Рабыня черных скал (СИ)
Она почувствовала Его взгляд сразу… Содрогнулась. Захотелось еще сильнее вжаться в стену… Слиться с ней… Испариться… Как же она ненавидела этот взгляд. Тяжелый, темный, торжествующий… Внимание Зверя к Лире не осталось незамеченным Клариссой. Она тут же перевела глаза на нее – и играющая еще мгновение назад на ее лице улыбка от воркования со Зверем застыла теперь в неприятном оскале. Иллирии здесь не были рады… Вмиг Лира почувствовала на себе еще несколько глаз, внимательно, с настороженным интересом и ревностью ее осматривающих…
– Лира! Добро пожаловать!– Зверь развел руки в приветливо– гостеприимном жесте, отчего вода выплеснулась из купальни, – не слишком ли тепло ты одета для столь горячей обстановки? Или все никак не можешь согреться, Земли Черных скал слишком холодны для тебя? Так иди быстрее к нам, мы тебя согреем,– Кларисса деланно захихикала над словами мужчины, а Лиру передернуло от отвращения.
Она действительно была одета неуместно для этой странной оргии одного самца с кучей безропотных утроб, другими словами она не мгла назвать пребывающих в экстатическом возбуждении девиц, только и жаждущих его внимания… Закрытое на длинный ряд пуговиц дорожное платье было единственной вещью в ее гардеробе. За часы пребывания в гареме никто даже не удосужился ей предложить и стакана воды, не то, чтобы дать возможность переодеться и привести себя в порядок… Впрочем, сейчас ее это даже радовало, а не расстраивало… Она не хотела быть для него красивой, не хотела чувствовать себя наряженной ради развлечения другого куклой…
– Клара, почему моя наложница приходит ко мне в купальню неподготовленной?– более строго спросил Эмиль, не отводя глаз от Лиры,– я ведь просил о ней позаботиться…
– Простите, господин, я думала, Герра займется ею…– начала услужливо– боязливо отвечать Кларисса, правда, в ее голосе неизбежно сочилась наигранность… Возможно, недалекая красавица нарочно не стала помогать Иллирии, решив, что ее непрезентабельный вид может его отпугнуть… Логика глупой женщины…
– Герра сейчас не в гареме и вернется только вечером, ты знала об этом…
– Если прикажете, тут же отошлю ее обратно, чтобы не смущала Вас своим неподготовленным видом…
Эмиль усмехнулся, переведя, наконец, взгляд на Клариссу. Он читал наивную девчонку, как открытую книгу. Но эта скрытая ревность, граничащая с идиотизмом, его даже забавляла… Ревность действительно делала человека глупым… Он знал это и ненавидел это чувство… И в то же время, хотел, чтобы его ревновала… Другая… Та, которая всем своим видом сейчас демонстрировала отвращение, стоя перед ним…
– Неподготовленная? Это мы сейчас исправим… Раздевайся, Лира… В купальне тебе не нужна одежда…– его голос прозвучал хрипло, даже жадно…
Музыка продолжала играть, но несколько тише… Словно даже музыкантши хотели расслышать их диалог, а когда раздалось ее слабое «нет», и вовсе наступила гробовая тишина, оборвав чувственную мелодию на дисгармоничном аккорде…
Эмиль слышал ее отказ. Ни один мускул не дрогнул на его лице, зато глаза… Они так сейчас жгли своим затаенным внутренним гневом, что все вокруг плавилось.
– Вы, двое… Подойдите и разденьте ее… Будет сопротивляться, держите за руки…– обратился кивком головы к двум девицам по бокам.
Тут же возле Лиры материализовались две прислужницы, умело скрутившие ее и обездвижившие…
Пуговица за пуговицей, ее платье стало открывать вид на идеальную белую кожу. Под ним она была совершенно обнаженной. От взволнованного, учащенного дыхания грудь девушки вздымалась. Она не сопротивлялась, держа величественную осанку, но ее взгляд опалял таким вызовом и решимостью, что смотрящие пристально на происходившее девицы испуганно перешептывались, поражаясь ее молчаливой дерзости…
Эмиль оперся мускулистыми жилистыми руками о бортики купальни и сел на его край, бесстыдно расставив ноги. По его натренированному идеальному телу стекали струйки воды, играющие блестящими всполохами в свете лампад.
– Кларисса, рот,– приказал он, все так же не отрываясь от Лиры.
Фаворитке не нужно было повторного приглашения. Она проворно поднырнула к Эмилю и тут же сомкнула губы на его возбужденном, пульсирующем достоинстве. Он схватил ее за волосы и задвигался яростнее, пользуя девушку. Как только последняя пуговица оказалась расстегнутой и с ее плеч сняли платье, нагота Лиры стала полностью на виду.
Он впивался глазами в мраморно белое тело Иллирии и рычал, а Кларисса стонала, причмокивая.
Лира не могла на это смотреть. Ее желудок буквально крутило от острых, болезненных спазмов. Тело жгло…
– Этот урок от моей фаворитки для тебя, девочка Лира… Ты следующая.. Опустишься на колени и примешь меня в свой рот, который следует отучить говорить «нет» своему господину.
В ту же секунду ее глаза сверкнули.
– Нет, – повторила она громче и увереннее, чем в первый раз, продрав горло и вызвав еще более громкие, боязливые перешептывания среди девушек…
Эмиль злобно выдохнул. Откинул голову назад. Задвигался во рту Клариссы еще более неистово, пока не начал молча содрогаться в оргазме. Девушка покорно и умело принимала его, хотя по тому, как остервенело, до побеления кожи на костяшках кистей, ее руки сжимали бортики купели, было понятно– ей непросто дается эта «ласка» господина.
Когда волны удовольствия затихли, он отодвинул Клару, одобрительно похлопав ее по щеке, а потом тут же вылез из купели и, оставляя за собой водяной след, проследовал к Лире, теперь невольно пытавшейся вырваться из крепкого захвата прислужниц.
Бесцеремонно накрыл ее груди своими мокрыми руками, прочертил влажный след ладонями по ее талии и бедрам, резко прижал к себе, и, не дав возможности прийти в себя, подхватил, заставив обвить ногами его бедра. Они оба были полностью голыми, но Зверя это абсолютно не смущало. Лира пыталась трепыхаться в его руках, но безрезультатно. Он еще сильнее вдавливал ее в себя, и с ужасом девушка понимала, что его член снова наливается возбуждением, чувствуя твердость, упирающуюся в ее плоть. Двери гарема распахивались перед ними одна за другой, пока они не оказались в просторной комнате– спальне, видимо, той, какая использовалась им для любовных утех.
Он положил ее на кровать, снова не дал опомниться, тут же пристегнув так и остававшиеся на ее запястьях золотые браслеты к цепям в изголовье. Собственнически окинул ее тело горячим взглядом. Опустил руки на полные груди, поиграл с сосками. Погладил атласную кожу, уловив быстрое, как метеор в небе, биение сердца.
– Ну что, девочка Лира, страшно? Теперь, когда я так рядом и ты понимаешь, какими будут последствия, уже не так просто говорить мне «нет»?– посмотрел на нее с ухмылкой.
– Как же ты жалок, гроза всего Идона… Теперь, когда ты заковал беззащитную женщину в оковы, очень просто получить от нее то, что добровольно она никогда не даст?– выплюнула ему в лицо, в очередной раз дернувшись в своих путах,– давай начни теперь запугивать меня тем, что причинишь боль моим придворным… Ты только и способен, что запугивать и брать силой, Зверь…
Эмиль замер… Его лицо тут же почернело, а глаза налились кровью от ярости…
Казалось, в нем борются два начала– одно требовало крови и боли нахалки, лежавшей под ним, другой пытался успокоиться, чтобы нанести ответный удар более тонко, изощренно… Но от этого не менее больно и травматично…
Опустил руку на ее шею. Сначала сжал потом все– таки ослабил хватку. Видимо, «второй Эмиль» одержал верх над первым. Погладил ее тонкую шею, большим пальцем чуть надавливая на пульсирующую венку.
– У тебя сейчас есть последний шанс покориться мне и стать послушной девочкой, Лира… Понимаю, что тебе еще многому придется учиться… Учиться покорности послушанию, но я окажу тебе великую привилегию– буду терпимым к твоему обучению… Если же ты продолжишь вести себя, как идонская пиранья, последствия для тебя будут гораздо менее приятными…