Убийца для оборотня (СИ)

— Завтра? — предложил оборотень так равнодушно, будто мы не убийство монарха обсуждаем, а дату пикника на природе.
— Неожиданно, — выдавила я. — Но… да, я согласна.
— Сегодня вам придется выяснить, кто завтра охраняет короля и западный вход — именно через тот коридор мне будет проще всего проникнуть внутрь.
Я кивнула. Как когда-то мы с подругой обсуждали новые заказы, так и сейчас с Гриром обговаривали подробности величайшего убийства в моей карьере. Едва не подскакивала на месте от нервного возбуждения, что для меня совсем не свойственно, однако держала себя в руках: мне еще в Тилате долго пришлось умолять Грира совершить преступление против короны, а потом ничуть не меньше — уговаривать сделать это вместе.
План, в котором становлюсь учительницей принца, принадлежал мне. Так без лишней резни и жертв можно совершить задуманное: примелькавшаяся во дворце женщина, не вызывающая никаких подозрений, усыпляет стражей, забирает у них ключи и впускает герцога. Он, конечно, хотел бы сделать все иначе и поубивал бы вместе с Айзеком половину дворца, но я была непреклонна: у меня в таких делах опыта больше, и при этом ваша покорная слуга до сих пор жива, что, хочется верить, говорит о высоком профессионализме… или о фантастической удаче. Вообще была уверена, что одной прикончить правителя мне будет проще, но рык «Он мой» заставил заткнуться.
— Во сколько? — спросила я, положив руку на ладонь Грира и заглядывая ему в глаза. Боялся ли он? Что думал? Никогда не понять его истинных мыслей.
— В час волка, — кривая усмешка скользнула по тонким губам.
— Я буду ждать.
— Разумеется.
56. Очень некстати
Подмешать сонное в зелье в поздний ужин стражи было проще, чем ожидала. Усталая повариха по имени Мария — именно она отвечала за питание гвардейцев замка, и в это время оставалась на кухне одна — кивком приветствовала, когда я вошла в ее адски жаркую обитель. Мы поговорили про погоду, потом она пожаловалась на мужа-конюха, который пропил фамильный сервиз, доставшийся от бабушки. Все это время с невероятной скоростью женщина передвигалась от печи к столу, от стола — к плитке, от плитки — к ящику с овощами. Ее руки резали, складывали, мешали, локти мелькали то тут, то там.
— Мария, — потянулась на стуле и встала, — давай я тебе помогу?
— Да не надо, — отмахнулась она и вытерла пот со лба рукавом, — сама быстрее управлюсь.
— Я же вижу, как ты устала!
— Так и тебя, небось, тоже работа утомляет, да я ж не лезу помогать. Коли ты учительница, а я повариха, то и делать должны то, чему научены.
Что ж, придется тогда тебя отвлечь.
— Я тогда, наверное, пойду?
— Иди. Спать уже пора, — она с материнской строгостью поглядела на меня и добавила. — Но спасибо, что помощь предложила. Обычно ваши, — это она про учителей юного Айзека, — с нами, с прислугой, и знаться не хотят, хоть и живем в соседних комнатах, а ты — девка хорошая и простая, пусть и университеты заканчивала.
— Приятно слышать это от тебя, Мария, — я благодарно улыбнулась. — О, а это что такое? — потянулась к висящему над кухонным чесноком.
— Ничего не трогай! — крикнула кухарка.
Но было уже поздно, я, встав на цыпочки, прикоснулась к связке, неловко оступилась, схватилась за полку с приправами и начала падение, увлекая за собой многочисленные баночки с сушеным укропом, лавровым листом, перцем и другими пряностями. Грохот, звон разбитого стекла — и пахучее терпкое облако окутало нас с Марией.
— Да что б тебя! — она, громко ругаясь, огрела меня тряпкой по спине и чихнула.
— Прости, пожалуйста, — плаксивым тоном пролепетала я, отодвигаясь в сторону и тоже чихнула. Три раза подряд.
— Иди уже спать, я сама все уберу!
Повариха с привычной для нее скоростью, отвлекаясь лишь на громогласное «апчхи», быстро ликвидировала последствия моей неуклюжести. Я отодвинулась к плите, охая и прося прощения, и влила в бульон несколько капель сонного зелья. Наваристая похлебка Марии всегда пользовалась успехом, и можно быть уверенной, что все ночные стражи ее попробуют.
 
— Ну-ка отойди от кастрюли! — женщина резко повернулась и с ужасом смотрела на меня. Не могла же она увидеть, что я сделала? — Не хватало еще, чтобы ты на себя весь ужин вылила! Там же кипит все!
Облегченно выдохнула.
— Да-да, извини, пожалуйста, уже ухожу! — попятилась к выходу, взгляд упал на большой кухонный нож, воткнутый в тыкву. Как только повариха вернулась к уборке, вытащила его и, спрятав в рукав, покинула кухню. Пусть не мне убивать короля, но какое-то оружие при себе надо иметь.
Приближалась полночь. Я сменила платье, ставшее рыжим от высыпанных на него специй, умылась. До встречи с Гриром оставалось несколько часов. Обошла замок, пожаловалась стражам, готовящимся к смене, на бессонницу и заодно убедилась, что они уплетают похлебку за обе щеки. Мило улыбалась и флиртовала с двумя громилами, которые должны будут нести пост у дверей королевской спальни, даже предложила сходить за добавкой. Возвращаясь к ним с тарелками, наполненными ароматным варевом, столкнулась нос к носу с Климом, бывшим когда-то помощником Мирта. Вот черт! Что он делает во дворце в такое время?! Я едва не выронила поднос.
— Все в порядке, мисс? — мужчина участливо обратился ко мне, увидев, как побледнела. — Что-то случилось?
Ты случился! Откуда ты взялся здесь?
Выдавив улыбку, заверила, что все в порядке.
— Не видел вас раньше… Хотя лицо кажется знакомым? Вы давно тут работаете? — он пошел за мной вслед.
— С Рождества. Я учитель.
— Учитель? — изумился он. — А почему носите еду?
— Бессонница. Решила помочь, — ответила сквозь зубы. — А вам тоже не спится, мистер?
— О, я на работе. Контролирую стражу, так сказать. Усиляем безопасность, говорят, — он понизил голос, — предатель Грир вернулся в страну… Впрочем, едва ли он явится сюда сегодня, — Клим задорно усмехнулся. — Поэтому могу, пока смена не началась, помогать помощницам.
— Это было бы очень мило, — вручила поднос, придумывая, куда бы деть внезапно возникшего «контролера». — Вы уже ели? Похлебка у Марии сегодня просто волшебная.
— Я не голоден, только что из дома, — сообщил он, подходя к столовой для персонала.
— Зря отказываетесь, сама сегодня три порции съела! Замечательно получилось!
— О, вы не должны питаться тем, что едят стражники, — строго сказал молодой мужчина. — Я вынужден буду поговорить на эту тему с управителем. Вам с Марией придется вычесть убытки из заработка.
Ну заноза. Такой правильный! А когда Мирт творил беспредел, стоял рядом и смотрел. Может, осуждал, конечно, своим щенячьим взглядом, но не сделал ни черта!
— Да? Тогда вам должно быть интересно, — я взяла себя в руки, — что работники кухни крадут продукты.
— Неужели? Это и правда серьезно.
— Ставьте поднос, я вам покажу склад, куда они прячут мясо, овощи и зерно перед тем, как продать…
По узкому темному переходу мы проследовали в пристрой для прислуги. Я рассказывала о придуманном только что злодеянии, в красках описывая жадных поваров, которые объедают нашего дражайшего правителя.
— Понимаете, мистер, недавно узнала и очень боялась кому-то рассказывать… Даже и не знала, кому… Меня ведь не накажут за укрывательство? — щебетала испуганным голоском. — Я правда не сообщница, клянусь!
— Мы разберемся, — многозначительно кивнул Клим и приподнял канделябр, чтобы лучше осветить ступени, ведущие на второй этаж.
— Если потеряю из-за этого работу… Как же будет моя больная матушка? А мой маленький братишка?..
— Не волнуйтесь, мисс. Быть может, вас наградят за раскрытие преступления. Я буду ходатайствовать перед начальником стражи, чтобы вам выписали премию.
— Вы мой спаситель! Буду вам очень благодарна! — остановилась перед дверью своей комнаты. — Вот мы и пришли! Все здесь!
— Это же чья-то спальня, — задумчиво произнес Клим. — Я думал, они оборудовали для этого хозяйственную комнату.