Спецкурс магической ботаники (СИ)

– В целях лечения или профилактики? – звонко уточнили повеселевшие целители, и общая дискуссия продолжалась вплоть до окончания посадочных работ.
Надежды, что вторая пара пройдёт так же приятно и беззаботно, как первая, не оправдались.
Если на учебный полигон кафедры магического растениеводства выходит группа парней, ведущих себя так, словно являются заслуженными магистрами кафедры, это наверняка маги с первого курса.
  
Если они осматриваются вокруг с таким видом, будто могут не моргнув глазом укротить драконовидный огненный пульсар, это наверняка боевики.
Специфика факультета заставляет их чувствовать себя властителями всего сущего, наделёнными властью карать и миловать. Тренированный отряд боевых магов способен уничтожить любые формы жизни, Кэсси только не понимала, зачем это нужно и отчего этим умением так гордятся.
Все маги могли управлять стихиями, что позволяло им не только свободно парить в небе, но и вызывать дожди, развеивать туманы, укрощать лесные пожары – на взгляд Кэсси, то были умения куда более полезные. Все маги обладали способностью к целительству, однако мало кто специализировался и в этом важном направлении. Самые одарённые и родовитые маги поступали на боевой факультет, а в стихийники, артефакторы и медики распределялись те, кто не прошёл отбор в силовики. Отделение целительства являлось самым мало востребованным, ибо с лечением самих себя маги чаще всего неплохо справлялись и без специальных знаний, а лечить простолюдинов особо не рвались. Простолюдинами занимались лекари – врачи, не имеющие магических способностей.
Скептически осмотрев новую группу студентов, Кэсси поздоровалась и провела их к грядке с тонкими высокими стрелами хвойных кустиков. Представила первокурсникам двух своих ассистентов, проработавших в питомнике не один десяток лет и стоящих наготове с корзинами питательного грунта, и сказала:
– Руководство академии с завидной регулярностью оставляет в учебной программе боевого факультета изучение тех растений, столкновение с которыми может представлять для вас опасность. – Насмешливые хмыканья, смешки и горделивые фырканья на минуту застопорили её речь. Подождав, пока все первокурсники надменно вздёрнут головы и окинут окружающие их заросли взглядами царей природы, она продолжила: – Вижу, вам подобная забота ректората представляется излишней и даже оскорбительной. Вероятно, мне следует напомнить, что никакая целительская магия не вернёт вам оторванные руки и ноги, а также не восстановит выжженные глаза. Самостоятельно залечить разорванное горло маги тоже, как правило, не успевают, – слишком быстро теряют сознание при стремительной кровопотере. К каждому отряду боевых магов, отправляемых на задание, приставляется всего один целитель, и если тому придётся делать выбор, кого спасать, то этим выбором можете стать не вы.
– У вас же тут не стая диких грифонов или саблезубых акул, а всего-то кустки-цветочки. На них огнём дунул – и пусто, – хмыкнул заводила группы, видимо, нацелившийся на место командира. Командиров назначали по итогам первого курса и меняли их редко, только по веским основаниям.
Ассистенты прикрыли ладонями весёлые улыбки и поспешно отвернулись, Кэсси обречённо вздохнула. М-да, про драконовидный пульсар они точно не слышали. Счастье, что тот изучается лишь на третьем курсе и растёт далеко-далеко от первого корпуса питомника растений. Как раз во избежание встреч с необразованными магами.
– Божественное провидение наделяет людей множеством даров: светочем разума, способностью к обучению, некоторых даже магией, однако не все дары следует трепетно хранить. От некоторых лучше поскорее избавиться – от глупости, например, ибо порой совершённая глупость обходится нам дороже всего прочего. Первое правило наших занятий: не палить огнём в незнакомые виды растений! – строго сказала она, невольно содрогнувшись при представлении возможных вариантов последствий. – В знакомые виды тоже, даже если уверены, что те не сожрут вас в ответ.
Ей смертельные несчастные случаи на практиках не нужны.
– А правил будет много? – ехидно фыркнул тот же нагловатый студент.
– Да. Второе правило: не перебивать преподавателя и дослушивать до конца его инструкции. Ваша задача на сегодня – пересадить в горшки саженцы иглолистого гадючника. Его особенность в том, что...
– Вот этого? – бесцеремонно прервали её.
Заводила нагнулся к земле и ухватил посреди стебля один из кустиков, похожих на узкую стрелу обычного можжевельника. Атакованный кустик неожиданно запищал и выбросил из стебля десяток острых длинных игл. Тонкие, извивающиеся шипы на самом деле являлись листьями, которые растение предусмотрительно спрятало при приближении чужаков, и которыми сейчас атаковало прямо в лицо, прицельно метя по глазам.
Под дружный ор всей группы Кэсси невозмутимо активировала амулет, выстроив прозрачную защитную стену между грядкой с саженцами и разозлёнными магами. Пострадавший с криком утирал окровавленное лицо и осторожно ощупывал оба глаза, не рискуя лечить их самостоятельно – с травмами таких сложно устроенных органов разумнее показаться специалисту.
– Вы нарушили второе правило: всегда дослушивать до конца инструкции преподавателя! – рявкнула Кэсси, привлекая к себе внимание студентов. – Саженцы иглолистого гадючника берут у самого основания корня, где стебель успел ороговеть и не чувствует щекотки.
– Чего не чувствует?!
– Щекотки, конечно, а вы что подумали? Гадючник – самое мирное растение питомника и не брыкается при пересадке, если не приниматься его щекотать. До опасных растений первые курсы не допускаются! Чего встали? Берём горшки и наполняем грунтом. Затем как можно ниже к земле ухватываем молодые побеги, подкапываем их, аккуратно тянем и пересаживаем! Господа ассистенты, прошу присмотреть за ребятами, пока я отведу их лидера в больничное крыло. 
Никаких возражений против определения «ребята» она не расслышала. Вот и отлично. Пусть теперь товарищи с опаской оглядываются на «менее мирные растения питомника».
Целительница Энни Уэлс вышла из палаты, прикрыв за собой дверь, и улыбнулась подруге.
– Слепым не останется твой студент, через часик отпущу восвояси.
Не успела Кэсси ответить, как на неё налетел вихрь в лице ректора академии. Лорд Дэкет был вне себя. Он заявил, что так и знал, сколь неразумно брать на преподавательскую ставку вчерашнюю дипломницу, что семья потерпевшего определённо подаст жалобу самому королю, и даже именитый покровитель не спасёт нэссу Валенса от высочайшего гнева.
– Это ужасно, – сказала Кэсси.
– Парень запомнит ваш урок слишком хорошо!
– Это прекрасно, – сказала Кэсси.
– Он мог лишиться обоих глаз!
– Это сомнительно, – сказала Кэсси и пояснила, видя, что начальство готово закипеть от гнева: – Годовалые ростки всерьёз навредить не могут, у них слишком слабые и короткие игольчатые листья. А вот взрослое растение при неудачном столкновении с забывчивым студентом способно не только пробить ему глаза насквозь, но и переворошить за ними мозговую массу. 
Из палаты донёсся приглушённый вопль слышавшего спор нерадивого студента. Кэсси удовлетворённо улыбнулась, ректор побагровел и улетел. Да уж, гордый аристократ не скоро простит ей памятную защиту дипломной работы, если такое чудо вообще когда-либо случится. Собственно, он ей и простонародное происхождение простить никогда не сможет, так что с ректором ситуация изначально патовая – между ними не может быть нормальных отношений. В принципе.
  
Целительница укорила со смехом:
– Ты слишком красноречива в описании опасных способностей магических растений. Такими темпами у парней разовьётся фобия, и они начнут бояться всех растений скопом.
– Лучше пусть боятся, чем ни во что не ставят, – пожала плечами Кэсси.
– Верно, здоровее будут, и мне меньше работёнки перепадёт, – ухмыльнулась целительница.
Она была слабенькой магиней, дочерью столичного зельевара: человека не титулованного и не богатого, хоть и одарённого магическими способностями. Вопреки мнению, распространённому в провинции (где маги показывались редко), далеко не все одарённые являлись очень состоятельными, влиятельными и титулованными персонами. Кстати, это первое, что выучила Кэсси в столице: маги бывают разные!