Спецкурс магической ботаники (СИ)

– Возьми, на практике по кукольным глазкам демонстрацию для студентов устраивать пришлось, – пихнула она в руки зеленоглазого заполненный сегодня амулет. Зачем только в карман его положила? Если не лгать себе, то как раз на случай встречи и положила.
– Самой пригодится, – отказался Левитт.
– Брось, если на меня кому-то вздумается напасть, то один листочек не спасёт. – Кэсси рассмеялась, представив свой возможный бой с ордой бандитов или, того хуже, агрессивно настроенных магов. – Я не магиня с боевого факультета, ни сбежать, ни отбиться от злодеев не сумею, разве что в питомник заманить их удастся – вот где мои сила и власть будут! 
  
– Тоже верно, – чуть улыбнулся Левитт и амулет взял. – Спасибо. За злодеев не волнуйся, я позабочусь, чтоб они тебя не беспокоили.
Ясный, горящий зелёным взгляд – и он улетел восвояси, попутно заглянув на полянку с молодым душегубом. Что там Энни толковала про отбеливатель? Ей бы и себе канистру заказать. Мудрость лет во весь опор летела за ней, но она пока была быстрее. Что ж, может хоть к тридцати годам та её догонит.
Со стороны академии на берег реки вышел ещё один мужчина. Кэсси смотрела вослед улетевшему магу, превратившемуся уже в чёрную точку в синем небе, и не сразу его заметила.
– А говорила, что вечером будешь у себя, – укорил Зетри, и она очнулась.
– Вечер – понятие растяжимое, а мне экспериментальные образцы надо было поуютнее на воле устроить. – Махнула в сторону гряды.
– Видел, – нейтральным тоном ответил помощник целителя. Он присел рядом с ней и сунул в рот сорванную былинку.
– Как у тебя день прошёл? – поспешила перевести разговор на менее щекотливую тему Кэсси.
– В состоянии аврала, – устало вытянулся на траве Зетри. – Боевиков третьего курса с полевых учений доставили в лазарет почти в полном составе. Позабыв уроки магической ботаники, эта банда невежд умудрилась забрести в заросли «молодых цветущих акаций». То, что кустики лишь прикидывались акациями, они сообразили, когда заметно углубились в поросль и та сочла, что жертвы от неё уже не ускользнут.
– Я же буквально перед практикой повторяла с ними все виды хищных растений, маскирующиеся под безопасные немагические формы, – расстроилась Кэсси.
Очень похожие на акацию «когти страсти» изучались всеми факультетами ещё на первом курсе!
Как подавляющее большинство растений, когти страсти способны были самостоятельно синтезировать себе питательные вещества, но, как и Кока, предпочитали получать их в готовом виде, лучше всего – в виде свежей крови своих жертв. Представители этого вида вырастали невысокими: девушкам примерно по грудь, а большинству парней доходили до талии. При атаке кустарник наклонялся, выпускал острые иглы, покрытые ядовитым соком, и впивался в доступный ему участок тела противника. У парней в зоне поражения ожидаемо оказывалось всё, что ниже талии, откуда и пошло название «когти страсти». Под действием сока область поражения покрывалась алыми пятнами, которые нестерпимо чесались и без лечения мазями и примочками сходили месяцами. Последствия «страсти» во всей красе, очень похожие на симптомы известного венерического заболевания, распространённого на континенте. Правда, если человек не выбирался из зарослей, то последствия были куда печальней: кусты о-оочень любили присосаться к венам.
– Знаю, ректор уже проверил, повторялась ли данная тема. – Ну ещё бы он не проверил! Кэсси зло прищурилась, а товарищ философски подытожил: – Месяц целомудренного бытия в облаке аптечных ароматов побудит молодёжь тщательней изучать материалы лекций.
– Побудит, но ненадолго – боевики неисправимы, – вздохнула Кэсси и обеспокоенно спросила: – Заросли кустарника сильно пострадали?
– Ну-ууу... пациенты бурчали, что отомстили им шквалистым огнём.
– Гады! – с чувством высказалась Кэсси. – Ничего, ещё встретимся на практиках. У третьего курса как раз изучение драконовидных пульсаров по плану идёт – быстро отучатся пулять фаерболами по беззащитным растениям!
– С «беззащитными» ты сильно переборщила, как помощник целителя говорю, – рассмеялся Зетри. – Готова идти отдыхать, нэсса?
– Всенепременно, нэсс! Форма одежды парадная?
– Самая парадная из всех, – неожиданно торжественно и загадочно подтвердил Зетри. Она не успела встревожиться, что это намёк на те его планы, которые она с сожалением предвидела и заготовила вежливый отказ: молодой человек улыбнулся и лукаво подмигнул: – У наших друзей отличные новости. Пытать меня бесполезно, хоть на зубастую мухоловку посади, они сами всё расскажут. – По пути к академии он поинтересовался несколько странным тоном: – Демонстрационный образец листа кукольных глазок решила себе оставить, а не сдавать к нам в аптечку, как обычно поступаешь с излишками лекарственных растений после практик?
– Они вам нужны? Через неделю дойдёт до кондиции вторая партия образцов, заказанная деканом боевиков, а я саженцев с запасом развела, так что с десяток листьев смогу вам отдать.
М-да, искусство виртуозно уходить от ответа ей ещё тренировать и тренировать. Насмешливый взгляд Зетри свидетельствовал, что для внештатной сотрудницы службы имперской безопасности этот навык развит у неё из рук вон плохо. Он молча усмехнулся, а она так и не поняла, нужны ли целителям листья кукольных глазок. Уточнит потом у Энни.
Срочный вызов в кабинет главы службы имперской безопасности застиг Мара на подлёте к конторе и оказался связан с тем, что его величество сумел-таки сообразить, с чего безопасников разволновала гибель одного стихийника. Если король считал, что членов королевских родов отправляют на службу в контору, чтобы они блюли там интересы рода, то глава конторы полагал, что королевские кузены нужны, чтоб успокаивать родственников.
– Я всё понял!!! – вопил король. Мар переглянулся с главой, молча разделив с ним удивление, что в кои-то веки не пришлось всё разжёвывать королю как младенцу. Его величество продолжал кричать на повышенных нотах, и заглушающие звук амулеты сыпали искрами от перегрузок. – В чёртовых записях Тэккела и прочих рассмотрены последствия изменения русла реки. Если отклонить его чуть восточнее, то все пресные воды потекут по территории Бирма, а наши оросительные системы будут обескровлены. На юге нет других больших источников пресной воды, а стихийники могут лишь перемещать водные массы с место на место, а не создавать их из воздуха. Месяц назад служба имперской безопасности поставила перед лордом Тэккелом задачу рассчитать безопасный способ сдвига реки в глубь наших территорий. На всякий случай. Ведь всем известно, что воздействовать магией проще и эффективней, когда объект воздействия максимально близок, поэтому надо его отдалить от соседей. Из всего вышесказанного я делаю вывод, что наши соседи планируют украсть нашу реку!!! Да стереть их с лица земли и дело с концом!
Если на середине речи Мар хотел рукоплескать догадливости кузена, то к концу гневного спича желание увяло на корню, как побеги, неумело пересаженные студентами Кэсси.
– В расчётах Тэккела основной вывод тот, что безопасно сдвинуть реку невозможно, – поправил он. – Столь глобальное изменение в природе отразится на всех, а если королевства начнут дёргать реку туда-сюда, последствия будут катастрофическими для огромных территорий.
– Так Тэккела и убили, чтобы с нашей стороны осталось меньше дёргающих! Сейчас других сильных стихийников исподтишка уничтожат – и дело в шляпе! – продолжал кипятиться король. – Чего ждёт служба имперской безопасности?! Пора выдвигать армию к границе с Бирмом!
  
– Не припоминаю в истории случаев, когда бы разумные решения являлись следствиями поспешности и невнимательности к деталям. Обычно дитём указанных ошибок является трагический абсурд, – напомнил глава СИБа, но процесс успокоения его величества никак не мог базироваться на одной философии и опыте веков.
После часа увещеваний и разбирательств его величество улетел во дворец. Однако упрямое выражение его лица подсказывало Мару, что кузен сгенерировал собственные идеи расправы с коварным союзником, и это было хуже всего. Идеи короля редко отличались рассудительность и эффективностью, Королевский Совет не даст солгать.