Подарок богов (СИ)

— Подожди, ещё две секунды, — остановила Северуса Андромеда. — Кто там пытается их сожрать?
— Ламии. Ну, скорее всего, полуженщины-полузмеи. Процент «полу» мне неизвестен. С огромными когтями, способными выломать ребра и вырвать сердце. Справитесь?
— Справимся, — Пандора посмотрела на Андромеду. Та, нахмурившись, кивнула и покрепче перехватила нож.
— После дементоров вот это не страшно, — добавила Андромеда. Увидев удивление на лице Северуса, она вздохнула: — Так в нашей семейке учат патронусов вызывать, сразу после наступления совершеннолетия. Чтобы должная мотивация помогала ускорить обучение, берут напрокат стража и насылают на обучаемого, который полностью знает теорию. А Дэвис тогда за компанию попала. Мотивация — страшно эффективная. У меня с третьей попытки получилось, а с пятой он заговорил, точнее, начал истерично звать на помощь. Нас-то никто насчёт дементора в собственном саду не предупреждал.
  
— Я всегда знал, что Блэки ненормальные, но даже не представлял, до какой степени, — Северус поморщился. — Пошли, вперёд!
И он бросился в один из проходов. За ним побежала Пандора. Андромеда скрылась во втором коридоре.
Когда она выскочила в пещерку, то представшее перед ее глазами зрелище заставило девушку сперва замереть на месте.
На полу пещеры лежал полуобнаженный Сэм, а над ним зависла женщина, которая в это время начала менять очертания: вот вместо стройных ножек образовался длинный змеиный хвост, на руках вместо аккуратных ноготков появились длинные когти. А еще от нее во все стороны разило магией. Андромеду словно накрыло волной вожделения. Совсем еще молодая девушка едва сознание не потеряла от такого сильного желания дотронуться до обнаженной кожи лежащего на полу мужчины, и чтобы он дотронулся до нее… везде.
Она немного пришла в себя, когда ламия занесла руку с когтями над грудью Сэма. Стоя сбоку от устроившейся на полу парочки, Андромеда видела все в мельчайших подробностях.
Посмотрев на нож, зажатый в руке, девушка метнулась к чудовищу и вонзила нож точно в сердце.
Ламия, которой приходилось прикладывать просто колоссальные усилия, чтобы удерживать в плену желания этого молодого охотника — слишком уж сильно он сопротивлялся — даже не заметила, что они в пещере не одни. Сначала у нее даже мелькнула мысль довершить начатое, благо мужчина уже был достаточно распален, а его сопротивляемость и мощное тело давало надежду на неплохое потомство, но затем она передумала. Стоило ей ослабить контроль, как с него бы сталось сбросить сдерживающие его узы, и тогда неизвестно, чем бы все закончилось. Так что, когда ламия уже приготовилась нанести удар, хорошо посеребренный нож, правильно освященный, попал ей в сердце, она даже не успела оглянуться.
Умирала ламия красиво. Не было ни крови, ни предсмертных воплей. Она замерла, а потом вся почернела, словно обуглилась или мумифицировалась, и рухнула на пол, разлетевшись при ударе прахом. На полу остался лежать присыпанный пылью нож.
Сэм моргнул, но тут проявилось все коварство ламий: с последним вдохом она выбросила такую концентрацию своих чар, что Сэм выгнулся и застонал. Он обвел близлежащее пространство ничего не соображающим взглядом и остановил его на Андромеде, которой хоть и было немного полегче, все-таки чары предназначались мужчинам, но не настолько, чтобы не откликнуться на этот немой призыв.
Она сама не поняла, как оказалась на полу и как над ней нависло мощное мужское тело. Нет, поцелуй с Сэмом не был ее первым поцелуем, но совершенно точно ни один другой не был столь отключающим мозг.
Вот только Андромеда никак не могла знать, что чары ламий все-таки в конце парализуют жертву, ненадолго, чтобы не сопротивлялась, когда ей вспарывают грудь. А Сэму досталось этих чар гораздо больше, чем обычно доставалось мужчинам.
Когда она уже просто отдалась ощущениям от прикосновений рук и губ мужчины, в которого она совершенно точно была влюблена и которому она решила сейчас позволить абсолютно все, он внезапно закрыл глаза и просто упал на нее, не шевелясь. В своих действиях он не продвинулся дальше ее груди, хотя и раздвинул уже ноги коленом.
Вот это было обидно. Настолько обидно, что захотелось оживить эту дрянь и убить ее снова с особой жестокостью, отрезая по кусочку от её тела. Андромеда едва не заплакала. С трудом выбравшись из-под тяжелого тела, она привела себя в порядок, перевернула Сэма на спину, не удержалась — поцеловала его еще раз, и стала ждать, когда он очнется, нисколько не сомневаясь, что, очнувшись, он и не вспомнит, как целовал ее — и не только целовал — буквально минуту назад.
Северус с Пандорой успели почти к тому же моменту, что и Андромеда. Тварь с занесенной рукой уже хотела вскрыть грудную клетку Дину.
Северус кинулся к ней, но ламии не пришлось так сильно выложиться с Дином, как ее сестре с Сэмом, поэтому она услышала его приближение. Удар змеиным хвостом, от которого Северус не сумел увернуться, отшвырнул мальчика от ламии и ее жертвы, но при этом она открылась для удара Пандоры.
Равенкловка не колебалась ни секунды. Здесь не было такой концентрации чар, как во второй пещере, и девушка не потеряла ясности мышления. Нож упал на пол, прах взмыл вверх, а Пандора почувствовала на своей руке сильные мужские пальцы. Дин каким-то образом умудрился встать на ноги. Одним движением подтащив к себе слегка упирающуюся девушку, он запустил руки в ее волосы, привлекая для поцелуя.
— Детка, малышка, ты просто чудо, я так хочу тебя, — бормотал Дин, и Пандора прекратила все сопротивление, погрузившись с головой в новые для себя ощущения.
— Так, оставь ее, — Пандора затуманенными глазами непонимающе смотрела на пролезшего между ними Северуса, который активно и небезуспешно отталкивал отца от девушки. Дин пытался сопротивляться, но, даже находясь под властью чар, он не мог не осознавать, что нельзя причинять вред этому мальчику, который не давал ему получить удовольствие. — Дэвис, рот закрой и приди в себя, ты что, не видишь, что ему пофиг, на кого набрасываться, лишь бы пол подходящий был.
В это время Дин начал падать на пол. Северус как мог удержал его падение, чтобы тот себе голову не разбил.
Сэм очнулся первым. Он открыл глаза и увидел над собой бледное личико Андромеды. Затем перевел взгляд на пол, где лежал нож.
— Это нож Дина. Значит, ты встретила Северуса? — Андромеда кивнула. — А раз его здесь нет, значит, он с Дином. Этих тварей было две, малыш понял это? — Андромеда снова кивнула. — А твоя замечательная подруга с Северусом? — очередной кивок. — Значит, мне нужно тебя поблагодарить за свое спасение.
Сэм поднялся на ноги. Нашел свою рубашку и надел ее, скрыв от пристального взгляда девушки свое тело.
— Как получилось, что вы попались? — наконец смогла что-то спросить Андромеда.
— Не учли некоторые особенности мужского организма. Мы с ламией встречались уже после, так сказать, когда она уже над жертвой поработала. Да и то, что их две, было неприятным сюрпризом. Обычно они поодиночке охотятся. Андромеда, как ты со своей подругой здесь оказались?
— Северус сказал, что вы собрались попутешествовать, и мы решили, что это хорошая идея.
— Ты сейчас врешь, — Сэм подошел к девушке и помог ей встать. — Не надо этого делать, хорошо? — он окинул взглядом ее наряд. — Однако.
— Если ты думаешь, что я для тебя так оделась, то, боюсь, разочаруешься, узнав, что ошибся, — у Андромеды заболела голова, и ее все еще потряхивало от неудовлетворенного желания. — Мы зашли в магазин и попросили нам что-нибудь подобрать. Так сейчас все маггловские девушки одеваются. Нам понравилось — это как вызов всему нашему обществу. И мы не знали, что вы уже здесь. Решили посмотреть пещеру и встретились с Северусом.
  
— Вы приехали сюда из-за нас?
— Да! Вы как удар молотком по нашим неокрепшим головам, — пожаловалась она. — К тому же… — она замолчала. Этого Андромеда никому никогда не говорила, и вряд ли скажет, тем более Сэму. Это был только ее кошмар, с которым она уже научилась бороться, почти научилась. А потом встретила Сэма. Рядом с ним не нужно было бороться, рядом с ним ее кошмар просто исчезал, особенно, когда Андромеда вспоминала Его лицо, после несработавшего Круциатуса. Андромеда почувствовала, что по лицу потекли слезы.