Легенду на плаху! (СИ)
+82 551 душа
+74 308 душ
Ошалевший от подобного натиска маг неожиданно выдал Рой громовых светлячков, что пулями принялись проверять барьер их Силы душ на прочность. Но пока они самоуничтожались об нее с характерным электрическим треском, я подскочил к магу, грубой силой проломил стихийный барьер и одновременным взмахом двух клинков отправил того на возрождение.
Повержена Сильная душа
+137 601 душа
В последнего палача, что достойно прятался и теперь был готов слинять за подмогой, я метнул меч. Тот пробил бедняге спину и вышел из груди.
Повержена Особая душа
+ 90 720 душ
Вот с ними и покончено. Мне оставалось надеяться, что под гулом толпы стража не услышала, как я тут устроил резню, а еще, что Ночному пламени есть о чем поболтать перед смертью. Потому, как внутреннее ощущение времени орало в панике от острого недостатка этого самого времени.
Практически на автомате, я закинул полученные души в Силу, повысив ту со 100-а до 101-го. Изрядно просевшая шкала здоровья вмиг наполнилась до отказа. Почти миллион душ на один уровень, Спираль его подери!
Оставшимся мечом или скорее погнутой железякой я принялся разрубать удерживающие Лимрил цепи. Сама драконица пока не могла ничего сказать из-за подобия намордника, зато темно-синие глаза яростно сверкали и вращались, пытаясь хоть как-то передать толи негодование, толи желание скорее освободиться, толи радость от моего неожиданного появления.
Однако не все шло так хорошо. Громогласный, слышный даже здесь голос возвестил:
— Привести приговор в исполнение!
Значит, у Ночного пламени закончились слова. Зараза, теперь счет шел на секунды.
Я подошел к голове амфитера, дотронулся до внушительного намордника и позволил Силе душ буйной рекой пройтись по закаленной стали. Уже через мгновение крепкие прутья намордника затрещали и осыпались на пол обломками металла.
— Какого Хтона, ты украла Ночное пламя? — Невольно поинтересовался я, принявшись разламывать аналогичным образом металлические обручи.
— Потому что хотела помочь! Заполучи они поджигательницу, и ты бы не мог дальше осуществлять свой самоубийственный план! — Прорычала Лимрил, дернув головой и пытаясь высвободиться из крепких колодок, но безуспешно.
— С чего такое самопожертвование?! — Искренне не понимал я. Очередной обруч разлетелся на куски, давая свободу передней паре крыльев драконицы.
— Тогда на реке, ты не позволил Ночному пламени сжечь меня! — Лимрил принялась рвать когтями оставшиеся цепи.
— Так, то был Пирингалас, разве нет? — Тогда у меня не было времени выяснять, кого так страстно жарила Ночное пламя.
— Трус Пирингалас никогда бы не смог напасть на кого-то столь сильного как Ночное пламя! Ему хватило храбрости только вытащить тебя из воды! — Она попыталась вновь выломать колодку, фиксирующую ее шею, но вновь без результата, зато лезвие гильотины угрожающе дернулось от подобных телодвижений.
— Это такое себе объяснение! — Я запрыгнул ей на шею и ударом кулака с вложенной тысячей очков здоровья в Силу душ выбил лезвие из креплений. Погнутый лист смертельного орудия пролетел пол залы, врезался в стену и с грохотом упал на пол.
— Очень хорошее объяснение, когда у тебя осталась всего одна жизнь! — Как не в чем ни бывало продолжала Лимирил.
— Одна?!
Внезапно вход в залу преградила упавшая решетка, затем в потолке образовалась белая линия, и поделенный надвое он принялся раздвигаться. Дрогнул и легко затрясся пол. Я почувствовал, как вся платформа-жертвенник начала медленно подниматься. Так вот как это устроено!
— Спираль, чтоб тебя перекорежило! — Я спешно бросился рыться в безразмерной шкатулке.
— Олкан, скажи, что у тебя в запасе хороший план, иначе мы сейчас очень глупо умрем! — Лимрил с ужасом наблюдала, как я возился с тонким кейсом, пока платформа уже была на полпути к поверхности. — Олкан!
— Да, знаю-знаю! — Я лихорадочно выбрал кристалл нужным заклинанием, тут же его активировал, и, ведя мысленный отсчет, захлопнул и вернул кейс обратно в шкатулку. — Советую пригнуться.
Копье драконоборца послушно легло в руку, чары полета привычно создали за спиной крылья, и я взмыл вверх.
Каково же было недоумение толпы, когда вместо закованного по самый хвост дракона, на свет вылетел какой-то тролль. Недоумевали и стражники с магами, ведь обычно казни это такой тип мероприятий, который всегда идет по плану.
Три, два, один. Набрав высоту, я почувствовал, как в руке с кристаллом появилось иллюзорное подобие длинного меча. Разрушительные чары только и ждали, пока им укажут цель. Не теряя и миллисекунды я взмахнул этим полупрозрачным клинком в направлении скучковавшихся магов и рыцарей.
Меч, рассекающий хребты — одно из мощнейших чар в арсенале мага воздуха, пришел в движение. Пространство передо мной вспенилось, как при мираже, и во врагов со скоростью большей, чем скорость звука, полудугой умчались спрессованные воздушные потоки.
Со стороны могло показаться, что заклинание вовсе сразу взорвало половину арены, подняв густое облако песка. Секущие потоки, мощнее любого урагана, вскрыли защитные барьеры магов, как кувалда стеклянную банку, и стерла их и рыцарей в кровавый туман. А тех, кто каким-то чудом выжил, накрыла ударная волна, отразившаяся от многослойного и крепкого барьера арены.
Никто без должной подготовки не выживет при столкновении с высшими чарами разрушения. Тем более, когда их использовали практически вплотную.
Повержена Сильная душа
+ 201 437 душ
+ 198 290 душ
+ 220 740 душ
+ 250 300…
Я проигнорировал огромный ворох сообщений о новых душах и устремился вниз. Чутье душ подсказывало, что Лимрил удалось пережить ударную волну, пока платформа поднималась.
— Что это было? — Откашливаясь от пыли, вопросила она, когда я приземлился на платформу.
— Тот самый хороший план! — Буркнул я, вытаскивая из кейса новый кристалл.
Песок стремительно оседал, обнажая чудовищный след от масштабного заклинания, которое перепахало половину арены, напрочь снесло жертвенник Ночного пламени и обнажило подземные коммуникации.
Я мысленно отсчитывал секунды, надеясь, что остатки песка не позволят арбалетчикам, засевшим под трибунами с переполошившимися зрителями, начать прицельную стрельбу. Отражать метровые стрелы весьма проблематично.
Тем временем в дворянской ложе воцарилось оживление. Князь горячо обсуждал нечто с Виараксисом, пока Ноерк всем видом показывал желание спуститься на арену и каким-нибудь изуверским способом достать мои кишки из их уютного внутреннего мирка.
— Лимрил, пригнись, — я вытянул руку с кристаллом в направлении дворцовой ложе. Драконица поспешно опустила голову на землю и даже прикрыла крыльями. — Проверим-ка их на прочность!
Кристаллическая трубка вспыхнула зеленоватым светом, и дремавшие чары вырвались на волю. Копье тысячи ветров — аналог Меча, рассекающего хребты и моей Спирали вихревых клинков, за исключением, что вся колоссальная сила и давление сосредотачиваются в одной точке.
Ударивший поток ветра пронзил пылевую завесу и врезался в сложный барьер арены. Десяток слоев защитных чар поочередно вспыхивали и выпучивались под неистовым давлением, пока все разом, словно мыльный пузырь не разорвались. Копье тысячи ветров смерчем влетело в дворянскую ложу, пронзило защиту княжеских магов и смела всю ложу, оставив на том месте полукруглый ровный срез диаметров в два десятка метров.
Повержена Могучая душа
+370 040 душ
+422 183 души
Повержена Сильная душа
+250 780 душ
Зараза! Ни князя, ни Ноерка, ни тем более Виараксиса Копье тысячи ветров не прикончило, зато сняло барьер с арены. Испуганный народ неуправляемой толпой спасался бегством, препятствуя страже нормально выполнять свою работу.
— Лимрил улетаем отсюда! — Я запрыгнул ей на спину, параллельно доставая из кейса новый кристалл.