Тайна двухколесного экипажа

Миссис Хейблтон открыла ему и молча провела не в свою гостиную, а в куда более роскошно обставленную комнату. Мистер Горби, догадавшись, что это комната Уайта, с интересом осмотрелся, и ему не составило труда определить характер убитого.
«Легкомысленный тип, — отметил он про себя. — И мот. Наверняка имел друзей, а возможно, и врагов среди людей самого сомнительного свойства».
  
На подобный вывод мистера Горби натолкнули окружавшие его свидетельства образа жизни мистера Уайта. Весьма недурная мебель комнаты была обтянута темно-красным бархатом, тот же мрачноватый цвет имели занавески на окнах и ковер.
— Я все как положено устроила, — с гордой улыбкой на грубоватом лице заметила миссис Хейблтон. — Если хочешь, чтобы у тебя останавливались молодые люди, комнаты нужно обставлять по высшему разряду. Мистер Уайт всегда платил хорошо, вот только с едой привередничал, но я же обычная хозяйка, я не умею готовить всякие французские штучки, которые на самом деле только желудок гробят.
В ожидании мистера Горби миссис Хейблтон зажгла газовые лампы со светло-алыми плафонами, поэтому комнату наполнял мягкий розовый свет. Мистер Горби засунул руки в свои вместительные карманы и неспешно прошелся по комнате, внимательно все осматривая любопытным взглядом. Стены были сплошь завешены портретами знаменитых лошадей и известных жокеев, они перемежались фотографиями театральных звезд, в основном лондонских актрис: Нелли Фаррен, Кейт Воган и прочих звезд эстрады, очевидно, являвшихся предметом обожания мистера Уайта. Над камином висела полочка с трубками, над которой красовались две скрещенные рапиры, под ней выстроился целый ряд броских разноцветных рамочек с фотографиями красивых улыбающихся лиц, причем все лица были женские: ни на стенах, ни в рамках не было видно ни одного мужчины.
— Вижу, он был любителем дам, — сказал мистер Горби, кивнув в сторону камина.
— Распутницы, — сердито процедила миссис Хейблтон и крепко сжала губы. — Мне стыдно даже пыль с них вытирать. Не верю я девицам, которые фотографируются чуть ли не голыми, как будто они только из постели встали, но мистеру Уайту они, похоже, нравятся.
— Они нравятся большинству молодых мужчин, — сухо ответил мистер Горби, подходя к книжной полке.
— Чисто животные, — презрительно заявила хозяйка дома. — Будь моя воля, я бы их топила всех. Возомнили себя венцом творения, как будто женщины нужны только для того, чтобы деньги зарабатывать и смотреть, как они их пропивают, как мой муженек делал. У него не брюхо, а прорва была — куда только столько пива влезало! — а я бедная одинокая женщина, без детей, и слава богу, а не то они в папашу бы пьяницами пошли!
Мистер Горби, не обращая внимания на эту обличительную тираду против мужчин, изучал библиотеку мистера Уайта, которая состояла в основном из французских романов и спортивных газет.
— Золя… — задумчиво произнес он, снимая с полки потрепанный томик в желтой замусоленной обложке. — Я слышал о нем. Если у него романы такие же, как его репутация, у меня нет никакого желания их читать.
Тут раздался стук в дверь, громкий и требовательный. Услышав его, миссис Хейблтон торопливо вскочила на ноги.
— Должно быть, мистер Морленд, — сказала она, когда сыщик быстро поставил книгу на место и повернулся. — Я одинокая вдова, и гости ко мне по вечерам не приходят. Если это он, я проведу его сюда.
Она вышла, и через минуту навостривший уши Горби услышал мужской голос, интересовавшийся, дома ли мистер Уайт.
— Нет, сэр, — ответила домовладелица, — но его ищет один джентльмен, он сейчас в его комнате, не хотите ли пройти, сэр?
— Конечно, отдохну немного, — ответил посетитель, и сразу после этого появилась миссис Хейблтон в сопровождении лучшего друга покойного Оливера Уайта.
Высокий худой мужчина с волнистыми русыми волосами и вислыми соломенными усами на бледном с ярким румянцем лице в общем производил впечатление аристократа, что подчеркивали хороший костюм и спокойный, уверенный вид.
— И где сегодня мистер Уайт? — осведомился он, опускаясь в кресло и обращая на сыщика внимания не больше, чем на мебель.
— Вы давно его видели? — тут же спросил Горби.
Мистер Морленд обратил на задавшего вопрос высокомерный взгляд и какое-то время молчал, как будто решая, стоит отвечать или нет. Наконец, видимо, решив, что стоит, медленно стянул одну перчатку и откинулся на спинку кресла.
— Давно, — зевнув, ответил он. — Я уезжал на несколько дней и вернулся только этим вечером, так что не видел его больше недели. Почему вы спрашиваете?
Сыщик не ответил. Он задумчиво смотрел на молодого человека.
— Надеюсь, — равнодушно произнес мистер Морленд, — вы меня достаточно хорошо рассмотрели. Но я не знал, что пока меня не было, Уайт устроил у себя приют для душевнобольных. Кто вы такой?
Мистер Горби шагнул вперед, ближе к свету газовой лампы, и спокойным тоном сказал:
— Моя фамилия Горби, сэр, и я сыщик.
— A-а, вот оно что, — безо всякого интереса промолвил Морленд, обводя его взглядом. — И что натворил Уайт? Сбежал с чужой женой? Я знаю, у него есть такая слабость.
Горби покачал головой.
— Вы знаете, где найти мистера Уайта? — осторожно спросил он.
Морленд рассмеялся.
— Только не я, мой друг, — небрежно обронил он. — Полагаю, он где-то рядом, ведь здесь у него логово. Но что же он натворил? Уверяю вас, меня ничем не удивить… Он всегда был непредсказуем, и…
— Он платил регулярно, — вставила миссис Хейблтон, поджав губы.
— Завидное достоинство, — с ухмылкой прокомментировал Морленд. — И, боюсь, недостижимое для меня. Но к чему эти расспросы об Уайте? Что с ним не так?
— Он умер, — коротко ответил Горби.
От вальяжности Морленда не осталось и следа. Он вскочил с кресла.
— Умер… — повторил он. — Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду, что мистер Оливер Уайт был убит во время поездки в кэбе.
Морленд непонимающе уставился на сыщика и провел рукой по лбу.
— Прошу прощения, у меня что-то в голове все перемешалось, — пробормотал он, снова опускаясь в кресло. — Уайт убит?! У него все было хорошо, когда я с ним расстался почти две недели назад.
— Вы не читаете газет? — спросил Горби.
— Эти две недели не читал, — ответил Морленд. — Я уезжал из города и только сегодня вернулся. Моя хозяйка упоминала о каком-то убийстве, но у меня и в мыслях не было связывать это с Уайтом! Я пришел сюда, как мы и договаривались во время последней встречи. Бедняга, бедняга, бедняга!
Охваченный сильнейшим волнением, он закрыл лицо руками.
Мистера Горби тронуло столь очевидное горе, и даже миссис Хейблтон позволила одной слезинке скатиться по щеке в знак печали и сочувствия. Наконец Морленд поднял голову и хрипловатым голосом обратился к Горби:
— Расскажите, как это произошло. Все, что знаете.
Он поставил локти на стол и закрыл лицо рукам, а сыщик сел и принялся рассказывать все, что ему было известно о смерти Уайта. Когда рассказ бы закончен, Морленд поднял голову и печально посмотрел на сыщика.
— Если бы я остался в городе, этого бы не случилось, ведь я всегда был рядом с Уайтом.
— Вы хорошо его знали, сэр? — сочувствующим тоном поинтересовался сыщик.
— Мы были как братья, — скорбно промолвил Морленд. — Я приплыл с ним из Англии на одном пароходе и очень часто навещал его здесь.
Миссис Хейблтон кивнула, подтверждая, что все так и было.
— Вообще-то, — продолжил мистер Морленд после секундного раздумья, — можно сказать, что я был с ним в ту ночь, когда его убили.
Миссис Хейблтон тонко вскрикнула и закрыла лицо передником, но сыщик продолжал сидеть неподвижно, хотя последнее замечание было для него полнейшей неожиданностью.
  
— Что с вами? — спросил Морленд, повернувшись к миссис Хейблтон. — Не бойтесь, я не убивал его… Нет… Но я встречался с ним на прошлой неделе в четверг, а в деревню уехал в пятницу утром в половине седьмого.
— В какое время вы встречались с Уайтом в четверг?