Спаси меня, Соколова! (СИ)
— Я готова, Кирилл Борисович! — Он так на меня посмотрел, что предательский румянец вспыхнул на щеках. И господин Кайя это заметил, поднял руку и погладил свою небольшую бороду, не спуская с меня колдовского взгляда. Твою мать! Ну и дура же ты Дашка, твои слова прозвучали очень двусмысленно. Но, никто из них не стал больше заострять внимание на мне. Они приступили к обсуждению контракта. Участвовать в переговорах я теперь не могла, в связи со своим «понижением», надеюсь, не настоящим, оставалось только внимательно слушать. Мужчины искусно жонглировали словами, стараясь получить максимум выгоды. Я иногда постукивала пальчиком по столу (наш условный сигнал) когда меня не устраивали цифры, и Кирилл тонко ловил этот звук, и тут же говорил, что нам это не подходит. Переговоры затянулись на четыре часа, и мне уже хотелось поесть. А последние полчаса, они говорили точно не о сделке, они делили меня! Почему я в этом уверена, потому что они перешли с английского на турецкий, разговор был очень эмоциональным. И эти взгляды, которые мужчины поочерёдно кидали на меня. Но, я ответственный работник и с самого начала включила диктофон. Ну а что? С волками жить… В номере скормлю нейросети, пусть переведёт.
— Хорошо, господин Богданов! Встреча была плодотворной, мне нужно всё обсудить со своими юристами. Попросите свою помощницу скинуть мне договор с теми правками, которые мы обсудили. И завтра жду вас у себя на вечере. — Этот султан, недоделанный, резко поднялся, в очередной раз посмотрев на меня, — разумеется, в сопровождении вашей спутницы! — И покинул конференц-зал.
— Ну, Соколова! — Босс гневно сверкал глазами. — Если бы ты не была таким ценным сотрудником, точно отдал бы тебя в обмен на контракт! — У меня внутри всё закипело от негодования. Вот козёл!
— Кирилл Борисович! Вы уже переходите все возможные границы. Я вам не рабыня, а нанятый сотрудник. Какое вы имеете право меня кому-то отдавать?
— Знаешь, сколько девочек отдали наши бизнесмены в обмен на выгодные контракты? — У меня челюсть отвисла от его слов. — Ничего-то ты не знаешь, Соколова! Пошли ужинать.
Я вышла из конференц-зала в скверном настроении. Его слова: «отдал бы тебя в обмен на контракт» и «ничего-то ты не знаешь», костью застряли в горле. А я ещё смела фантазировать об этом мудаке. Само́й от себя противно. Больше никогда ни единой мысли не позволю! Мы вышли в широкий холл со множеством лифтовых кабин, и вдруг босс налетел на меня и прижал к стенке между ними.
— Кирилл Борисович, что вы делаете?
— Я спасаю твою попку, Соколова! — Выдохнул мне в губы босс и впился в них поцелуем. Его руки хозяйничали на моём теле, а платье оказалось хреновой преградой, так как я чувствовала исходящий от его ладоней жар через тонкий шёлк. Соски затвердели так сильно, что их трение об кружево лифчика было слишком чувствительным и доставляло небольшой дискомфорт. Я тут же предала себя, и мысли завертелись вокруг босса. Желание избавится от лишней преграды в виде одежды и позволить губам Кирилла снять напряжение, захлестнуло с головой, как цунами, и потащило прочь от спасительного берега благоразумия. Я не осознавала, что мы в общественном месте, и в любой момент здесь могут появиться постояльцы или персонал отеля. Своей пятой точкой, я случайно нажала на кнопку, и перед нами раскрылась кабина. Босс прервал поцелуй, подхватил меня на руки и занёс внутрь. Вдруг я почувствовала на себе чей-то жгучий взгляд, украдкой взглянула через плечо Кирилла. Напротив, стоял господин Кайя и пристально следил за нами, на его лице играла ухмылка. И ой как она мне не понравилась. А потом двери лифта закрылись, оставив нас наедине.
Глава 8
Кирилл поставил меня на пол, но только для того, чтобы развернуть к себе лицом, задрать платье до пупка, подхватить под ягодицы, обвить мои ноги вокруг своей талии, прижать спиной к зеркальной стене лифта и снова впиться в губы. Где-то внутри орала трезвая рациональная часть, что здесь могут быть камеры и мы устраиваем шоу для службы охраны.
— К тебе или ко мне? — Снова этот голос с хрипотцой, который опаляет, точно пламя костра, мягкую зефирку. Да как он это делает? Я подтекаю в трусы от одних только бархатистых ноток, а если он прикасается, так моё бельё выжимать можно. Теперь я понимаю, почему вся женская часть нашего коллектива говорит о нём с придыханием. Я думала, что единственная, кто имел иммунитет. Оказалось, что просто никогда не была объектом его внимания. А прививки против Богданова, похоже, не существует. С губ почти сорвались слова: «всё равно куда». Кирилл смотрел на меня как на долгожданный трофей, в его глазах полыхала первобытная жажда. И я испугалась. Я больше четырёх лет не испытывала никакого влечения к мужчине. Мой первый раз напрочь отбил у меня это желание. Беспомощность, стыд, боль и вспышки фотоаппарата, фиксирующего весь процесс.
— Вы к себе, а я к себе! — Еле слышно произнесла. Внутри шла нешуточная борьба безрассудства и благоразумия. Я пинками загоняла разбушевавшееся либидо на самое дно сознания. Наш секс может очень многое изменить, для меня так точно. Я не готова. — Так будет правильно, Кирилл Борисович.
— Ну и стерва ты, Соколова! Раззадорила и бросила неудовлетворённым.
— Найдите себе очередную Барби на ночь. А я сегодня планирую выспаться! — Резкие слова слетели с губ, прежде чем я подумала. Сама посоветовала ему развлечься, и претензию предъявляю. Я что, ревную?
— А вчера не выспалась, Соколова? Обо мне фантазировала? — Кирилл подмигнул.
— Нет, готовилась к переговорам! — Соврала, не моргнув глазом. И обиженно засопела.
— Хорошо подготовилась! Нашла самый действенный способ их сорвать. — Невесело усмехнулся Кирилл. Мне стало жутко стыдно, кровь прилила к щекам, окрашивая их в ярко-розовый цвет. Двери лифта разъехались на моём этаже. — Я провожу тебя до номера, Дарья Сергеевна. Мы же не хотим дать повод господину Кайя сомневаться в нашей связи. И дай мне свой Айпад! — Быстро добавил босс.
— З-з-зачем? — Проблеяла еле слышно, в душе уже понимая, что сейчас услышу.
— Сотру то, что не предназначено для твоих ушей! — Кусаю губы от волнения, как же неприятно быть застигнутой на таком.
— Но как вы…? — Слова даются с трудом.
— Соколова, ну мы четыре года вместе, неужели ты думала, я не знаю о твоём маленьком фетише? Ты всегда ведёшь запись переговоров. И даже знаю, как мы получили один очень важный контракт. Ты использовала шантаж. Кстати, полностью одобряю твои методы! В бизнесе либо ты всех ебёшь, либо тебя. — После этих слов я покраснела до корней волос. Я пригрозила тому козлу потому, что он хотел государственную субсидию себе в карман положить, оставить людей без зарплаты и нормальных условий труда. А босс похвалил мою изворотливость, беспринципность и хитрость. Я же не такая! Его слова оставили неприятное ощущение. Мы остановились у двери моего номера, я никак не могла попасть картой в прорезь электронного замка. Руки отчего-то тряслись. Кирилл спокойно взял ключ и открыл дверь. Протянул мне его назад и сказал с загадочным видом: — Сладких снов, Соколова! Надеюсь, в них буду я!
Я захлопнула дверь, едва не прищемив ему нос. Прислонилась к ней спиной и сползла на пол. Его слова вертелись в голове. Теперь точно не избежать эротического сна с участием босса. И я опять вся им пропахла! Я прислонила голову к двери и тихонько взвыла. Затем вскочила и кинулась в душ. Платье сожгу, на фиг! Чтобы не напоминало мне о сегодняшнем дне.
Через час, вымытая дочиста, залезла в кровать. И даже не винила себя за шалости в душе, я тоже не железная. Думала, что не смогу уснуть, но едва голова коснулась подушки, глаза сами закрылись. Разбудил меня грохот из соседнего номера. А потом…
Снаряд же два раза в одну воронку не падает? Я поморгала несколько раз, но ничего не исчезло, босс с полным боекомплектом летел на меня с балкона. Но наученная горьким опытом, я вцепилась в одеяло, на этот раз я не дам ему возможности залезть под него.