Душа ифрита (СИ)

— Через что проходить?
Наверное, Вик ничего не рассказал ему о моей особенности. Но это даже к лучшему. Чем меньше они знают, тем в большей они безопасности.
— Я не сдаюсь Ри, просто поверь.
— Но ты уходишь. Теперь я вообще перестал что-либо понимать. Я думал, ты захочешь сражаться до конца, захочешь довести все это до логического завершения.
— И я хочу этого. Дальше я продолжу этот путь в одиночку, так будет лучше для всех. Вик сказал, что им была нужна я. Они ищут меня, а потому вы будете в большей безопасности, если я покину лагерь.
— Ты совсем рехнулась? Никто не может сражаться один, ты не протянешь так и нескольких месяцев. Куда ты пойдешь? Что ты будешь делать?
— Не знаю, — я снова пожала плечами, в голове не было даже наброска плана. — Сначала, наверное, мне нужно добраться до Эстера. Только он знает больше. А дальше уже будет видно.
Ри взъерошил волосы у себя на голове. Не знаю, о чем он думал, пока шел сюда, и чего хотел добиться. Наверное, он просто пытался собрать по кусочкам то, что осталось от его мира после того страшного дня. Но тут уже я была бессильна.
— Вик написал мне кое-что еще в своем последнем... — он не смог договорить и прижал ладонь ко рту. — Это касалось тебя.
— И что же это?
— Он попросил оставить тебя в лагере всеми силами. Думаю, он подозревал, что ты захочешь уйти. И в тот вечер, когда мы сидели тут, помнишь, что он сказал?
— Чтобы мы позаботились друг о друге, если с ним что-то случится, — я перевела взгляд на то место, где мы сидели все вместе. Ведь это было всего пару дней тому назад, а ощущение, будто прошла целая вечность.
— И я хочу сдержать это свое обещание. Даже не так, я должен его сдержать. И не только потому, что это последняя просьба Вика, а еще и потому, что ты тоже мой друг, которым я очень дорожу. Эл, если еще и с тобой что-то случится, то я не знаю, что буду делать.
Наверное, это был первый раз, когда Ри мог так открыто выразить свои чувства без всех этих шуток. Все это время мне казалось, что он взрослый парень, который прячет эмоции глубоко внутри, но теперь Ри предстал передо мной таким же испуганным, как и все остальные в этом лагере. На него вдруг резко свалилась большая ответственность, он не мог смириться со смертью друга, он не хотел терять тех немногих, кто остался. Ему было также страшно и одиноко, как и мне.
Я медленно подошла к нему и обняла. Он колебался всего несколько секунд, но затем крепко стиснул меня в своих объятиях и уткнулся головой в мое предплечье, словно желая спрятаться от всего того, что происходило в этом мире.
— Ри, я буду писать. Буду держать тебя в курсе событий, делиться сведениями, поддерживать коммуникацию и приходить на помощь по первому зову.
— Но тогда и ты должна пообещать, что если что-то случится, то ты обязательно позовешь нас. Я хочу быть уверенным в том, что смогу тебе помочь, смогу поддержать тогда, когда это будет необходимо.
— Хорошо, спасибо, — я попыталась выдавить из себя улыбку, но у меня не получилось.
— И Эл, я не хочу, чтобы ты думала, будто я могу так просто тебя отпустить. Если бы я знал об этом заранее, я бы не сказал тех слов на площади, про то, что каждый может уйти по своему желанию.
— Ты прекрасно знаешь, что я не из тех, кто стал бы сидеть взаперти. Я бы все равно ушла.
Я оглядела комнату, которая стала такой родной за эти несколько месяцев. Вик погиб слишком быстро, я даже не успела с ним попрощаться должным образом. Его просто резко не стало. Поэтому все что мне оставалось, это попрощаться с местом, где мы когда-то проводили так много времени, где он мог побыть самим собой, где еще хранились наши воспоминания.
— Что ты сделаешь с вещами? — спросила я у Ри.
— Я пока не думал об этом. Но ты можешь взять что-то себе на память, если хочешь. Уверен, он был бы не против. Хотя бы фотографии.
— Сожги их.
— Что? Но разве ты не...
— Я хотела бы что-то взять на память, но это слишком опасно. Не знаю, где я потом окажусь, и что буду делать, но точно уверена в том, что даже такая мелочь может выдать. Не хочу рисковать из сентиментальности.
 
— Но это твои воспоминания. От них ты все равно просто так не избавишься.
— Я уйду ночью. Скажи ребятам, что я буду скучать.
— Ты не попрощаешься?
— Я боюсь, что стоит мне увидеть их, как я тут же передумаю. Тея начнет плакать... Для нас всех будет лучше не встречаться.
Ри кивнул. Думаю, он понимал все это. Я накинула рюкзак на плечи, завязала волосы в тугой узел и была уже готова выйти, не проронив ни слова, как вдруг Ри ухватил меня за запястье, не давая двинуться дальше.
— Эл, он любил тебя. Вик всегда довольно скудно проявлял свои эмоции. Я знаю это, потому что дружу... дружил с ним не один год. И он никогда ни к кому не привязывался без лишней необходимости. Но тобой он очень дорожил. И, как бы банально это ни звучало, Вик и правда хотел бы для тебя другой судьбы.
— Береги себя!
Мне хотелось бросить последний взгляд на Ри, хотелось услышать, что он мне ответит, но так я могла заколебаться. Поэтому сразу пулей вылетела из комнаты, которая когда-то принадлежала Вику.
***
У самого выхода из лагеря меня встретил Денис. Он просто стоял, прижавшись к металлическим прутьям, и смотрел на рассветное небо, выпуская изо рта маленькие облачка горячего воздуха. Я подозревала, что он будет поджидать меня там.
Морально я готовилась к тому, что сейчас предстоит еще один тяжелый разговор, но, к моему удивлению, едва завидев меня Денис подошел к калитке и раскрыл двери.
— И ты не будешь говорить мне о том, насколько опрометчиво мое решение?
Денис улыбнулся, как он делал раньше, когда мы жили все втроем. Было в этой улыбке что-то родное, к чему ты привыкаешь спустя много лет. И сейчас в моей памяти вихрем пронеслись тысячи картин, когда я видела эту самую улыбку в его исполнении.
— Ты и сама попала на войну из-за моего опрометчивого решения, так что не мне читать тебе нотации.
— А ведь раньше ты бы обязательно зачитал мне какую-нибудь лекцию.
— Наверное, мне давно стоило понять, что ты уже не ребенок.
— Ты тоже сильно повзрослел, — заметила я.
— Поэтому возвращайся как можно быстрее, а то повзрослею еще сильнее, потом не узнаешь.
В этом был весь Денис: эти неловки шутки, проблеск улыбки всего на несколько секунд, скованность в проявлении эмоций. Я буду скучать по всему этому.
— Ты останешься тут?
— Да, — он оглянулся за спину туда, где простирался наш лагерь. — Я принимал достаточно глупых решений за свою жизнь. Теперь пришла пора исправляться. Мне будет тяжело вернуться домой зная, что я просто в очередной раз сбежал. Для разнообразия останусь и попробую довести дело до конца. Ты ведь сейчас собираешься сделать то же самое, верно?
— И неужели ты ни разу не переживаешь? Такой спокойный, что это меня даже слегка задевает, — я хотела пошутить, но наткнулась на его спокойный непроницаемый взгляд.
— Я понимаю, почему ты так поступаешь, как и то, что отговорить тебя не будет никакой возможности. Да и потом, я точно знаю, что ты вернешься целой и невредимой.
— Откуда?
— Нам ведь еще предстоит поехать на пикник, помнишь? Так что возвращайся как можно скорее, лето уже не за горами.
— А ты?
— А я буду ждать тебя тут.
И я точно знала, что он будет меня ждать, сколько бы времени ни прошло, поэтому со спокойной душой смогла переступить через территорию лагеря. Пока у меня есть эта поддержка, пока в меня верит хоть один человек, я смогу абсолютно все.
На улице было все еще зябко, поэтому я спрятала руки в карманы и сильнее укуталась в шарф. Но, несмотря на холод, что-то изменилось. В воздухе ощущался тот запах свежести, который витает за пару дней до потепления. Где-то в глубине леса начинали петь первые птицы, и мир стал постепенно оживать. Совсем скоро начнется весна. А пока надо мной постепенно проявлялся рассвет, окрашивая все небо в разные оттенки розового цвета.