Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал

Я как раз дочитал, когда в комнату ввалилась толпа, следом шла Таня с Ольгой и Аней на руках. Малые поздоровались с соседкой и тут же расселись на кровати, с любопытством осматриваясь. Заметили, вернее, унюхали яичницу и насторожись как перед добычей. В общем, все съели, те еще проглоты. Марина забрала у меня письма и стала не менее жадно читать, ей тоже хотелось узнать, что с отцом. Почти час мы сидели, вываливая друг на друга ворох новостей, малые, не особо стесняясь, рассказали как я убил немцев на их глазах и как стрелял в самолеты и те падали. Про покупку дома тоже рассказали, как он им понравился. Но не дом описывали, а пляж. Кто о чем.
– Ты собирайся, – посоветовал я сестре, убирая письма отца в планшет, маме будет тоже интересно почитать. – Мама ждет, к нам скатаемся, вечером я тебя обратно привезу, чтобы завтра на уроки не опоздала.
– Я быстро.
Нас с Димкой тут же выставили в коридор, пользуясь моментом, мы на кухню прогулялись, попить, после чего мы все вместе спустились, и на телеге, там все нормально, Шарик бдит, покатили к выезду из города. В направлении нашего лагеря.
Пока мы неторопливо катили по улицам, шикнув на малых, я стал более подробно расспрашивать Таню о ее жизни, все же почти три месяца не виделись. Ей оказалось и рассказывать нечего, кроме того, что она за нас волновалась. А так работает санитаркой, только больница была переведена на военные рельсы, став госпиталем, но смена в следующую ночь, познавала город, а когда начались уроки, узнала, в какую группу ее определили. Успела познакомиться с такими же новичками, и вот училась. Тяжело, отдыхают только в воскресенье, но она уже стала привыкать, так что нормально, выдержит. Радостных новостей было две, отец отписался и мы появились.
В ответ сестрица попросила рассказать, как у нас прошло путешествие. Пришлось обдумывать каждую фразу, чтобы лишнего не сказать, но не сильно получилось с теми шестью детекторами лжи, что сидели в телеге, болтая ногами и активно грея уши. Уж они-то дополняли мой рассказ подробностями, ловя на неточностях. Так что описание нашего путешествия прошло достаточно подробно, сестра ахала, охала и качала в огорчении головой, переживая все, что нам досталось. Правил я так, чтобы проехать мимо нашего будущего, да что будущего, уже нашего дома. Хотел показать его старшей сестре, тем более крюк небольшой, фактически по пути.
Заходить не стали, поздоровались с близнецами, они снова у двора были, и покатили дальше. Нас в лагере ждали. Паром привел Таню в восторг, жаль, его из беседки не видно, тут у реки излучина была, поворот, так что наш огород и дом с парома также было не видно. Дальше понятно, уже через полчаса мы были в лагере. Столько восторгов, радости и слез было. Мы с Димкой отошли в сторону, эти эмоции чисто женское дело. Деда не было, узнав, что он на лугу, косит, мы с братом отправились туда. Таню от мамы и Киры, сверток с которым сунули ей в руки, было не оторвать. Деда мы действительно нашли у рощи, с другой ее стороны.
– Ничего себе, он тут что, все время косил, как мы уехали за Таней? – удивился я, обозревая размеры скошенной площади. Там чуть дальше уже было скошено и стояли снопы. Это кто-то из Москвы, кто недалеко жил, запасал сено на зиму. Туда мы не лезли, чужое.
Мы дошли до деда, тот нас уже приметил и срезанным пучком травы оттирал лезвие, поглядывая на нас.
– Привезли?
– Да, в лагере.
– Пойду, поздороваюсь, – кивнул тот.
– Дед, ты уже запасы на зиму заготавливаешь?
– Конечно, нужно уже сейчас озаботиться, и так уже опоздали. Я сеновал на нашей половине смотрел, хороший, сухой, много вместит. Правда, прошлые хозяева не корову держали, а коз, но все равно сеновал хороший.
– Ага, только ты имей в виду, что у нас останется один конь, остальных, скорее всего, вместе с повозкой реквизируют в армию. Себе оставим одну лошадь и телегу, она полегче. Если дадут, конечно, оставить, могут все забрать. И еще, насчет коз. В скотнике вашем будем именно коз держать, чуть позже купим, чтобы для малых молоко было.
 
– А продналог? С птицей мы уже договорились с хозяевами, кур и трех гусей они нам оставляют, только пса дворового и кошку забирают.
– Ты удивишься, дед, но в Москве продналога нет, он только в деревнях и селах. На территориях столицы такого нет. Я поэтому именно в Москве дом искал, а не в одной из ближайших деревень. То есть это одна из причин.
– Хм, хорошая новость. Ладно, я пойду, с Таней поздороваюсь.
– Давай.
Забрав у деда косу, я стал размеренно работать, и скошенная луговая трава аккуратными стопками ложилась на землю. Димка с дедом убежал, так что я работал спокойно один. Наверное, час без перерыва прошел, целая просека за мной осталась, а косить я умел, в прямом и переносном смысле, когда заметил, что из-за рощи выезжает мотоцикл, и рассмотрел в люльке Димку. Управлял мотоциклом милиционер, не знаю его, а вот за ним пассажиром сидел уже знакомый сержант из дежурной смены, вчера, помнится, познакомились, когда участковых искал, чтобы подсказку на дом дали. Фамилию тот не говорил, но лейтенант, к нему обращаясь, Валерой называл. Мотоцикл подкатил ко мне, когда я пучком травы лезвие вытирал, заодно попробовал его на остроту. Править надо, затупилось уже, а наждак дед в кармане унес. Кстати, как раз и он появился, пройдя рощу насквозь, с граблями в руках. Видимо планируя собрать траву, но не в снопы, не высохла ее, а в ряды.
– Сашка, это к тебе! – крикнул братишка, когда мотоцикл остановился.
– Да я уже понял. Что случилось, товарищ сержант?
– Помочь не передумал?
– Сам предлагал, – пожал я плечами.
– Вот и добре, дело есть, очень важное и срочное.
– В чем помощь нужна? Это для уточнения, что с собой брать нужно.
– Банда. Уйти смогла, запутав следы. По реке ушли, оцепили район, мы тоже участвовали, прочесали, как в воду канули. Выяснить надо, куда ушли.
– А, ну это до лагеря нужно прокатиться, кое-что взять требуется. Димка, вылазь, устроился.
– Я с вами до наших доеду, можно? – спросил тот.
– Можно, – улыбнулся я.
Дед уже подошел, так что, отдав ему косу, сообщив, что лезвие нужно поправить, заточить, устроился на крыле в коляске, чтобы Димку не придавить, и так мы доехали до лагеря. Там малышня окружила мотоцикл, чирикая о своем и задавая множество вопросов. Мы-то уже привычные, а вот оба милиционера оказались слегка дезориентированы, особенно когда шквал вопросов сыпется со всех сторон. Успокоив маму, мол, попросили помочь как следопыта, я забрал свою винтовку, повесил котомку, перекинув лямку через голову, ссыпал в карманы немного патронов и, подбежав к мотоциклу, забрался в люльку, ставя винтовку прикладом на дно между ног.
– Едем.
Водитель сразу же запустил мотор, и мы покатили, но не к городу, а по окраине в объезд, пересекли реку на паромной переправе и уже через полчаса были на месте. Километров на десять от города уехали. Военных тут хватало, при нас как раз грузилась в транспортные машины рота НКВД, но мы проехали мимо и остановились у «полуторки» и фаэтона, того, что с откидным верхом, Газ-А который. Около него как раз стояли сотрудники милиции в количестве двух десятков голов, уже знакомый младший лейтенант-дежурный и незнакомый капитан, как я понял, начальник райотдела. Покинув машину, я поздоровался за руку с обоими.
– Так это и есть следопыт? – капитан удивленно посмотрел на лейтенанта.
– Говорит, что знает, мы не проверяли. Сейчас и узнаем, сбрехал или нет.
– Увидите, – спокойно сказал я. – Где немцы проходили? Мне нужно их следы изучить, понять, что они собой представляют. И еще, они по реке от вас оторвались? А вот это не типично, бандиты так не поступают, в случае опасности врассыпную бросаются, а тут, как я понял, вместе шли.
– Приходилось встречаться с бандитами?
– И не раз, всегда битыми они оказывались, – ответил я, на что капитан задумался, переваривая сказанное мной.
Лейтенант указал, где те проходили, но остался на месте, чтобы еще больше следы не затоптать. Я пробежался, тут изрядно походили наши, следы характерные. Но все же разобрать след семерых человек, что спустились к кромке воды, разулись и ушли в реку, видимо двигаясь у берега и таким путем сбрасывая хвост, смог. Задумчиво поглядывая в сторону грузовиков с бойцами НКВД, они стояли на месте, вернулся к милиционерам. Те не уезжали, а у одной из машин стояла группа командиров, что за нами с интересом следила, я даже бы сказал, откровенно пристально наблюдала.