Река духов

Как бы то ни было, сейчас Магнуса интересовала только поставленная задача.
Итак, бородатая гора и молодой решатель проблем в смятой и криво надвинутой треуголке направили лошадей на дорогу и отправились в Грин Си. Копыта поднимали в воздух облака пыли. Колокол вдруг замолчал, но ощущение какого-то хаоса — или опасности — осталось. Вскоре Мэтью увидел впереди много огней, мелькающих между ивами, и, когда они с Магнусом сделали необходимый крюк, чтобы добраться до места, встретили на своем пути около тридцати человек, размахивающих факелами и фонарями. Некоторые мужчины прибыли сюда пешком, некоторые верхом, но все явились на зов в явной спешке, подняв с примятой травы целую армию ночных светляков, напоминающих мистические блуждающие огоньки.
Дом на плантации, вымощенный из красного кирпича, состоял из двух этажей, а парадный вход украшали четыре белые колонны. В большинстве окон горел свет, и толпа, слоняющаяся возле дома, то и дело беспокойно поглядывала в эти окна, будто нетерпеливо ожидая, что кто-то вот-вот появится.
Магнус придержал свою лошадь и спешился, едва заметно качнувшись, но удержавшись на твердых ногах. Мэтью тоже удалось сохранить равновесие, хотя и не без труда, и в движениях его сейчас было куда меньше грации: при спуске с седла колени его предательски подкосились, и молодой человек едва не рухнул наземь. Он уже готов был задать вопрос, однако Магнус опередил его, положив руку на плечо проходящего мимо человека:
— Что за шум? — спросил он.
— Сара Кинкэннон, — ответил мужчина, держа над головой факел, изредка выстреливающий немногочисленными искорками. — Убита.
  
Глава седьмая
 
До того, как Мэтью или Магнус смогли произнести хоть слово, парадная дверь дома открылась, и на крыльце появился коренастый смотритель Гриффин Ройс, который воинственно поднял фонарь и внушительно прокричал толпе:
— Молчать и слушать! Я говорю от имени мистера Кинкэннона, который сейчас не в том состоянии, чтобы говорить за себя! — он оглядел толпу в ожидании молчания и продолжил, лишь когда все окончательно смолкли. — Как вы уже знаете, — продолжил он. — Произошла страшная трагедия! Мисс Сара сегодня была убита. Жестоко зарезана мерзким рабом Абрамом. Около сорока минут тому назад Абрам, его отец Марс и его брат Тоби украли лодку. В последний раз их видел Джоэль Ганн плывущими вверх по течению. Я предлагаю десять фунтов тому, кто доставит сюда Абрама, Марса и Тоби… живыми или мертвыми. Если отец и брат решили покрывать убийцу, им придется заплатить за это сполна. Я присоединюсь к охоте сразу, как только смогу. Не знаю, как высоко по течению Солстис они сумели подняться и что планируют делать дальше, но я — вместе с мистером и миссис Кинкэннон — хотим, чтобы эти черные шкуры заплатили за свое преступление жизнью, если не согласятся сдаться добровольно! Есть вопросы?
— Грифф? — окликнул его хриплый бородатый человек. — Те десять фунтов — это за все три шкуры, или по десять за каждую?
— Пусть будет за каждого! За каждый набор ушей, голов, носов, скальпов — мне неважно, в каком они будут состоянии, главное, чтобы они были тут!
— Они вооружены? — спросил еще кто-то из толпы.
— Не знаю, — покачал головой Ройс. — Возможно, у них есть ножи.
— Ножи не смогут остановить мушкетные пули! — воскликнул голос рядом с Мэтью и Магнусом. — Я застрелю гадов из своей Бетси!
Это вызвало взрыв нервного и нетерпеливого смеха, и Мэтью решил, что многие в этой толпе будут не прочь поохотиться на рабов, особенно когда предлагается цена в десять фунтов за штуку. Складывалось такое впечатление, что у большинства мужчин уже руки чешутся приступить к столь… гм… веселой и легкой работе.
— Грифф! — окликнул приземистый рыжеволосый человек, стоящий всего в нескольких футах от Магнуса. У него был крючковатый нос и высокий лоб, помеченный глубоким шрамом, проходящим через левый глаз. — Говоришь, они отправились вверх по течению? Их видел Джоэль Ганн? — он дождался, пока смотритель кивнет. — Тогда к Дьяволу их! — бросил он и выразительно сплюнул на землю. — Пусть там и гниют! Я слышал истории о тех местах и, готов поспорить, каждый из присутствующих тоже слышал их. И я не намерен бросать жену и своих мальчишек и отправляться в этот проклятый край, сколько бы Кинкэннон ни предлагал!
  
По толпе пробежала небольшая буря вскриков, возгласов и свиста, хотя, надо признать, большинство добровольцев, прибывших сюда, сохранили угрюмое молчание.
— Что, струсил, Джеб? — спросил чей-то едкий голос. — Или уже сразу штаны обмочил?
— Струсил, говоришь? — кисло отозвался Джеб, и из ножен на его боку выскочила заточенная рапира, которая, судя по ее угрожающему виду, могла проколоть насквозь троих Магнусов Малдунов. Джеб держал оружие так, что в искусственном освещении факелов и фонарей на лезвии плясали дьявольски злые блики. — У меня есть, чем сражаться, и поверь, я знаю, как этим пользоваться, Мак-Гроу! Но я хочу сказать… что рапир и мушкетов может оказаться недостаточно, чтобы победить обитателей этого Богом забытого места! Почему бы нам просто не позволить этим черным шкурам уйти? Они ведь идут в никуда и, скорее всего, сами издохнут еще до первых лучей солнца в этом Дьявольском краю!
— А я за то, чтобы заработать тридцать фунтов! — выкрикнул другой житель Джубили с дикой каштановой бородой и в красном платке, повязанном вокруг лысой головы. Он поднял свое оружие — небольшой кремниевый пистолет. — Заккари ДеВей не боится! Я пущу пулю в любого демона или духа и сделаю это, смеясь!
Этому бахвальству вторил одобрительный хор высказываний, и вверх взметнулось множество вооруженных воинственных рук. Мэтью до сих пор чувствовал себя прескверно, перед глазами у него все расплывалось, но он сумел сфокусироваться на проскользнувшей мысли о том, что на этом маленьком клочке земли, пожалуй, собралось достаточно оружия, чтобы развязать небольшую войну. Возможно, все эти люди пришли сюда, заранее полагая, что будут проблемы с рабами, или со «шкурами», как они изволили выразиться.
— Послушайте! — закричал Ройс. — Эти истории, которых некоторые из вас опасаются, это… просто сказки, придуманные рабами, индейцами и полными дураками! — он указал на север. — Вы знаете, почему убийца мисс Сары и двое его сообщников двинулись вверх по течению, а не вниз? Потому что они уверены, что эти россказни удержат нас здесь, что мы побоимся идти туда и отпустим их на свободу! Я же… я хочу заявить сейчас, что присоединюсь к охоте даже не ради возможности заработать тридцать фунтов, но ради того, чтобы свершилось правосудие! Я сказал вам, чего хочет мистер Кинкэннон, и хочет он этого как можно быстрее. Так что любой человек, который сослужит мистеру Кинкэннону хорошую службу и поможет отомстить за смерть его любимой дочери, может получить мушкет, рапиру, саблю, нож или все, что нужно, взять лодку и начать охоту. Вот все, что я хотел сказать. Либо помогите нам найти убийцу, либо отправляйтесь домой спать, но лично я ожидаю, что хотя бы десять или двадцать человек из вас сейчас вспомнят, что мистер Кинкэннон фактически построил Джубили, и все вы обязаны ему! Решайте сами, готовы ли вы платить свои долги, или подожмете хвосты, испугавшись историй о призраках? Я все сказал, — с последними словами он демонстративно развернулся и направился обратно в дом.
Сборище народу начало понемногу рассыпа̀ться, распадаться на более мелкие группы, в которых люди усиленно о чем-то переговаривались между собой. Некоторые закурили трубки, продолжая размышлять. Немногие мужчины уже явно готовы были отправиться; без каких-либо дальнейших рассуждений они взобрались на своих лошадей и стремительно поскакали в Джубили к рыбацким лодкам и каноэ.
Голос Магнуса был напряженным, когда он обратился к Мэтью.
— Давай, — сказал он и подался в сторону дома. Он поднялся по ступенькам на крыльцо и постучал тяжелым кулаком в дверь. Мэтью почти безвольно поплелся за ним.
Дверь открыла молодая темнокожая служанка в платье и чепце.