовольны, но молчали и терпели, не требуя увольнять музыкантов за каждый загул или прогул, понимая, что народ этот сложный, творческий и склонный к всевозможным экспромтам. Понимали и могли войти в положение все, кроме этого упёртого, но известного и талантливого Аркадия Львовича.