Река духов

— Там пожар, — возвестил Стемпер, когда струйки дыма принялись стелиться у его ног и обвились вокруг еще шестерых человек. Линия деревьев пылала где-то в полумиле впереди, и сухой ветер раздувал огонь, направляя его в сторону охотников. С этого расстояния можно было отчетливо наблюдать, как хищное пламя прожорливо перескакивает с дерева на дерево. — Всему виной удар молнии: ночью или ранним утром, — заключил он. — Время засушливое, поэтому огонь распространится быстро.
Дым уплотнялся, начиная жалить глаза и легкие. Боуи закашлялся и с трудом проговорил:
— След уходит в ту сторону. Что будем делать, Стемпер?
— Меня не привлекает идея оставаться тут и ждать, пока пожар до нас доберется. Это чертово пламя быстро скачет, и скоро окружит нас. Шкуры тоже должны были повернуть и пойти в другом направлении, — он посмотрел на Ройса через плечо Магнуса. — Что скажете, Грифф?
— Скажу, что мы пойдем по следу. Если он повернет, мы сделаем то же.
— Тогда поспешим, — посоветовал Фоксворт. — Мы слишком много прошли, чтобы теперь отпустить их.
— Огонь слишком быстро распространяется в том направлении. Возможно, след уже уничтожен, и нам их не найти.
— Мы точно не найдем их, стоя здесь, — буркнул Ройс, поднимая глаза на темно-серое небо. — Может быть, скоро, наконец, пойдет дождь и потушит огонь. Давайте, вперед, — сказал он нетерпеливо. — Надо двигаться.
— Мне не нравится этот пожар, — возразил Бэрроуз, обведя своим единственным зрячим глазом остальных. — Ветер поднимается. Не думаю, что нам стоит…
Его прервал звук детского плача с правой стороны. В ту же секунду всё имеющееся огнестрельное оружие было направлено в сторону чащи, однако ничего живого или движущегося там видно не было. Плач доносился оттуда примерно пять или шесть секунд, и в конце больше напоминал отчаянное рыдание.
Повисло молчание, нарушаемое лишь отдаленным треском древесины в прожорливом пламени. Все охотники замерли на месте. Затем Магнус услышал, как что-то пробирается сквозь заросли… что-то большое и тяжелое.
— Слушайте! — шикнул он и почувствовал, как собственный голос дрожит. — Слушайте!
Что бы это ни было, оно ломало ветви громко, явно не боялось быть обнаруженным и быстро приближалось. Ройс отступил и оказался позади Ганна, поднял мушкет и стал наизготовку. Фосксворт также попятился до тех пор, пока не уткнулся спиной в дерево. Единственный глаз Бэрроуза расширился от страха. Стемпер и Боуи оба остались на месте, пока сухой ветер продолжал стелить по их ногам дым, направляя его к Реке Духов.
Магнус держал палец на спусковом крючке ржавого пистолета, надеясь лишь на то, что эта рухлядь не взорвется в его руках… однако он верил, что потребуется нечто посерьезнее этого никчемного оружия, чтобы остановить существо, пробирающееся через чащу.
Из темноты затянутого дымом леса вырвался свет огня, но чудовище было не одно — их было трое.
Магнус выстрелил. То же сделали Ганн, Бэрроуз и Стемпер — практически одновременно. Боуи был вооружен лишь рапирой, издал воинственный крик и полоснул по первому существу, которое вырвалось из чащи… по огромному оленю с массивными рогами в сопровождении двух самок. В облаках голубоватого дыма самец проскакал мимо охотников.
Около пары секунд спустя выстрелил мушкет Ройса.
Лоб Джоэля Ганна взорвался, когда пуля, прошедшая через его голову вылетела наружу…
— Святые угодники! — воскликнул Стемпер.
Колени Ганна подогнулись, кровь потекла по обломкам лица, факел вывалился из левой руки, и тело рухнуло вперед в застеленную дымом траву, дернулось несколько раз и замерло.
— Господи! — снова закричал Стемпер, побледнев, как известь. — Вы с ума сошли?! Вы убили его!
— У меня была осечка! — крикнул Ройс в ответ. — Я целился в эту тварь… спустил курок, но выстрела не было! Ганн встал прямо на пути, когда пуля вылетела сама! Порох вспыхнул позже, я ни при чем! Вы же все это видели, разве нет? — он оглядел всех одичавшими глазами, грудь его раздулась, говоря всем своим видом, чтобы никто даже не смел возражать, а Магнус Малдун в этот момент понял, что все действительно могло случиться так, как говорит Ройс… хотя для Гриффина то была идеальная возможность воспользоваться моментом и убрать опасного человека, который слишком много знал…
  
Стемпер стал было возражать снова, однако вспомнил, что и сам убивал своих товарищей на этой охоте, поэтому вряд ли имел право возмущаться.
— Черт! — сплюнул он, снял свою шляпу и вытер со лба пот грязным рукавом. — Ройс… я не знаю… Фитци мертв, и этот проклятый пожар приближается… а теперь это… я не знаю.
Ройс уже перезаряжал свой все еще дымящийся мушкет, засыпав необходимое количество пороха, и теперь использовал шомпол, чтобы загнать внутрь пулю.
— Кому-то нужно взять мушкет Джоэля, — только и сказал он. — Боуи, теперь он твой.
Боуи наклонился и поднял оружие, затем прихватил сумку Ганна с боеприпасами, перекинутую через плечо убитого. Это отняло минуту, пока угрюмый Фоксворт вышел вперед, чтобы подобрать факел, пока тот не поджог сухую траву. Он потоптал по начавшему разгораться миниатюрному языку пламени, а тем временем большой пожар приближался к группе. Дым уже становился густым и непроглядным, и вскоре можно будет ощутить жар вездесущего пламени.
Из леса, откуда только что выскочили олени, вдруг вновь донесся плачущий звук — на этот раз ближе. Он снова звучал всего несколько секунд, перешел в надрывное жуткое рыдание и оборвался.
Магнус не верил ни в проклятия, ни в духов — мстительных или каких-то еще — но даже он почувствовал, как по телу пробежала волна дрожи. Он перезарядил пистолет, который, вопреки ожиданиям, вел себя превосходно. Остальные тоже начали поспешно перезаряжать оружие.
Стемпер водрузил шляпу обратно, лицо его блестело от пота, когда он поднял факел и всмотрелся в заросли, из которых мгновение назад доносился плач. Его мушкет был нацелен и готов, но, похоже о его нервах нельзя было сказать того же — второй плач подломил его уверенность.
— Ройс… с меня довольно. Оно того не стоит, — он уже пятился назад. — Эти шкуры не стоят того, чтобы здесь сдохнуть.
— Он прав! — поддержал Бэрроуз, и его белый глаз сверкнул. — Я тоже умываю руки. И возвращаюсь к реке.
— Погодите! — возразил Ройс, но даже его голос прозвучал ослабевшим: ему тоже не хватило сил сохранить невозмутимость на лице.
От дыма слезились глаза и начинался кашель.
— Мы не можем идти дальше! — сказал Стемпер. — Я — дальше не пойду. Ройс, оставьте это. Скорее всего, шкуры уже мертвы. Если нет… то скоро умрут. Если кто хочет пойти со мной, вперед! Найдем Корбетта и уберемся отсюда, пока не стемнело и пока пожар сюда не добрался, — он повернулся и начал свое движение на юго-запад, в сторону реки. Бэрроуз последовал за ним, затем Боуи, Магнус и Фоксворт.
— Стемпер! — прозвучал крик.
Магнус повернулся, как и остальные, и увидел, что мушкет Ройса был нацелен в живот Стемпера.
— Мы не можем сдаться! — лицо Ройса побагровело и, казалось, разбухло от крови. Сейчас в пляшущих струях дыма он напоминал разъяренного зеленоглазого дьявола, явившегося прямиком из Ада. — Мы не можем допустить, чтобы эти шкуры просто сбежали! Нет уж! Они обязаны заплатить за то, что сделали! Особенно Абрам! Заколоть девочку ножом, как какую-то чертову собаку, а она была чудесной юной леди, которая бы и мухи не обидела! Этот кобель кружил вокруг нее, как одержимый, пожирал ее своими черными глазами, поджидал ее! Можно было буквально унюхать, как он желал ее! — его рот искривился, лицо исказилось под влиянием бушующей ненависти. — Они твердили, что она учила его читать! Читать!!! О, уж явно не этим они занимались в том амбаре каждую ночь! Нет, эта невинная девочка была слишком невинна и слишком притягательна! Я присматривал за ней и видел, что один ее вид раздразнивает это животное! Чтение, говорите? Эти звери могут хотеть от женщины только одного! Одного! Мой папаша был таким же! И заплатил за это перерезанной глоткой!.. — он вдруг моргнул, понимая, что явно сказал лишнего, дав давней душевной ране открыться вновь. — Я хочу сказать… — он замялся, подбирая слова. С огромным усилием ему удалось заговорить. — Хочу сказать, что… вы должны быть сильными перед их лицом. Держать их в страхе, наказывать. Если не станете, они восстанут… сожгут ваш дом… и все будет потеряно. — Он медленно переводил взгляд с одного мужчины на другого. — Неужели вы этого не понимаете?