Виктория (СИ)
5.
Высоко в небе величаво плыла громадная сигара корабля, похожего на дирижабль. Металлический бок сверкал отражением последних алых лучей заката. Ветер кружил по парку жёлтые и багровые листья, усыпал ими бетонные дорожки и седую от инея траву.
Виктория приблизилась к огромной ступенчатой пирамиде с зеркальными стенами, впитавшими мягкие пастельные оттенки раннего вечера.
Широкий прямоугольник входа сиял яркой белой иллюминацией. Вдоль всего первого этажа тянулась длинная стоянка, вымощенная шестигранными янтарными плитами-лампами. На этих мягко светящихся сотах ожидали пассажиров тёмные глянцевые овалы аэротакси. Взлетавшие и садившиеся аппараты уже включили оранжевые габаритные огни.
Внутри пирамиды в разные стороны расходились пассажи с витринами магазинов, барами и кафе. Пёстрые рекламные голограммы изображали в под потолком торгово-развлекательного центра то бокалы, то кроссовки, то свитеры. Эскалаторы и лифты в прозрачных шахтах доставляли публику в разноцветных одеждах на верхние ярусы. Перекрёстки мерцали фонтанами. Вдоль просторных коридоров стояли кадки с пальмами, тёмно-зелёные пластиковые скамейки, столики и стульчики. Гигантский экран показывал белоснежные яхты в лазурном море, сопровождая трансляцию танцевальной электронной музыкой.
- Юля? - Виктория удивлённо остановилась, разглядев среди посетителей черноволосую, с косичками, темноглазую девушку в малиновой куртке и синих джинсовых брюках. - Давно на Марсе?
- Да вот, - Юля ответила неохотно, даже не посмотрев на собеседницу, - прилетела за покупками.
- Почему же не позвонила? Я бы встретила.
- Это ещё зачем? - Ответ прозвучал холодно и пренебрежительно.
- Не понимаю... - Произнесла Виктория с недоумением.
- Слушай, подруга дней моих школьных! - Юля снизошла до неприветливого, осуждающего взгляда. - Детство прошло. Всем давно понятно, что рядом с тобой опасно.
Музыка смолкла. Трансляция переключилась на панораму водопада. Пенистые воды с шумом разбивались о скалы, сверкая обильными брызгами.
- Люди хотят жить своей жизнью, а не подставляться под гнев сектантов! - продолжила Юля негодующим тоном. Казалось, яркие отблески рекламных голограмм тонули в её карих глазах, словно в двух тёмных бездонных колодцах. - Если рискуют, то ради твоих прав доступа к электронике! Как только сделаешь самое трудное, любезничать перестанут!
- Было приятно увидеться... - Отозвалась Виктория негромким ровным голосом, не выдававшим эмоций.
Мир замер, стихла суета покупателей и отдыхающих. Юля тоже просто стояла и смотрела, будто наступила её очередь недоумевать. Затем всё исчезло, растворилось в смутных утренних сумерках.
В печи догорали поленья, освещая пол и стену оранжевыми сполохами пламени. Метель пыталась залепить окно снегом, но мокрые хлопья таяли и стекали струйками по стеклу. На столе шипел пустым эфиром приёмник. Его шум, напоминавший звук водопада, - единственное, что осталось от развеявшегося сна.
Виктория спала на коврике, завернувшись в покрывало, подложив под голову сложенную вдвое и обмотанную шарфом сумку. Открыла глаза, медленно встала, провела рукой по лицу.
Первым делом - умыться, зачерпнув ладошками из ведра.
Осторожный взгляд за тихонько приоткрытую дверь. Никого. Ни единого следа на тонком слое снега во дворе.
Взрывы, доносившиеся издалека, гремели настолько часто, что периодически сливались в непрерывный грохот, как от горной лавины.
Обратно на кухню. Быстрый завтрак, шоколадный батончик и оставшийся в бутылке напиток. Крутить настройку на станции пришлось несколько долгих секунд, прежде чем среди помех и посвистывания отыскался безразличный женский голос.
- К тушению пожара на складе боеприпасов привлечены силы министерства чрезвычайных ситуаций. Проводятся действия по локализации площади возгорания... Официальные курсы валют...
Виктория выключила радиоприёмник и, оглядев кухню, спрятала его в пустой холодильник.
Пара минут на сборы. Ремешок сумки - на плечо, лук и стрелы - за спину, шарф - на шею, перчатки из кармана куртки - на руки. Выталкивание мотоцикла из коридорчика в разбитую гостиную оказалось нелёгкой задачей, но вполне посильной.
Мотор заурчал и не стал протестовать против неторопливой, осторожной поездки через двор. Но всё же приободрился, когда девушка миновала полуоткрытую калитку и вырулила на шоссе.