Восточный квест
— Но сейчас поляки успешно противостоят России?
— Сказывается слияние с Литовским княжеством. Литвины — те же русские, поэтому всегда эффективно сражались с московитами, они барьер между Краковом и Москвой. Как только князья ослабеют, а петровская Русь окрепнет, Польшу спасет разве что наше вмешательство.
— Будем вмешиваться? По французскому сценарию? Или согласимся с пораженческим вариантом Малиновского? — спросил Родригес.
— Лучше вырастить второго Вильгельма Оранского, — высказался Ли. — Славяне еще слишком дикие, их придется ломать через колено. Татарам не удалось за триста лет, они сами обрусели и остались на их землях как царские подданные. Я могу прикинуть программу привлечения Петра на нашу сторону. Он согнет в бараний рог и русских, и поляков. Важно, чтобы после действий московского лесоруба осталось больше бревен, чем щепок. Поддерживаю Тадеуша.
— Роберт прав, — прокомментировал Голдберг. — Российский вопрос решается попутно. Петр, кстати, еще не родился. Мы не должны забывать об основном. Важно не только разведать, какие силы стоят за обладателями винтовок и швейных машин. Перед нами стоит проблема, которую необходимо решить в корне и быстро. Если они, находясь здесь гораздо дольше нас, не развили экспансию, значит, выполняют локальную задачу. Еще пятнадцать лет назад Китай был известен как совершенно отсталое государство, и нет сомнения, что в Поднебесной поработали пришельцы. Кто это, агенты галактов? Или свальды прилетели сюда на четыреста лет раньше, чем на Земле-2. Для постройки научно-исследовательской инфраструктуры нам нужна вся планета. Если с иномирянами не удастся договориться о подчинении нам, сотрудничестве или хотя бы о разграничении сфер влияния, скоро здесь станет слишком тесно для двоих. Как там наш карающий ангел, захватил Мадрид?
— Уже скоро. Я представляю, с каким восторгом он отнесется к предложению о верховой прогулке на пятнадцать тысяч километров, — заметил Родригес, и все понимающе кивнули головой. Нелюбовь Олега к лошадям оставалась неизменным поводом для шуток.
— Подводим итог. Не теряя времени, в Москву и далее к Иртышу стартует посольство во главе с Сартаковым, ему в помощь пара десантников, няньки для Петра, святой отец церкви Единого и сотня драгун для солидности. Срок — за год дойти до Иртыша, пересечь север Китая, выйти к Янцзы и спуститься к Шанхаю. Или повернуть на юг к Гуанчжоу. Там встретить конвой во главе с «Клинтоном», — заключил Голдберг.
— Бен, а мы сможем вооружить их лучше? Портал-то работает.
— Тадеуш, огорчи присутствующих, кто еще не в курсе.
— Наверху произошли неприятные политические сдвиги, сменилось руководство. Когда год назад оборвалась связь, Совет обвинил Заречного в халатности и сместил, теперь снова руководит Штрудель, о котором вы слышали. Заречный допустил огромный перелимит расхода энергии, стараясь как Санта-Клаус. Штруделю разрешили перебросить нам до зимы не более десяти килограммов. Он вернул нам список заявок, мы сами должны определить, что для Миссии имеет наибольший приоритет.
— Они с ума посходили! Что, бороться с галактами уже не нужно?
— Все гораздо проще и печальнее, — заметил Джонс, искушенный в науке большой политики. — Передышка в тридцать лет — ничего не стоящее и ничем не подтвержденное обещание инопланетного существа. Мы не знаем его мотивов и логики поступков, как и истинных возможностей. Ни малейшей гарантии, что черные не свалятся нам на голову или в мир Земли-1 уже в следующую минуту. Но политика — искусство обещаний, маскировки неудач и преувеличения успехов. Паники не допустили, однако люди жили в постоянном напряжении от концентрации ресурсов на войну и сообщений о потерях в космосе. Теперь каждый из членов Совета может доложить избирателям, что в войне мы наконец достигли решающих успехов. Можно снизить налоги, повысить уровень жизни. В этом, бесспорно, значительная заслуга члена Совета, баллотирующегося на второй срок. Иной раз кажется, черные, изучив человечество, устроили через Олега грандиозную мистификацию, хотят захватить землян тепленькими и расслабленными. Но это — предположения. В действительности и Тибетский комплекс, и космические верфи получат намного меньше средств. Исходим из лимита и подсчитываем, что можем заказать на десять килограммов.
— Картриджи в аптечки, — сразу же отреагировал Исынбаев.
— Горошины связи, — заявил Родригес.
— Ультразвуковой сканер качества сварки, без него «Клинтон» имеет шанс развалиться у мыса Доброй Надежды, — напомнил Раджа.
— Аккумуляторы к платформе и бластерам, — вставил Петренко.
— А также хотя бы килограмм бриллиантов, у меня кончаются средства оплачивать все наши затеи, — подвел итог банкир. — По лекарствам — отберите только сверхнеобходимое. Максимум два килограмма. Связь — понятно. На полкило можем получить четыреста переговорников, пока хватит. Про сканер знаю. К сожалению, его срочно изготавливают, на Земле уже давно не используют сварку. Аккумуляторы тяжелые, пока приходится обходиться тем, что есть. Итого три с половиной килограмма, примерно во столько же обойдется сканер. Останется три, это пока неприкосновенный запас. За Олегом пошлем платформу. Готовим делегацию в Россию, и в путь.
11. ЗЕМЛЯ-2. 11.03.1670. МАДРИД. ОЛЕГ
Позади покоренный Арагон, французские оккупационные комендатуры в важнейших укрепленных городах. В Париже меня ждала новая рука и, увы, не ждала Констанция. Мартовская грязь сохла под южным солнцем. Драгунские батальоны втянулись в пригороды столицы.
Вот и Гвадалахарские ворота в стене старого города, через которые прошлым летом драпал Родригес. Что ж, Диего, твои прошлогодние недоработки приходится устранять кровью. У ворот гарцевал авангард. До крепостной стены никакого сопротивления, но ворота закрыты. Над зубцами поблескивали каски.
Слава явно бежала впереди нас. Не видно мушкетных дул и пушечных стволов. Испанцы заперлись за створками ворот, надежных как дверь деревянного нужника, и сказали себе: «мы в домике». Ясно, можно не баловать ребят коктейлем из слабительного и снотворного. Команда отвернуться, экономным выстрелом снес ворота. Наученные, за дверками ни души, остатки полотна грохнулись на булыжники мостовой. Со стены — ни стрельбы, ни суеты, затаились вконец.
Громыхнул в воздух через усилители: «Старший, ко мне-е!» Ясно, что пустые ворота и отсутствие стражи — это приглашение, но хочу вербально услышать «добро пожаловать». Минут пять испанцы переругиваются, кого принести в жертву как старшего. Надоело. Но у меня есть в запасе приемчик, как надавить на гарнизон, не расходуя заряды бластера. Мне притащили командира полка из Сарагосы, на глазах которого развалили часть стены и ворота. Приказал ему привести заведующего стеной, а то расплавлю ее на хрен вместе с солдатами. Трех минут не прошло, тащит мне местного управляющего. Он немолодой, с тонкими усиками и такой же бородкой а-ля мышиный хвостик, благородный, видать. Страшно сеньору, но он мужественно проблеял, что его величество и новый регент ждут меня в королевском дворце с нетерпением. Ни фига себе гостеприимство, запертые ворота и ноль встречающих.
Я подумал, стоит гаркнуть еще раз «старшего ко мне-е» чтобы регент скакал сюда, сверкая копытами. Но пока солдатня добежит до домика Габсбургов, он шлепанцы парадные наденет да сюда добежит, буду здесь торчать как идиот?
Величественно махнул лапой в броне и вошел в проем ворот, драгуны тронулись следом. Дон из гарнизона что-то там залопотал на тему оставить войско за воротами. За грудки его приподнял, объяснил: си, сеньор, только память у меня плохая, везде таскаю тыщу секретарей. Испанец булькнул и согласился.
Резиденция Габсбургов солидная, но проигрывает королевскому дворцу. Зря Диего его спалил. Пока дошли, спросил Тиита про фигню с регентом. Он ответил, что маркер вдовушки двигается на запад, а короленыш остался.
До резиденции дошел пешком. Моя кобыла и так меня не любит, а добавить центнер бронескафа с бластером — она сломается, как карандаш, и точно меня не простит. Тиит тоже шлепал ногами. Драгуны все в седле. Стрелять неудобно, зато на конях люди смотрятся выше и значительнее.