Забытый чародей Призрак офиса (СИ)

- На самом деле, никакой сверхзадачи от тебя не требуется, - заверила Дина, пока мы выходили из магазинчика с двумя шарфиками в моей сумочке. - Тимур хочет познакомить меня с друзьями. В смысле, пригласить их к нам...
Я вздрогнула. К «нам»? А вот это уже всерьез и, вероятно, надолго.
…Меня идея в восторг не приводит, - продолжала Дина, не замечая красноречивого взгляда. - Но пришлось смириться. А ещё Тим решил проявить такт. Сказал, чтобы я себя не чувствовала зверушкой в зоопарке, могу разбавить крутую мужскую компанию подругой. И, как сама догадываешься, это ты.
Душа отчаянно протестовала. Я подозревала, что параллельно меня попытаются с кем-нибудь свести, но и отказывать было невежливо. Дина, защищая моё оскорбленное самолюбие, тарелку спагетти корове Алёне на крашенную голову напялила.
- Когда эта умопомрачительная вечеринка?
- В четверг, - пискнула Сабирова после коротенькой, но многозначительной паузы. - Да-да, знаю, ты не выносишь подобные мероприятия в будни. Но не бросишь же беззащитную девушку одну на глупых смотринах.
- Так уж и беззащитную? - поддела я, поглядывая на турникеты за прозрачными дверями. Пора было выдвигаться. «Следователям» по статусу не полагается опаздывать.
- Тебе твоя работа не надоела? - припечатала Дина. - Сколько можно по выходным на встречи ездить? Сверхурочные тебе не платят.
Я не стала разубеждать подругу. Правду рассказать невозможно, а придумывать иные объяснения утреннему моциону - некрасиво.
- Не платят, - кивнула я. - Но, поверь, не так плохо, когда жизнь состоит из рутинных и скучных обязанностей. Ладно, приеду к вам на смотрины, - дала я согласие, прежде чем Дина сообразила, какую странность услышала. - Но учти, если я однажды позвоню в три часа ночи и велю через двадцать минут стоять на другом конце города с битой на перевес, единственное, о чем ты спросишь: не захватить ли заодно топор. Поняла?
- Подумаешь! - хмыкнула подруга. - Я бы и с гильотиной приехала без дополнительных вопросов.
До «Козьей слободы» я добралась раньше на десять минут, но Иван уже поджидал меня, героически перенося разбушевавшийся ветер. Стоял, подняв воротник и спрятав руки в карманы, и отчаянно старался не дрожать. Ох, а ведь, и впрямь, холодно.
- Мог бы и внутри подождать, - отпустила я ворчливое замечание вместо приветствия. - Ещё чуть-чуть, и в сосульку превратишься. Серьезно, мне, глядя на тебя, хочется под одеяло.
Я ни капельки не кривила душой. Особенно мерзли коленки. Угораздило же поменять любимые джинсы на юбку. Правильно, я же нынче следователь, а не журналист! Вот и решила выглядеть представительно.
- Ничего, я закаленный, - попытался отшутиться Иван, но рванул с места в карьер, мечтая поскорее оказаться в теплой квартире племянника первой жертвы.
- Что мы вообще знаем о парне? - спросила я, пока встречный ветер безжалостно хлестал по щекам. Судя по карте, которую я изучала накануне в интернете, пройти следовало вдоль двух длиннющих домов.
- Стасу двадцать пять лет. Женат. Двое маленьких детей. Прошёл армию. Вернувшись, поступил в строительный техникум. Сейчас работает - квартиры с другом ремонтирует - и учится в вузе на заочке.
Я улыбнулась. Ваня отчитывается, будто снова у Алексея Даниловича на совещании сидим. Но он хотя бы «домашнее задание» выполнил. Не то, что я. Иду нахрапом, без предварительной подготовки. С другой стороны, мне не привыкать импровизировать. Люди сами отличные рассказчики. Главное, задать правильные вопросы и внимательно слушать.
  
Часть 9
 
...Дверь открыла высокая девушка (действительно, высокая, раз я так посчитала с позиции своих ста семидесяти двух сантиметров). Русые прядки выбились из скособоченной прически и падали на усталое лицо. Она поздоровалась, вытирая вспотевший лоб, а мой взгляд невольно остановился на её талии. Вернее, на полном отсутствии оной. Ваня сказал - двое детей? Ну-ну, уже два с половиной.
- Следователи? - поинтересовалась она и крикнула, повернувшись в сторону комнаты, из которой раздавался заливистый детский смех. - Стас! Это они! А я - Надя, кстати.
 
Шкаф...
Именно это слово пришло на ум, когда из зала шагнул племянничек Инны Логиновой, заполнив собой дверной проём. Он не был толстым, просто очень плечистым, накаченным и крепким. Ну, и рост, конечно же, давал о себе знать. Плюс впечатление усиливали белобрысые, как папа, мальчишки-погодки, висящие на Стасе с разных боков. Два человечка на скале.
- Забери этих чертят, - попросил он жену и пожал нам с Иваном руки. - Пойдёмте на кухню чай пить.
- Не стоит, - отрезала я. - Мы же по делу. Меня зовут Татьяна Петрова, - я ткнула Стасу под нос редакционное удостоверение, отчаянно надеясь, что обещанный «маскарад» ксивы сработает. - А это мой помощник - Максим... э-э-э...
- Сидоров, - быстро сориентировался Иван, но фамилию придумал, мягко говоря, не в тему. Впрочем, и я хороша. Чуть не ляпнула «Вересов», вспомнив зеленого следователя, которого присылали разбираться с нашей офисной достопримечательностью.
Расположились мы всё-таки на кухне - с ромашками на шторах и искусственными подсолнухами в вазе. Мне ещё раз пришлось отказаться от чая с тортиком, но согласиться на сок. Если уж работа - так работа, а не посиделки, замаскированные под дружеские. Не стоит расслабляться, разговор не из приятных.
- Вы часто общались с Инной? - начала я, положив перед собой открытый блокнот. В зале снова затрещали детские голоса, и было странно говорить об убийстве.
- В последние года три-четыре не очень, - признался Стас, складывая ручищи на столе, будто примерный школьник. Он старался не показывать волнения, но мимика и движения его выдавали. Чему удивляться? Многие и при общении с журналистами волнуются. А тут следователи. - Когда был ребенком, мы постоянно собирались на даче двумя семьями - я с родителями и тетя Инна с дядей Юрой. А потом... потом я...
- Выросли, - подсказала я, видя, что отец семейства не решается назвать вещи своими именами. - Это естественный процесс. Подросткам скучно в компании родственников.
- Верно, - Стас улыбнулся, но уголки губ опустились, едва я задала следующий вопрос.
- Какие отношения были у Логиновых? Не пересказывайте слова других, поделитесь собственными впечатлениями. Тем, что видели сами.
- Ну... - парень напрягся, глаза стали тёмными и мрачными.
Я смотрела в них и ждала, гадая, как сам племянник относится к дяде Юрию. Ненавидит и считает убийцей? Или не хочет навредить и потому боится сказать лишнее?
- Если честно, - начал Стас, отбрасывая волосы назад, - отношения были сложными. Не постоянно, конечно. Но когда они ссорились, это было нечто. Настоящий врыв! - парень забавно всплеснул руками, пытаясь проиллюстрировать громкое слово. - Помню, ребенком я думал, наблюдая за ними, что развод - не такая плохая штука.
- Юрий и Инна только ругались или...
- Нет-нет! - племянник не дал мне договорить, быстро смекнув, к чему веду. - Дядя никогда не поднимал на неё руку. Он вообще не проявлял агрессии и... Я лишь пытаюсь сказать, - Стас снова правильно истолковал мой красноречивый взгляд, - он не был злым или жестоким. Тётя нарочно его провоцировала.
Парень замолчал, задумчиво посмотрел в сторону зала, где весело проводили время его домочадцы. Счастливые. По крайней мере, на первый взгляд.
- В чём заключалась провокация? Чего Инна хотела добиться?
Стас мрачно усмехнулся.
- Ревности.
- Ей острых ощущений не хватало? - влез в разговор Иван, но отец семейства его вопрос воспринял лучше моих.
- Вроде того, - закивал он. - Мальчишкой я слышал, как моя мама ругала Инну. Говорила, не дело играть у мужа на нервах. А та посмеивалась в ответ. Мол, только так можно сохранить чувства. Иначе всё бурьяном порастет. Твердила, скандалы - ерунда, зато потом та-а-кие примирения! Я тогда не понимал, о чём она, но слова запомнил.
- Инна заводила любовников, чтобы позлить Юрия? - уточнил Ваня деловито, но я инстинктивно почувствовала, что мальчику неловко.