Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал

А мы тихим ходом, когда легла первая серия, пошли к мосту. Тут самолёты пошли на второй заход, или это была вторая волна, непонятно, и доделали дело. Впереди были видны яркие ослепляющие вспышки бомбовых разрывов. Феерично смотрелось, но и радостно на душе. Как я успел рассмотреть, часть бомб легла на берегу в районе батарей. Это хорошо, это я и просил. Может, это и странно звучит, но основана цель, которую я поставил, не на уничтожение моста, это для немцев пусть будет повод, а охраны. Чтобы её полуоглушённые остатки нас не видели. Пусть немцы думают, что советские лётчики промахнулись. Хм, а вот и мост, на берегу и на мосту никаких шевелений. Зенитки смолкли, похоже, подавлены. Первым шёл Лазарев, я за ним, Фадеев замыкал, отстав на полкилометра.
Его задача подобрать наших десантников, не забыв шлюпку. Терять матчасть, даже такую, я не собирался.
У Лазарева работа серьёзнее, не только проводить разведку по ходу дела, но и замерять глубины. В некоторых местах Дон глубже, чем само Азовское море, считающееся самым мелким морем в мире, но и у него встречаются отмели. Мы пока по Дону ходили, пару раз бывало, что садились. Потом, когда мы моего «Адмирала» потеряли, захватив трофеи, как-то удавалось избегать подобных неприятностей, ну кроме случая с баржей пару часов назад. Вот как на море будет, даже не знаю. Говорю же, мелко там. На борту буксира, как и на торпедном катере, были достаточно подробные карты с замерами глубин Азовского моря, с указанными метками маршрутов безопасных путей. Их мы будем избегать, мало ли ещё на немцев наткнёмся. Однако даже на таких глубинах, где не всегда пройдёшь, можно воевать. По словам радиста, что мне приносил шифровку, а он мониторил эфир, у немцев серьёзная паника. Жаль, он немецкого не знал, без подробностей, но по интонациям и эмоциям было понятно. Это он и сообщил. Знаток немецкого, кроме меня, в нашей группе был ещё один, но он на барже идёт. Зенитчик. Надо будет его к нам на борт забрать, в данной ситуации даже такой набор разведданных для нас очень ценен. Решено, а пока будем группироваться перед понтонным мостом, переведут его к нам, пусть совместно с радистом работает.
Мост мы прошли нормально, там на берегу что-то горело, кажется, техника, но было тихо. У берега полузатопленная баржа лежала, и ей досталось. Как я понял, на барже было оснащение и инструменты для ремонта моста. Прошли мы спокойно, а чуть позже нас и Фадеев догнал, подойдя к борту и доложив, что группу снял, потерь нет, все вернулись. Шлюпку он пока себе на борт поднял. Приняв такую информацию, я сосредоточился на управлении. Мимо Ростова-на-Дону мы прокрались, стараясь остаться незамеченным. Тем более повезло, луна была скрыта облаками, и было достаточно темно. Перед мостом, как и планировал, я перевёл переводчика на буксир, и тот теперь с радистом слушал эфир, если что было интересное, то делал записи. Сами мы ожидали налёта второй волны, дед находился в рубке, а я, спустившись вниз, в каюту, и включив ночник на рабочем столе в своей каюте, занялся расшифровкой.
Закончив, внимательно изучил её, прочитав ещё раз. Хорошо, вторую волну обещали, правда из четырёх самолётов, больше просто не было, основная сила на железнодорожный мост шла. То, что мы через Керченский пролив будем прорываться, на Большой земле, похоже, поняли. Более того, ещё и пару попутных заданий дали. Забрать группу численностью в восемь бойцов из-под Бердянска, сигналы для опознавания имелись, и в случае, если удастся выйти в Чёрное море и ускользнуть от внимательных глаз немцев, двигаться в Поти, там передать все трофеи подразделениям флота. Ну и разведку высадить. Вот в принципе и всё. Помощь не обещали, видимо предполагалось, что сами с усами, справимся. Я считал так же, поэтому был согласен.
Когда послышался гул авиационных моторов, меня вызвали на мостик, где я должен сменить деда. Правда я сначала подошёл к борту и в рупор окликнул катер Лазарева, там услышали и, подрабатывая двигателями, подошли ближе, практически вплотную, так что я уже мог говорить, не надрывая горла. Лейтенант был на ходовом мостике, спустившись, он подошёл к борту. Нас разделяло метра три, слышали мы друг друга хорошо, да и видели тоже. Луна, зараза, показалась.
 
– Большая земля выход в Азовское море с последующим прорывом на Чёрное одобрила. Только дала попутное задание, которое я решил передать вам. Значит, в районе Бердянска, в тридцати километрах восточнее города, на побережье наша разведгруппа. Восемь человек. Сигнал – дважды длинный световой фонариком, три быстрых и снова один длинный. Отзыв – два быстрых, длинный и быстрый, полминуты подождать и ещё два быстрых. Всё поняли?
– Понял.
– Как пройдём мост, полный ход к ним. Взять туристов на борт. Место встречи – район Обитоцкой косы, будем укрываться в островах с камышами, поросших деревьями. Мы должны успеть дойти до рассвета и замаскироваться, вы – тем более. Шлюпку у Фадеева заберите, пригодится.
– Хорошо. Не слишком ли близко к немцам, под носом почти на днёвку встанем?
– Они тоже нас близко искать не будут, на то и расчёт. Всё, готовимся, сейчас летуны работать будут.
Тут поработали настоящие умельцы и ювелиры бомбовых ударов. На подлёте вперёд вырвался один из самолётов и, спикировав, завалившись на одно крыло, точно накрыл бомбами мост, по которому даже сейчас шла потоком техника. Попадания три было, помимо нескольких водных столбов рядом, которые тоже поспособствовали затоплению некоторых понтонов. Да и разорванный в двух местах мост стал дрейфовать вниз по реке, а те части, что соединены с берегом, по течению слегка развернулись вниз по реке. Нам открылся шикарный путь к выходу, но мы пока стояли и издалека, прижавшись к берегу, на его фоне нас было не видно, наблюдали за тем, что будет происходить дальше.
Три оставшиеся «пешки» нанесли бомбово-штурмовой удар по обоим берегам, выбивая охрану и зенитные средства. Один берег накрыло сплошным ковром разрывов, но это ещё было не всё. Провели вторую серию сброса бомб. Видимо в первых заходах использовали не всё. Теперь и второй берег также покрылся разрывами авиабомб. Ну молодцы. Вот мы по-тихому и прошли мимо. На берегу что-то взрывалось и горело. Нас осветило, не без этого, но успели уйти. А вот когда проходили мимо трёх понтонов, там замерли два грузовика, и мы не удержались. Я довернул к продолжавшему дрейфовать куску из трёх понтонов, на которых застыли грузовики, и велел подготовиться десантной группе на барже. Десятка бойцов хватит, кроме водителей, там никого было. Да и они, видя наше приближение, просто попрыгали в воду и погребли к берегу. Первым подошедший Фадеев помог с захватом чужой собственности и, взяв его на буксир, стал тащить за нами. Расход топлива, конечно, серьёзно подскочил, но главное тянул. Наши десантники, которым так и не удалось поучаствовать в абордаже, стали расходиться.
Лазарева не было, как прошли мост, тот дал по газам и уже давно скрылся в темноте, и мы старались идти на максимальном ходу. Судя по карте, в одном месте было узкое русло, вот я и решил затопить там понтоны, чтобы создать проблемы с судоходством на реке. Пока шли туда, пара матросов Фадеева изучила трофеи. Грузовики близкими разрывами, конечно, помяло, но снять с них было можно много чего. В кузовах продовольствие, причём в обоих, консервы, крупы и остальное. Повезло с этим, редкая находка. Поэтому, когда мы дошли до места, начался аврал. Всё из кузовов на баржу, часть спустили в крохотный трюм буксира, грузовики чуть ли не разобрали, голые скелеты остались. У нас уже один такой стоит, это я про зубной автомобиль, вот, запасные детали и колёса теперь есть, даже двигатели наполовину разобрали. Понтоны топили подрывами, с помощью шашек, они так в связке под воду и ушли, поперёк фарватера. Я сам это не видел, сразу после погрузки мы направились дальше, всё же скорости несравнимы с катером. Потом Фадеев догнал и доложил. И вот оно, Азовское море, оба берега раздались в стороны, и я увидел бескрайние воды, серебрившиеся при свете луны. А вот это плохо, можно легко и нас рассмотреть.