Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал
Фотосессия получилась отличной, фотограф реально был профи, свет, все настроил грамотно. После общей фотографии делали снимки отдельно, нас с Мариной, деда с бабушкой, ну и остальные по желанию. Дальше фотограф подобрал маме из своей коллекции отличное платье, вообще красота, и снял ее, она стояла у стула с прямой спиной и гордо поднятой головой, глядя в объектив, положив правую руку на спинку красивого стула. Таня этого не дождалась, сделала свой снимок, ну и побежала на учебу с бутербродом в руке. Мама сунула, раз обед пропустила.
Фотограф обещал завтра отпечатать снимки в нужных количествах, так что, выплатив аванс, мы поехали к лагерю. Там поблагодарили участкового за помощь, и, не переодеваясь, я и взрослые поехали в райотдел. Заодно и участкового нашего отвезли до дома. Начальник отделения милиции действительно помог, все трое получили паспорта. Документы, свои и настоящие. Первые на самом деле. Оттуда мы скатались в жилконтору и за час получили документы на квартиры в доме. Тут тоже все было готово, прописку в паспорта поставили, там квартиры номер один и два были, ну и прописали нас. В мамину квартиру всех, включая Киру. Записали как жильцов просто со слов мамы, с датами рождения всех.
Вернувшись в лагерь, мы оставили бабушку с дедом, они сразу хозяйством занялись, а вот у нас с мамой еще были дела. Скоро начало школьных занятий, а записывать лучше сейчас, пока места есть. Если еще есть. Так что она взяла свой паспорт, остальные документы, аккуратно, с крестьянской основательностью завернула в газету и убрала в небольшую жестяную шкатулку. В Старой Руссе я ее на рынке купил. Понравилась, и для хранения документов отлично подходила. Кроме паспорта она взяла наши табели с оценками, а еще мою благодарственную грамоту от милиции. Хотела еще те, что мне в пути выдали, но я попросил их не брать, хватит и одной, довоенной.
Где находится школа, я уже давно узнал. Кстати, далеко ходить от дома, переправляться на пароме придется, не совсем удобно, но посмотрим. На нашем берегу школа тоже была, я узнавал, но ее заняли под госпиталь, все, кто там ранее учился, будут теперь в нашу школу ходить. Уплотнимся, получается. Добравшись до места, я припарковал телегу в тени высокого тополя и, оставив Шарика сторожить, направился вместе с мамой к открытым дверям школы. Детей было мало, да и вообще народу, учебный год еще не начался. Посмотрев, как мама несет завернутые в чистый платок документы, сказал:
– Надо будет тебе сумочку купить, как у Тани, для вещей, документы носить и личные вещи. У Тани ты видела, тебе вроде понравилось.
– Хорошая вещь, – согласилась та.
Спросив у уборщицы на месте ли директор (та была на месте), мы прошли к ней. Проблем с нашим приемом не было, очень положительно сказались табели с оценками, директриса честно призналась, что ни у одного новичка, которые поступили в этом году в школу, таких табелей не было, так что мы произвели на нее хорошее впечатление. Оно усилилась, когда она изучила благодарственную грамоту от милиции. Из-за уплотнения организовалось обучение в две смены, первая до обеда и вторая после. Первая оказалась вся занята, но у директора были резервы, и она согласилась, что нам удобнее именно первая смена. Так что записала нас с Мариной в пятый «А» класс. Валентину в третий «Б», а Лукерью во второй «А». Остальные в школу еще не ходили, Димке она светила в следующем году.
Поблагодарив директрису, она напомнила, что тридцать первого августа в воскресенье классы собираются, будут знакомиться друг с другом, если есть новички, и с классным руководителем. Мама записала в блокнот (это мой подарок), кто будет у нас у всех классными руководителями. Так вот, поблагодарив директрису, мы покинули здание школы и поехали в садик. Для мамы это было чудно, в деревнях садики это бабушки и у дедушки, а тут люди занятые, так что они были. Да и разгрузить бабушку тоже хотелось, тем более скоро у них будет хозяйство, скотина, за ней тоже ухаживать нужно.
Доехали до садика, тут сложнее, но тоже смогли договориться. Димку, Ольгу, Анну и Наташу брали. Последнюю в ясли. Не было бы местной прописки, то честно признались, не приняли бы. Мы договорились, что начнем приводить наших через неделю. Как раз в дом и въедем, будем привыкать к городской жизни.
От садика мы прокатились до фотографа, тот выдал плотный и тяжелый конверт с готовым заказом. Мы с мамой посмотрели. Да уж, профи, по-другому и не скажешь. Отобрав одно общее и мамино фото, мы доехали до ближайшей почты, там купили конверт, повезло, оказались редкостью, то есть уже становились дефицитом. Ничего, к счастью, подходящий конверт нашелся, письма семьи у меня были с собой, вложили с фото и заклеили, кисточку и клей тут же выдали, и отправили на полевую почту отца.
Только после этого, заскочив на рынок, мама там закупила свежих продуктов, включая яйца, три десятка взяли, вернулись обратно.
Про следующие четыре дня и рассказывать нечего, в город ездили, если только свежие скоропортящиеся продукты купить и все, а так просто жили. Я по окрестностям побегал, частей вокруг хватало, если не каждую ночь стрельба зениток и рев сирен тревоги, то несколько раз в неделю точно. Так вот, побегал, и принес один раз зайца, во второй тетерева. Не ожидал его тут встретить, но подстрелил, подошел и убедился, что действительно тетерев. Вот так разнообразил пищу свежей дичью. Про рыбалку тоже не забывал. Нас никто не трогал, не беспокоил, жили и ждали, когда освободится дом. Даже особо и не готовились. Таня у нас была лишь единожды, занятия раньше закончились, преподавателя не было, а заменить некем, вон она на трамвае доехала, а дальше пешком. А отвозил я ее сам. А так у нее нет времени, все учеба и работа занимает, в воскресенье разве что. Кстати, как раз послезавтра воскресенье и будет, она нам обещала помочь с покупками и посещением рынка.
Наконец настал день переезда, мы собрались, свернули лагерь и, убедившись, что в этот раз, как обычно, ничего не забыли, и направились на нужную улицу. На пароме поместились обе повозки, борт о борт, там еще грузовичок вроде «антилопы гну» заехал, переправились, и вот он наш дом. Как и договорились, бывшие хозяева ждали, у палисадника ожидала машина инженера. Странно, служебная, я думал, он ее с собой заберет. Потом последовала передача квартир. Хм, а молодцы, перед съездом хозяйки все помыли. Зря, мы сами будем все отмывать, но повторю, молодцы. Проверка показала, что все в норме, так что ударили по рукам и проводили старых хозяев.
Если вы думаете, что мы сразу же стали селиться, то зря. Строения справные, однако было много дел. Мы с дедом во дворе на нашей половине поставили палатку, тент между домом и сараем натянули, после этого наши женщины, используя тряпки и горячую воду, воду грели в летней печи, начали уборку в доме, отмывали абсолютно всё. Дед занялся сараем и сеновалом, убирался там, а я, после разгрузки нашего имущества в один из сараев, на повозке покатил к той роще, где дед накосил травы, и уже подсохшую собрал в снопы. Сеновал пуст, пора возить. Раз время есть, на это и будем тратить. В мою телегу дед грузил все, что находил во всех строениях, включая старый навоз, вывез он их на свалку за городом. Я успел сделать три ходки, пока не стемнело, как раз с последней повозкой вывез и все накошенное, но мало, еще надо. Зато сеновал на треть заполнили, есть где ночевать.
Мы с дедом убрались на участке, в сараях и конюшне, а женская часть семьи привела в порядок дом. Вот только в нем пока жить сложно, не на чем спать. Кровати и один диван, скорее полу-софа – это есть, но без матрасов и постельного белья. Так что вся молодежь спала на сеновале, дед с нами, а бабушка с мамой и Кирой уже в палатке.
Наутро в воскресенье мы с мамой, бабушкой, Мариной и Валентиной покатили на рынок, покупать постельное белье и все, что нужно. К тому же трех кроватей не хватало, у нас семья побольше была, а если Таню считать, она наверняка ночевать будет оставаться время от времени, так четыре. Даже посуда требовалась, все же та, которой мы пользовались, больше походная.