Подарок богов (СИ)

Вначале Северус отнесся к идее дополнительных занятий с недоверием, но когда Дин сообщил, что ему будет дан Непреложный обет, Северус задумался. В итоге обет директор давал Дину, а скреплял его Северус, которого в экстренном порядке обучили основам ритуалистики. Палочек решили не ждать, что-то у Альбуса сразу не получилось, но с началом занятий не тянуть, потому что Северусу нужно было как можно скорее научиться экранироваться. Ему очень скоро должно было исполниться тринадцать лет, весьма критичный возраст в гормональном плане, чтобы продолжать испытывать судьбу.
  
Винчестеры сразу же после начала занятий заметили, что освоение магии разума идет Северусу явно на пользу. Он перестал дергаться, если кто-то до него дотрагивался, и вполне спокойно стал переносить толпу.
А вот с Лили дела не шли. Если раньше она была единственным человеком, с которым Северус чувствовал себя комфортно, то сейчас, когда он еще находился в том возрасте, когда девчонки в мужские компании практически не допускались, а оценить ее с мужской точки зрения мальчик пока не мог, Северус очень отчетливо понял – она не Крис.
Нет, он не пытался ее оттолкнуть, все-таки он был ей очень благодарен за то, что она своим присутствием облегчала его не слишком веселую жизнь, но старался свести общение к минимуму. Лили это замечала и злилась, а когда она злилась, то психовала и устраивала скандалы.
Северус тогда просто разворачивался и уходил. Лили на следующий день сама подходила мириться, и все начиналось заново.
Странное положение Северуса, когда он вроде бы слизеринец, но живет дома, в гостиную практически не заходит и редко ест за факультетским столом, выделяло его среди всех остальных учеников. Сев ненавидел повышенное внимание к своей персоне, но ничего поделать с этим не мог.
Очень скоро новизна от странного соседства прошла. Все-таки Хогвартс и стоящий неподалеку Хогсмид населяли маги, а маги были привычны к любым странным событиям, что им какой-то дом, который внезапно появился на полянке?
И вообще, ходили слухи, что это сделали ангелы совместно с джиннами, да-да, чтобы помочь Северусу и чтобы он не расставался с приемным отцом. Он такой симпатичный, правда? Кто, Северус? Ну, Северус тоже миленький, но еще маленький, а вот его отец и дядя… А говорят, что это его настоящий отец, его мать бросила, когда Сев был совсем крохой, а отец все это время его искал. И нашел. А дом сюда никакие не ангелы и не джинны притащили, а сам Дин. Они вместе с Сэмом откопали какой-то древний ритуал, который сам Мерлин придумал, и переместили дом, чтобы Дин больше с сыном не расставался. Да нет, дело было так…
Северус не знал, как на все это реагировать. Знали бы студенты и преподаватели Хогвартса вместе с жителями Хогсмида, что их вместе с домом король Ада и ангелы сюда зашвырнули, чтобы просто больше никогда не видеть.
Поттер и Блэк к нему не лезли. Нет, привычка его задеть побольнее никуда у них не делась, но вот вступать в драку они уже не хотели. Ведь понятно же, что отец и дядя, которые Северуса уже чему-то научили, на достигнутом вряд ли остановятся, а лежать в Больничном крыле и сращивать кости носа почему-то не хотелось. Поттер еще и умудрился под действием костероста сместить обломки. Пришлось ломать заново и снова пить костерост. Северус внимательно выслушал ругань медведьмы, а затем предложил:
— А почему вы обломки ничем не фиксируете?
— Как не фиксируем? – мадам Помфри удивленно смотрела на мальчика, который притащил ей заказанное Перечное зелье.
— Как магглы. Когда мне нос лечили, мне гипс клали, чтобы накрепко зафиксировать.
— Интересная идея, — кивнула медведьма и приступила к расчетам.
А у Северуса, кроме возросшей в разы нагрузки (благодаря все тому же дяде, его занятия у директора были гораздо сложнее, чем те, что он посещал в школе), была ещё одна задача - в скором темпе сделать Винчестеров полноценными магами. И эту задачу лёгкой назвать было трудно. Пока не было палочек, обучение сводилось к воспроизведению жестов и правильному произношению заклятий. Хуже всего было то, что, отличающиеся разным темпераментом братья требовали разного подхода в обучении. Сэм хотел все понять и хорошо знать теорию, Дин в дополнительной информации не нуждался, ему важен был результат. Но заклинаний за эти две недели братья выучили много, почти все, что знал Северус, а Северус знал для своего возраста гораздо больше заклинаний, чем многие пятикурсники. Северус от этого на стены лез, да и к тому же все его нагрузки не отменяли его собственные занятия с Винчестерами, которые Дин называл “А вдруг палочки не будет? А напротив вампир или оборотень?”.
— Может, пока Сэма нет, ты что-нибудь попробуешь? – Северус забрал свою палочку и вопросительно посмотрел на отца. – И кстати, где Сэм?
— Остался у директора. Какую-то сплетню обсуждают. Меня директор недолюбливает, предпочитает с Сэмом любовь крутить.
— Дин, профессор Дамблдор не недолюбливает тебя, просто он очень хороший менталист. Ты его подавляешь своими… ну, не эмоциями, а тем, что у тебя внутри творится. Это на самом деле страшно, Дин. Как ты вообще выжил с таким грузом?
— Ты тоже это чувствуешь?
— В меньшей степени. Сначала сильно, а потом, примерно через неделю, эта боль стала исчезать. Так что сейчас я ее почти не ощущаю. А профессор говорит, что она все еще есть. Она есть, Дин?
— Я не знаю, Сев, я вообще плохо представляю, о чем ты говоришь. Я знаю просто, что здесь мне хочется жить. Что я хочу жить! Я - маг, в конце концов! Акцио куртка, — куртка послушно прилетела прямо в руки Дина. – Вау!
— Да, а что вы с Толстым монахом сделали? – прищурился ребенок, не оценив восторг отца, у которого получилось Акцио с первого раза.
— Эм, ну, понимаешь, это был рефлекс, — Дин замялся.
— Рефлекс?
— Сев, когда мы ушли с этого обряда, ритуала или как он там называется, Сэм решил рассмотреть некоторые картины. Мы же по школе часто болтаемся: то одно, то другое, но все на бегу, нет времени даже достопримечательности рассмотреть. Так вот, пока Сэм рассматривал портрет какого-то мужика и о чем-то вполголоса с ним разговаривал, думаю, это был какой-то жуткий ученый, Сэм в этом плане на тебя похож, он тоже был зубрилой.
— Что? – Северус подпрыгнул. – Почему зубрила? Я ничего не зубрю!
— Это просто к слову, Сев, не обижайся. Ладно, это Сэм зубрила, а ты мегамозг. Так вот, Сэм что-то у ученого колдуна выясняет, даже блокнот достал и записывать начал, а я дальше пошел. Тут мне очаровательная Рослин помахала рукой. О, Сев, какая это была девушка, мечта. Умная, красивая, даже жаль, что это всего лишь картина. Кстати, а ты знал, что раньше в Хогвартсе были предусмотрены помещения для женатых пар?
— Как это? – Северус недоверчиво смотрел на отца.
— А вот так. Эта школа так стара, что помнит времена, когда в четырнадцать девушка уже считалась старой девой. Так что тринадцатилетние молодожены никого в то время не удивляли. Но так как маги все-таки предпочитали, чтобы дети находились в те сложные времена под защитой школы, то парочки иногда тут же и женили. А вот поговорить с будущими супругами про то, что происходит в спальнях… Хм, а с тобой не рановато на такие темы говорить?
— После того, как в вашем мире меня скрестили с Люциусом и Мерлин знает с кем еще, моя психика не пострадает, если ты мне все же расскажешь, — Северус сел ближе к Дину и подпер подбородок рукой. – Во всяком случае, мои практически одногодки были разного пола.
— А когда у тебя день рожденья?
— Ты бы еще догадался сейчас спросить, как меня зовут, — фыркнул Северус. – В документах на усыновление это должно быть отражено. А, понятно, ты не читал. Дин, ты вообще хоть что-то читаешь?
  
— Иногда. Не отвлекай меня. Когда у тебя день рожденья?
— Девятого января.
— Это уже скоро.
— Не отвлекайся, что там с Рослин, эм… я хотел сказать, что там с монахом?
— Так вот, Рослин была высококлассной куртизанкой, и у нее был договор с Хогвартсом. Она просвещала такие молодые пары насчет постельного этикета. В общем, что, куда, зачем, и как сделать так, чтобы и девушке не больно, и тебе приятно. Эх, вот бы она меня просветила, — Дин закатил глаза.