Адмирал Империи 17 (СИ)
Крахтя, я поднялся с кресла, покинул командный отсек «Одинокого» и поспешил, если спешкой можно назвать мой черепаший ход, к своей каюте, куда перед этим приказал отконвоировать Агриппину Ивановну с ее офицерами. Чтобы начать отступление надо было для начала освободить командующую всеми теми кораблями, которые сейчас сгрудились вокруг моего крейсера, а их командиры, судя по перехватам в эфире, решали, что делать и где искать вице-адмирала Хромцову, которая прибыв на «Одинокий» будто испарилась, не отвечая на запросы…
— Вот примерно так выглядит сейчас космос, — прокомментировал я, когда показывал Хромцовой и ее офицерам запись с карты, на которой во всей своей красе была изображена вся вражеская армада, движущаяся сейчас в нашем направлении. — В данную минуту они уже соединились с отступающими кораблями Вишневского-младшего и теперь на всех парах летят в нашу сторону.
Картина была забавная, я до сих пор держал Агриппину Ивановну в наручниках, благо, кроме нескольких человек это никто не видел. Делал я это для ее же пользы, ибо, как известно Хромцова обладала взрывным характером и могла натворить бед, в том числе и со мной, тем более, что она до сих пор находилась в броне, а я нет.
— Теперь понимаете, что вас ожидало, продолжи 5-ая «ударная» преследовать поляков? — я пытался по глазам и поведению женщины понять, опасна ли она еще или уже нет.
— Ладно, допустим, — нехотя согласилась Хромцова, признавать ошибки она, буду лидерских качеств, не любила, поэтому сильно была смущена и все еще пыталась спрятать это самое смущение за грубостью. — Но какого черта ты устроил этот цирк на пирсе⁈
— Был ли другой вариант остановить вас? — сказал я. — Ответьте честно. Мог бы кто-либо и что-либо помешать вам, уже решившей, что будет так, а не иначе? «Хромцову, если она того не хочет, не остановит никто», это слова не мои, как вы знаете, это слова нашего императора…
Я беззастенчиво льстил сейчас Агриппине Ивановне, чтобы хоть как-то поправить наши отношения. И у меня это, кажется, начало получаться. Вице-адмирал после моей последней фразы заметно успокоилась и даже слегка улыбнулась:
— Когда это было, лет тридцать тому назад, — с печалью в голосе произнесла она, — я уже и сама не помню. Да, были времена, и сильные мира сего меня ценили… Но, они прошли, Васильков, давно прошли… Единственное, мне странно, что ты помнишь это. Вернее, в силу возраста, помнить ты этого не можешь, но, тем не менее, знаешь. Это… Это странно, но приятно…
— Мне много рассказывал о вас крестный, — ответил я.
— Аааа, адмирал Дессе, — кивнула Агриппина Ивановна. — Ты в курсе, что мы сейчас с ним мягко сказать не ладим?
— Слышал…
— Что там он, сильно на меня зуб точит, после того, как я погналась за 6-ым космофлотом «янки» и якобы бросила его несчастного один на один с Уоррен, Фланнаганом и Буховски? — усмехнулась Хромцова, а сама внимательно смотрела на меня, видимо, уход ее дивизии во время сражения у перехода на «Тарс», как она предполагала, может иметь для нее серьезные последствия.
— Таким злым я Павла Петровича редко когда видел, — подлил я масла в огонь, вроде бы сказав правду, но при этом преследуя свои «корыстные» интересы. — Боюсь, что отмолить прощение будет делом сложным…
— Никто отмаливать и не собирался! — тут же взбрыкнула Агриппина Ивановна. — Да, сними ты, эти чертовы браслеты…
— Бить не будете, мамаша? — пошутил я, кивая одному из охранников, чтобы тот деактивировал магнитные наручники.
— Какая я тебе мамаша⁈ — возмутилась Хромцова. — Хотя по возрасту, наверное, ты прав… Не сделаю я тебе ничего, Васильков, не бойся… Космоморяк ребенка не обидит… Снимай, давай, а то перед людьми стыдно!
Потерев бронепластины в районе запястий, будто наручники натерли ей руки, Хромцова больше понарошку, чем всерьез, после того, как ее освободили, сгребла меня в охапку и приподняла вверх на полметра.
— Ну, что, как насчет поединка, умник⁈
— Аааййй! — вырвалось у меня, от резкой боли в плече.
— Оооо, да на тебе итак живого места нет, — Агриппина Ивановна только сейчас заметила, что я, оказывается, весь в медицинских повязках, и тут же аккуратно опустила меня на пол. — Как же ты собирался фехтовать?
— Да, не собирался я с вами драться, — ответил я, потирая руку.
— Так это все ради того, чтобы я не попала в ловушку? — разговаривая сама с собой, повторила вопрос Хромцова. — Ну, ты и выдумщик, Васильков… А я то старая выдра, клюнула на наживку. Вот бестолковая… Так, ладно, готова признать, что ты оказался прав… Судя по цифрам и координатам, где прятались американцы с поляками, я действительно не успела бы убежать от Дэвиса. Поэтому, спасибо, что так ловко развел меня на этот поединок…
Агриппина Ивановна протянула мне руку в латной перчатке, которую я с облегчением и радостью пожал в ответ.
— Надо уходить и уходить, как можно быстрей, госпожа вице-адмирал, — не теряя драгоценного времени, я тут же перешел к делу. — «Бессмертные» Коннора Дэвиса идут в авангарде вражеской эскадры, а в этой дивизии все дредноуты скоростные. Если они приблизятся к нам на критическое расстояние в два миллиона километров, то нам уже не удастся сбросить их с хвоста. Поэтому каждая минута на счету, Агриппина Ивановна, связывайтесь со своими капитанами и давайте команду на отход…
Я достал из кармана идентификационный браслет и передал его Хромцовой.
— Только не смей думать, что я испугалась какого-то там Коннора Дэвиса, — буркнула Агриппина Ивановна, надевая браслет.
— Ни в коем разе, — сказал я. — Возьмёте на буксир «Екатерину Великую» с «Пантелеймоном»? А то этим двум кораблям без посторонней помощи далеко от американцев не улететь…
— Без вопросов, — кивнула вице-адмирал, — сейчас распоряжусь…
— Также надо еще «Баязет» и два других корабля с Херсонеса-3 прихватить по дороге, — напомнил я Хромцовой.
— Не переживай, Васильков, всех кого надо эвакуируем, не оставим Дэвису ничего, чем бы этот стервятник мог поживиться, — уверенно ответила мне, Агриппина Ивановна, через свой портативный компьютер, встроенный в манипулятор бронескафандра, перепроверяя информацию о передвижении эскадры противника. — «Янки» и поляки еще слишком далеко, и у нас есть время… Тем более, что эти дуралеи замедляют ход и отворачивают в сторону от маршрута!
— Как отворачивают? — не поверил я словам Хромцовой, взглянув на свой монитор. — И в правду скорость снизили и разворачиваются влево… Что происходит?
— Господин контр-адмирал, на радарах новые игроки, — ответила на мой вопрос из рубки «Одинокого» Алекса, будто где-то на мне был жучок, и мой старпом слышала весь наш разговор с Хромцовой.
— Кто там еще? — с беспокойством в голосе спросил я.
— Гвардия, — прозвучал ответ Алексы. — Преображенская дивизия… В одиннадцати миллионах километров от нас… Заходит эскадре Коннора Дэвиса во «фланг». Стороны готовятся к артиллерийской дуэли…
— Да чтоб его! — выругался я на государя-императора и его бравых гвардейцев, понимая, что все мои потуги по спасению кораблей Хромцовой и Красовского снова под угрозой срыва.
— А ты говоришь, отступать, — хмыкнула Агриппина Ивановна, похлопав меня по плечу и снова не желая этого, причинив мне боль. — Когда такая заварушка намечается! Вот сейчас с «преображенцами» мы и покажем «янки» и их союзничкам, чья «Таврида»! Всем кораблям 5-ой «ударной» — готовиться к бою! — Хромцова отвернувшись от меня, уже выбегала в коридор в сопровождении своих людей, связываясь с капитанами своей дивизии…
Глава 8
Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.