Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал

Если раньше во время полёта старших в салоне не было, все пассажиры в принципе общались дружески, то после недолгих споров старшим стал генерал-майор Росляков, начальник артиллерии одной из армий, что обороняли побережье Чёрного моря со стороны Новороссийска. После того как появилась определенность с продовольствием и запасами в принципе, сразу стали решать, куда идти. Я за это время сообщил, честно, что имею, слушал всё это краем уха, задумчиво рассматривая небо. Оно очистилось, было видно звёзды, и туманная дымка вдали. Да я понимаю, что ночью эту дымку не рассмотреть, но всё же она была видна. Да и не так темно было благодаря искрившемуся снегу вокруг, с некоторым трудом черты лица рассмотреть можно, силуэты вдали, так что серая мгла вокруг имелась, но полноценной ночью не назовёшь. Как в принципе и бывает зимой, когда есть подсветка из звёзд, как сегодня. И боюсь, это будет длиться недолго.
– Уходить надо, – негромко сказал я, но меня услышали.
– Что ты сказал? – резко обернувшись в мою сторону, спросил Росляков.
– Уходить надо. Буря идёт. Утром начнётся, когда рассветёт, сильный снегопад, ветер. В общем, ничего хорошего. Лучше бы нам к этому моменту найти подходящее убежище. Было бы больше снега в лесу, я бы предложил отстроить снежные дома, нарезав кирпичи из плотного снега, в них шансов выжить больше, но снега мало, даже по колено редкость. Под Москвой снега куда больше выпало за последние дни, в некоторых местах и по пояс нанесло.
– Сколько у нас времени и как долго будет длиться буря?
– Точно не скажу. Тут в этом у меня отец специалист. По цветным оттенкам неба точно бы сказал, когда и сколько, никогда не ошибается. А я тут не большой специалист, можно сказать, откровенно слаб. Могу только сказать, что стоит поторопиться и уходить немедленно. Лес большой, заимки и охотничьи домики в нём должны быть. Может, отыщем такой, устроимся. Да ещё к буре нужно подготовиться. Мне помощники нужны. Один или два, лучше из тех, кто знает, что такое охота, особенно ночная.
– Ты поохотиться решил? – изумился генерал.
– А что, если буря не один день будет длиться? На голодном пайке сидеть? Ночью тоже можно охотиться, если знать как. Думаю, нашей группе следует идти впереди, а вы, чуть отстав, за нами. Если мы найдём убежище, проведём вас более коротким путём, чтобы вы не плутали, всё же с вами раненые.
Надо отдать должное, собрались быстро, но с проблемой. Капитан, который, как оказалось, был из органов, из НКВД, просто переодет под пехотного капитана, чуть ли не истерику устроил, сообщая, что уничтожать груз не даст, мы все должны его спасти в обязательном порядке. Даже автоматом пытался угрожать. Но автомат у него быстро изъяли. Тот, похоже, восточными единоборствами владел, шипел, ловко ногами работал. В общем, тонко намекал, что добром уничтожать груз, за который отвечал, не даст. Среди тыловиков, а большая часть пассажиров были тыловики, всё же трое являлись фронтовиками, два комбата и начальник разведки одной из дивизий. Как ни странно, но летели они в Москву на награждение. При их участии две немецкие дивизии были окружены и почти полностью уничтожены, единицы вырвались из мешка окружения. Вот и решили отличившихся представить к наградам, ситуация требовала. Этих трёх к Героям, остальных будут награждать на месте. В основном они того «капитана» и брали, так сказать. Поднимались каждый раз, и снова на него, другие больше наблюдали со стороны, пытаясь их успокоить.
Пока эти детские игры шли, Росляков, лично пообщавшись с командирами, выдал мне двух помощников, один был капитан-лейтенантом из разведотдела Черноморского флота, именно он сопровождал адмирала, в прошлом тот изрядно походил на охоту, его отец до сих пор держит охотничьих собак. Не профессионал, для которого охота средство выживания или работа, как у меня или у отца, но твёрдый середнячок. Второй тоже когда-то охотился, да все командиры на охоте бывали, обычная забава, однако, когда их егерь ведёт да указывает, куда стрелять, реальной охотой это не назовёшь, но второй действительно охотился с серьёзными специалистами по этому делу. Обоих мне дали в помощники, больше для того, чтобы под рукой были. Прежде чем уйти, а свара за груз закончилась, потому что Росляков решил, что мы его будем спасать и все грузились этими мешками, я узнал, есть ли у кого фонарики. У меня он был, да батарейка села. Нашли три, причем у двоих живые батарейки. Один в группе оставили, в лесу может пригодиться, второй выдали нам. Вот мы и двинулись. Шли фактически налегке.
 
Всё это время мы топтались на льду, просто отойдя от самолёта подальше, вернее, от полыньи, где он раньше находился. А сейчас направились к деревьям и кустам на берегу озера. Псов я отправил чуть вперёд, те поняли, что мы на охоте, я их командами на это дело науськал, тщательно нюхали воздух, расходясь. Мы же, слегка скрипя снегом, шли за ними. Снега было не так и много, по щиколотку, можно сказать, лёд озера был чист, сдуло с него всё, в лесу будет чуть тяжелей, тропу придётся пробивать. Почаще надо менять тех, кто будет идти впереди. Надеюсь, что всё же я прав, и снега пока не так и много, по колено, вряд ли больше. Пока мы шли, я напутствовал своих напарников:
– Ваша задача такова: один будет подсвечивать фонариком кустарник, там зайцы по ночам прутьями ивы лакомятся, и деревья, куда я укажу.
– Отсветы глаз? – тут же откликнулся капитан-лейтенант. – Ночная охота на зайцев. Приходилось бывать.
– Именно. По ним и буду бить. Второй нужен скорее для переноски добычи. Надеюсь всем всё ясно? Вот и отлично.
То, что оба командира, один капитан по-простому, а второй вообще майор из оперативного отдела штаба фронта, меня не сильно волновало, если хотим выжить, стоит действовать сообща, иначе всё, шансов не будет. Да и поторопиться следует. У меня через три дня каникулы заканчиваются, нужно вернуться обратно. Уроки пропускать я не хотел. Вот так шагая, на ходу доставая из чехла винтовку и заряжая её, чехол я на вещмешке закрепил, продолжил инструктаж:
– В лесу будьте внимательны. Особо внимание на ветви деревьев. Вокруг заимок или охотничьих домиков обычно они срублены или спилены. Топят хворостом или сухостоем. Если заметите такие следы, сразу дайте знать, значит, поблизости есть укрытие. Если родник где найдёте, тоже сообщите.
Вот так раздав указания, я и шёл вперёд. Когда мы дошли до кустов, а ветерок был на нас, собаки пока вели себя как обычно, добычи тут не было, поэтому мы шли в ста метрах от берега по льду. Нам нужна добыча, и лучше, чтобы ночная охота удалась. Когда оба пса заворчали, явно кого-то унюхав, я указал рукой капитану куда светить, ну и тот посветил, винтовка уже была готова, два запасных патрона для быстрого перезаряжания были у меня зажаты в зубах капсюлями наружу. Как только столбик света потянулся к кустам, я сразу же выстрелил на отсвет глаз и быстро перезарядил. Но стрелять больше не стал.
– Всё, второй заяц ушёл.
Псы после выстрела сорвались с места и убежали к опушке, а я, сняв вещмешок, стал готовиться. Майор стал рубить во льду лунку – нужна будет вода. Делал это моим большим ножом, а я приготовил второй для разделки. То, что попал, я нисколько не сомневался, несмотря на скепсис обоих моих напарников. Когда Волк приволок солидную заячью тушку, скепсис пропал, а я стал ловко разделывать добычу. Заверну потом всё в свои запасные портянки, байковые, тёплые. У меня такие же были в валенках. Кстати, вода на одежде уже давно замерзла, и я успел ножом её сгрести, да и с валенок тоже счистил.
Работал я быстро, ведь все пассажиры были легко одеты и быстро замёрзнут. Даже напарники мои часто менялись, пока рубили лёд, чтобы согреться. Когда я закончил, то майор остался, он омывал тушку, замораживая её, потом в одну из портянок завернул, я убрал остальное в другую. Это голову и лапы. Шкуру и внутренности бросил.
– Зачем тебе это? – спросил моряк, когда мы отправились дальше, майор нас чуть позже догонит, у него не менее ответственная работа, тушку должен покрывать толстый слой льда, чтобы та дольше сохранилась.