Спецкурс магической ботаники (СИ)

Чтобы определить недавний рацион растения, достаточно сделать срезы и провести пробы на состав содержимого стебля и листьев: реагенты, позволяющие определить стандартные, простые минеральные и органические соединения, известны. Но как выяснить, что цветок употребил и переварил полностью, страдая теперь в ожидании добавки?
«Если состояние растения связано с состоянием совершившего самоубийство человека, то проверить нужно не так уж много составов. Главное – не погубить подопытный цветок, пытаясь снять его наркотическую ломку», – прикинула перспективы Кэсси.
  
Трое суток спустя она знала ответ на загадку! Ломать голову, как пробиться в кабинет первого заместителя главы СИБа в главном корпусе конторы, не пришлось: Марал Левитт явился в академию собственной персоной. В тени цветущей сирени он по-прежнему умудрялся выглядеть привлекательно опасным, как пантера, развалившаяся на солнышке. При виде зверя все сразу понимают, что грозу лесов не стоит беспокоить понапрасну, а ещё лучше – вообще не беспокоить. Из аллеи, где маг ожидал протеже своей конторы, словно вихрем вымело студентов: они бродили по соседним тропинкам, словно у всех вдруг развилась острая аллергия на запах сирени. Однако смотреть на высокопоставленного безопасника им ничто не мешало.
Видя, с какой досадой его контрактница поглядывает на сплетничающих о них студентов, Левитт усмехнулся и сказал, рассматривая цветок в горшке на коленях у Кэсси:
– Защитные чары не дали бы мне тайком пробраться в твою комнату, а встреча в саду у всех на виду не испортит твою репутацию, как, скажем, уединение в библиотеке. Три дня прошли и, судя по азартному блеску в твоих синих очах, сегодня тебе есть, что сказать. Боюсь спросить, как ты пытала несчастное растение, разведывая его тайны, но выглядит зелёный гад неплохо.
– Он чувствует себя отменно, поскольку наконец-то получил то, что хотел, а его молодой хозяин не получил – оттого и наложил на себя руки. Вы в курсе особенностей яда мышецвета?
– По долгу службы мне приходится сталкиваться с ядами всяко не реже, чем помощнику целителя академии, намеренному предложить тебе руку и сердце, – неожиданно сухо ответили ей.
Лицо Кэсси запылало, залившись румянцем. Контракт не предусматривает тотальный контроль за её личной жизнью! Она вправе дружить с кем хочет и не только дружить, если З е три действительно настроен серьёзно, чего она не замечала. Правда, она не особо приглядывалась, а высокому лорду следует перестать буравить её взглядом. Появляется раз в год, а смотрит так, словно она ему душу по контракту продала! 
– Всезнающей конторе о намерениях помощника целителя известно больше, чем его гипотетической невесте. Возможно, даже больше, чем самому помощнику целителя, – насмешливо парировала она. – Сведения о яде вас уже не интересуют?
Левитт откинулся на спинку скамейки и стал излагать как ни в чём не бывало:
– В малых дозах эффект от приёма сока мышецвета схож с действием алкоголя: бодрит, веселит, повышает настроение и общительность. Коварство мышецвета в том, что у человека быстро развивается привыкание к нему, причём для формирования устойчивой тяги достаточно мизерного количества яда. Синдром отмены настигает внезапно: при прекращении приёма резко падает настроение, наступает депрессия, растёт ненависть к себе, как к виновнику всех явных и воображаемых несчастий в своей жизни. Возникает агрессия, направленная также на себя самого и в запущенном случае приводящая к суициду, если не начать оперативного лечения отравленного. Мышецвет мы подозревали с самого начала, но нам не удалось найти его следов. Ты отыскала их в этом растении?
– Не совсем, но условно говоря – да. Вы опрашивали слуг погибшего: ему никакие напитки в спальню регулярно не носили?
– Носили укрепляющий взвар с добавлением рыбьего жира, на исключительной полезности которого настаивала мать парня. Они всей семьёй его пили перед сном, но никаких опасных симптомов у других членов семьи не выявлено, да и остатки последнего взвара мы проверили – всё чисто. Все домочадцы были опрошены в присутствии магов-целителей, следивших за их сердцебиением, дыханием, давлением – изменение их параметров помогает выявлять ложь, и нужно много тренироваться, чтобы научиться врать в присутствии опытных дознавателей. Одним словом, парня не травил никто из проживающих в доме.
– Вот как раз в последнем взваре и должно было быть всё чисто! Однако до последних дней жизни парня яд мышецвета появлялся в его порции вечернего взвара с завидной регулярностью, а потом наступил эффект отмены, – твёрдо заявила Кэсси. – Да, могу доказать. События представляются мне так: вынужденный пить ужасно противный на вкус взвар по настоянию матери, парень с усилием проглатывал половину, а вторую половину украдкой выливал в цветок. Оказывается, яд мышецвета вызывает привыкание не только у людей, но и у растительных форм жизни, и синдром отмены, хоть и в меньшей мере, проявился у цветка тоже. Я не сразу сообразила, с чего вдруг у здорового растения мелко трясутся листья, а потом стала пробовать поливать его различными составами. Как только дошла до разбавленного яда мышецвета, мой подопытный вмиг заблестел глянцем листьев и перестал трястись. Отдайте цветок своим экспертам – пусть сами убедятся в верности выводов.
Она достаточно научно объяснила свой выбор цветка для опытов, не касаясь того факта, что заметила его странное самочувствие ? 
Машинально забрав протянутый ему горшок, Левитт задумчиво свёл чёрные брови:
– То есть парня всё-таки убили, но почему?
– Этого знать не могу, но неужели следствие совсем ни у кого никаких мотивов не отыскало?
– Никаких новых ярких событий, кроме помолвки, в жизни парня не было, однако по этой линии ничего подозрительного обнаружить не удалось. Его выбор невесты родители всемерно одобряли – та девушка голубых кровей, фрейлина её величества, дочь высокопоставленного лорда. Родители невесты тоже благосклонно смотрели на будущий союз, а самих молодых связывали самые нежные чувства, и никаких тайных их связей на стороне нам раскопать не удалось.
– О, это однозначно доказывает, что связей не имелось, – с усмешкой закивала Кэсси, а брюнетистый маг невозмутимо подтвердил:
– Само собой, – и продолжил: – За день до смерти погибший взял в банке взаймы тысячу золотых в банковских билетах, чтобы купить подарок невесте, не прося денег у родителей. Ему не хватало собственных средств на покупку бриллиантового колье, присмотренного в ювелирной лавке. Так вот, кошелька с деньгами не нашли, никто об их судьбе ничего не знает. Допрашивали всех: родных, друзей и продавцов ювелирной лавки. Колье лежит на витрине, где лежало, а денег нигде нет. Сумма небольшая, но...
– Небольшая? Так это смотря для кого, – вырвалось у Кэсси. Оклад помощника целителя в академии составлял полсотни золотых в месяц, самого целителя – в три раза больше.
Вернувшись мыслями в настоящее, Кэсси неодобрительно покачала головой: то дело так и не раскрыли, приостановили расследование из-за отсутствия подозреваемых. Кто подкидывал парню яд и куда исчезли деньги, осталось загадкой. Лично ей заплатили приличную сумму за консультацию, и впоследствии она не раз убеждалась, что контора не экономит на оплате труда сотрудников, как полагал нэсс Годри. В банке у неё скопилась заметная (по мнению Кэсси) сумма денег, хоть и явно пока недостаточная для открытия собственного торгового дела.
У входа в центральный корпус её ожидало высокое начальство собственными великолепными персонами: глава СИБа и его зам. Левитт бросил ей краткое приветствие, а глава безопасности всея империи, именем которого крестьяне заклинали луговую нечисть не портить травы и посевы, окинул явившуюся нэссу скептическим взором, очень похожим на взор Кэшвелла. Личный секретарь, вытянувшийся в струнку за плечом лорда, жарко зашептал ему что-то на ухо, до Кэсси долетели обрывки фраз про модный бутик. Глава поморщился и махнул рукой: