Рабыня черных скал (СИ)

Эмиль резко развернул ее к себе спиной. Откинул волосы, очертил языком контуры шеи, спустился по позвоночнику вниз, заставив ее повести плечами от интимной ласки. А потом стал разглядывать свое клеймо. Нутро Иллирии сжалось… Ведь именно так он и делал всегда… Когда брал… Когда насиловал… Когда доставлял удовольствие… И сейчас по телу разливалось одно чувство, вытесняющее все другие– предвкушение.
– Не было никаких женщин,– услышала его тихий, вкрадчивый и сиплый голос,– после тебя не было никого…
Лира недоуменно обернулась на него через плечо. Вопросительно– удивленно посмотрела…
Возможно, именно это послужило для Зверя спусковым механизмом… Он сорвался. С рыком притянул ее голову к себе, припал к губам, начал целовать дико, одержимо…
– Сожми его,– опустил ее руку на свой возбужденный член.
Не успела Иллирия нерешитально выполнить его приказ, как он захрипел, обильно заливая ее спермой.
Лира снова шокированно посмотрела на Зверя, не понимая, что это сейчас было.
Он хмыкнул.
– При любом другом раскладе с любой другой женщиной сейчас мне должно бы было быть стыдно… Что я за мужчина, раз кончаю от одного женского прикосновения… Но… С тобой мне не стыдно, Иллирия… Потому что это есть доказательство того, что в моей жизни есть только ты… Неважно, лежишь ли ты со мной в одной кровати или уплыла за тысячи километров… Я твой раб, Лира… раб с клеймом…
Она нервно сглотнула. Прижалась спиной к дереву. Ощутила его тяжелое дыхание на щеке… А потом снова почувствовала окаменевшее достоинство…
– Хочу тебя…– почти бесшумно проворковала она,– соскучилась…
Они снова лежали под звездами, любуясь на ночное небо. Как когда– то. В другой жизни… Только теперь – изможденные, сытые… Задумчивые…
– Скоро рассвет,– тихо проговорила она.
Эмиль повернул голову к Иллирии. Поцеловал в макушку.
– Рассвет унесет с собой день Виры, Лира… А с ним и безмятежность этого момента… Придется снова посмотреть друг другу в глаза… Я приехал снова и снова предлагать тебе стать моей королевой… Потому что… Не могу без тебя,– повернул ее лицо к себе, нежно поцеловал,– ты хотела свободы и выбора… Хорошо, все, что пожелаешь… На любых твоих условиях… Возвращайся… Не хочешь жить в Землях Черных скал, я построю нам дворец, которому нет и не будет равного по красоте в Идоне, там, где захочешь… Проси обо всем, что пожелаешь… Только будь рядом, Лира… Умоляю…
Он опустился к ее ногам. Стал покрывать поцелуями ее ступни, смущая, заставляя голову кружиться…
– Я готов смириться с тем, что ты меня не любишь, Лира… Я обещаю тебя любить так сильно, что хватит на двоих… Хочешь, закуй меня в цепи… Потому что я был, есть и буду твоим рабом… Мир женщин померк для меня с твоим появлением… Я распустил «сад развлечений», закрыл «дом терпения»… Мой дворец теперь похож на темную казарму… Он ждет, чтобы ты снова озарила его своим присутствием…Осветила своим золотом…
Лира усмехнулась… Посмотрела на него как– то многозначительно –знающе. Снова усмехнулась, только громче. А потом начала смеяться уже в голос, прыснув.
Эмиль смотрел на нее недоуменно, не понимая, что с ней. Ожидая, что она вот– вот разразится очередной отповедью о том, как он плох и эгоистичен, сколько боли ей причинил… Но все пошло по иному сценарию.
– Пойдем, проговорила она, вставая и на ходу впрыгивая в свое платье….– Быстрее… Быстрее же…
Он шел за ней, не понимая, куда, зачем, почему… Все равно… Радовало то, что она была рядом… И что впервые в жизни звала его за собой, а не прогоняла.
Они дошли до уютного вида хижины на берегу, коих было тут разбросано с пару десятков. Лира обернулась на Эмиля, показав ему, приложив палец к губам, чтобы соблюдал тишину.
Деревянный пол все равно неуклюже скрипнул под его тяжестью. Они приоткрыли дверь и нырнули в темноту небольшого жилища. В темной спальне стояла детская кроватка и возле нее дремала милая старушка.
– Мами Нури, просыпайтесь,– нежно похлопала она няньку по плечу,– я пришла… Спасибо Вам за помощь…
 
Та растерянно проморгала, молча кивнула и удалилась, почтительно поздоровавшись с Эмилем…
Только он не слышал ничего и никого вокруг… Впервые в жизни его руки тряслись. Он нерешительно подошел к кроватке, поймав одобрительно– поощрительный взгляд Иллирии. Посмотрел на мирно спящего там карапуза. Перевел ошарашенный взгляд на нее…
– Это…
– Если ты сейчас спросишь, чей это ребенок, клянусь, Зверь, я убью тебя…– раздраженно купировала его вопрос Лира.
Эмиль издал странный звук, похожий то ли на смех, то ли на стон.
А потом снова перевел взгляд на малыша… Карапуз теперь смотрел на него широко открытыми глазами, внимательно изучая. Глазами, в которых даже в темноте мерцала золотая пыль…
Самый мощный человек на свете, сильный, непреклонный, жестокий и жесткий, подчинивший весь Идон, сумевший создать новый мировой порядок покачнулся, едва не упав… По его телу сейчас пробежала такая сильная волна ликования, что он едва устоял… Ошарашенно, захлебываясь в собственном счастье теперь попеременно переводил взгляд то на Лиру, то на малыша, и не мог поверить, что все это в реальности происходит с ним… Тяжело, порывисто выдохнул, зажмурился, трясущейся рукой прикоснулся к головке здорового карапуза…
– Сколько ему…– его голос был настолько сейчас осипшим, что Лире пришлось прислушаться, чтобы расслышать его.
– Годик…– ответила Лира, сглотнув… Почему– то здесь и сейчас вдруг стало очень тесно, слишком интимно…– Я… только прекратила кормить… Он пока спит немного беспокойно…
Он кивнул головой, нервно сглотнул.
– Понял…– тихо произнес, а потом тут же громче,– ничего я не понял, конечно… Не укладывается в голове… Ты знала, знала, когда уплывала от меня?
Снова эта горячность… Снова экспрессия… Лире стало не по себе… А вдруг снова вернется дикий, необузданный Зверь… На минутку стало страшно, но она решила взять себя в руки, не дать нелепой боязни испортить момент… Он имел право и на гнев, и на растерянность сейчас… Она стала мудрее и терпимее теперь. Лучше стала его понимать…
– Мне тоже трудно было понять… Это придет…Со временем… Дети растут, а с ними и родители… Иногда нужно время, чтобы сердце выросло и научилось биться за двоих… Я чувствую, как день ото дня меняюсь сообразно его изменениям…
Эмиль слушал ее с замиранием сердца. Лира стала мудрее, взрослее, осознаннее… Эта степенность ей шла… Делала ее истинной женщиной…
– Хочешь подержать его?
Он молча кивнул, снова сглотнув.
Малыш был теплым и таким маленьким… Родным.. Беззащитным и в то же время, внутренне сильным… И эти золотые глаза… Они согревали и подчиняли одновременно, изучали тебя, смотрели сразу прямо в душу… Сердце Эмиля было вот– вот готовы вырваться из грудной клетки… Счастье… Абсолютное счастье… Оно собиралось у него в горле комом, струилось россыпью искр по венам, било хмелем в виски… Никогда и ничто не вызывало в нем такого восторга и трепета… Даже первая победа, даже власть над всем Идоном… Все это в миг обесценилось на фоне огромной, всепоглощающей любви…
– Как назвала?
– Аллор, в честь деда…– тихо ответила она… – Прости… Если бы знала, как звали твоего отца, назвала бы в честь него…
Эмиль усмехнулся…
– Мой отец был тем еще сукиным сыном… В честь него и так много всего названо… Так что… Правильно сделала… Достойное имя… Пусть он носит его так же достойно…
Внезапно послышался протяжный раскат грома, где– то там, за окном, на линии горизонта моря сверкнула молния… Зверь снова усмехнулся. Видимо, Мине не пришлись по вкусу его слова… Что ж, его дело… Он не обязан перед ним отчитываться… Зато Лира дернулась, испугалась… Ребенок заплакал.
 
Сам не понимая, что делает, Эмиль начал ритмично покачивать его на руках. Поцеловал в лобик, зашептал нежные слова на ушко… Не прошло и пары минут, как Аллор заснул в его руках… Лира помогла аккуратно переложить сына обратно в постельку. Посмотрела на Эмиля с многозначительной улыбкой…