Жить стало лучше, жить стало веселее!

Родители Зевса были связаны с торгпредством в Греции, но по некоторым оговоркам Александра я догадывался, что там что-то гораздо более серьезное. Что-то с профсоюзами и рабочим классом. Дед Зоиди был антифашистом, дрался с немцами, после чего и попал в СССР. Женился, настрогал детей, а потом вернулся на родину, воевать с турками. И я так понимаю, вернулся не просто так, а уже как агент влияния Союза. А может, и просто агент, одно другого не исключает. Но как минимум золотая звезда Героя СССР у него имелась, Зевс хвастался. А в совокупности можно сказать, что семья у него была не самая простая.
Примерно та же картина имелась и у Вадима, но его родителей целенаправленно готовили в Союзе для борьбы с американцами. После бегства янки из Вьетнама семья Ван Нама заняла высокие должности, а внука отправили к бабушке. Учиться и укреплять межнациональные связи, так сказать.
Меньше всего информации у меня было на Данилу Карпова. Флегматичный здоровяк не особо любил о себе рассказывать, да и прикинут был проще, чем другие, хоть и не в ширпотреб. Так что можно было подумать, что в компанию он попал случайно, но я в это не верил. По-любому кто-то из родни служил в конторе, вот перспективного юношу и подтянули. А вот кто выбивался из всех, так это я, что наталкивало на интересные мысли. Но с выводами я не спешил, особенно в свете последнего разговора с Выгорским. Может, действительно, Тихомиров засунул меня сюда случайно, чисто на посмотреть Михалычу, а я прижился. Да и плевать, в общем. Не гонят, в душу не лезут, учат, тренируют, лечат, чего еще надо-то? Вот и я про это.
На удивление, явились все, даже Сикорская. Точнее, пацаны точно бы пришли, а вот про девочек я был не уверен, все-таки шестнадцать лет. Рановато шастать по ресторанам. Да и родители у нее с Капустиной такие, что вполне могли не пустить. Но я в который раз недооценил коллективизм советских людей и некоторую наивность местной молодежи. Сказали, все идем в кафе – значит, идем. И никаких намеков в этом нет, хотя, надо сказать, выглядели девочки сногсшибательно.
При этом нельзя сказать, что они специально наряжались. Капустина приехала в сарафане чуть выше колен и балетках, а Софья в джинсах-джогерах, кедах и курточке, под которой была майка, оставляющая голым животик, но смотрелось это потрясающе. Я и раньше знал, что Сикорская красива, симпатичное личико, подтянутое, спортивное тело, стройные, ровные ножки, тугая попка, но до этого как-то мне не доводилось видеть ее в неформальной обстановке. Или в школе, в форме, хотя там она выглядела как воплощенная мечта извращенца, чего уж греха таить, или на тренировке в спортивке.
Пришлось даже себя одернуть. Нет, я бы с удовольствием замутил с Сонькой, если бы не характер и папа подполковник. А так вон пусть Эмин отдувается, он хвост распушил и увивался вокруг Сикорской гоголем. Хотя, судя по ее реакции, всерьез его никто не воспринимал. Да и сам лезгин ухаживал скорее по инерции, без каких-либо серьезных планов.
– Семен, – ребята окружили меня, и вперед вышел Данила, как самый авторитетный в нашей компании. – Мы знаем тебя не слишком долго, но ты показал себя правильным пацаном, человеком. Соньку не слушай, она на тебя за прошлое дуется.
– И вовсе я не дуюсь! – тут же влезла Сикорская, но без души, чисто для порядка.
– Так вот, – Карпов не обратил внимания на выкрики из зала. – Так как ты первый стал Разрядником в нашей группе, мы приготовили тебе небольшой подарок. Вот держи. Думаю, пригодятся.
– Спасибо, ребят, но не нужно было, – я принял коробку, начал открывать и понял, что они действительно заморочились с выбором. – Блин! Слушайте. Я даже, что сказать, не знаю. Спасибо огромное, попали прям в дырочку. А то я уже половину магазинов обошел, нигде нормальной мотоэкипировки нет.
После получения прав я действительно озадачился защитой. Пусть я не собирался гонять как сумасшедший или участвовать в гонках, от случайностей никто застрахован не был. А мотоцикл штука такая, ошибок не прощающая. И пусть через два года я планировал пересесть на нормальную машину, до этого времени нужно было еще дожить. И поэтому подарок ребят, хорошие кожаные мотоперчатки, мне подходил идеально.
 
– Ну угодили! – я убрал перчатки обратно в коробку и с чувством пожал руку всем парням по очереди, а Даша чмокнула меня в щеку, вызвав шуточный прилив ревности у Зевса. Сикорская тоже подала руку, хоть я думал, проигнорирует, но выпендриваться не стал, аккуратно сжал кисть, отметив, что у девушки очень красивые, музыкальные пальцы. Хотя неудивительно, зная, что она в музыкальной школе занимается, тут уж скорее странно, как ее Выгорскому отдали. – Тогда пойдемте праздновать! Стол готов, дядя Эмина все сделал по высшему разряду. Так что будем кутить!
Это молодежь была завсегда готова, так что мы дружною толпой ввалились в кафе. Для нас сдвинули два стола, как раз хватило места, чтобы сесть восьми подросткам. Выгорского с Анастасией я тоже звал, но те отказались. Пришлось ограничиться бутылкой хорошего коньяка для Михалыча и ликера «Бейлис» для нашего ангела в белом халате. Вроде бы угодил, по крайней мере, в последний раз били током меня меньше, а может, это я уже привык.
Казибег действительно расстарался на славу, но и соперники у него были серьезные. Пожрать все мы были не дураки, даже девчонки. Энергеты, в принципе, ели больше обычных людей, а мы еще и росли, так что поначалу за столом слышалось только чавканье. Хотя это я утрирую, все-таки компания подобралась культурная, так что за столом вели себя как положено. Что не мешало уничтожать шашлык, который буквально таял во рту.
Естественно, в кафе мы были не одни. Откупать зал полностью было мало того, что дорого и не нужно, но даже вредно. Мне не нужна была слава мажора, сорящего деньгами. Я вполне обходился пусть хорошими, но не самыми брендовыми вещами, а начать шиковать, это как минимум привлечь внимание того же ОБХСС. А ведь, по сути, я пока еще не имел права получать даже авторские, так как не состоял ни в Союзе писателей, ни в Союзе композиторов. Туда вообще с восемнадцати только брали, но Цемель обещал решить этот вопрос. Однако сейчас музыка меня интересовала в чисто прикладном плане, поскольку первый голод был утолен и всем захотелось развлечений.
– Секунду! – мигом понял проблему Эмин. – Сейчас сделаем. Обычно тут Замира поет, но она позже приходит. Но сейчас что-нибудь сообразим. Брата попрошу, он включит чего-нибудь. – И исчез в служебном помещении, через пару минут вернулся с парнем лет двадцати, похожим на Эмина, но каким-то более брутальным и смазливым, что ли. Такие девчонкам нравятся.
– Ну что, молодежь, чего вам поставить? – Айдин Керимов, сын Казибега и, соответственно, двоюродный брат Эмина, после знакомства со всеми присутствующими, принялся копаться в дисках возле неплохой стереосистемы, а я глядел на него, пытаясь ухватить мысль, что пришла в голову, а потом схватился за телефон, выискивая нужную демку. – Тони Брекстон подойдет?
– Слушай, Эмин, а твой брат поет? – найдя нужную запись, я толкнул Керимова в бок.
– В институте группа у него, – гордо похвастался тот. – Правда, он там на гитаре играет, но и поет тоже иногда.
– А как он отнесется к предложению пошалить? – к счастью, здесь это не несло никакого иного подтекста, так что я не парился. – Есть у меня одна песня, ему подойдет идеально, и как раз демку с утра прислали. Давай замутим первое исполнение будущего шлягера? А если все нормально получится, у меня к твоему брату будет предложение, от которого невозможно отказаться.
  
Глава 19
 
– Запомнил слова? – Я не хотел отвлекать мурлыкающего что-то под нос Айдина, но время поджимало. – Возьми текст с собой.
– Не, не, уже запомнил, – помотал тот головой. – Тут несложно и мотив простой. Думаю, справлюсь.
– Да, конечно! Даже если ошибешься, не страшно. – Я хлопнул его по плечу. – Это же тебе не концертный зал «Олимпийский». Так что давай, сделай по красоте. Я тебя объявлю.