Тайна двухколесного экипажа

  
ГЛАВА 34
 
Рука правосудия
 
Голос Калтона, когда он читал последние строки, слегка дрогнул, и рукопись он положил на стол в гробовой тишине, которую первым нарушил Брайан.
— Слава богу! — благоговейно произнес он. — Слава богу, что он оказался невиновен.
— Да, — сказал Калтон с насмешливыми нотками в голосе. — Загадка, которая так долго ставила нас в тупик, разгадана, и сфинкс замолчал навсегда.
  
— Я знал, что он не способен на такое! — воскликнул Чинстон, который под впечатлением от услышанного до сих пор не мог произнести ни слова.
Килсип же, слушая эти хвалебные замечания в адрес покойного, знай себе урчал довольно, как кот, поймавший мышь.
— Как видите, сэр, — сказал он, обращаясь к адвокату, — я все же оказался прав.
— Да, — произнес Калтон. — Признаю свое поражение, но теперь…
— Я собираюсь арестовать Морленда, — сообщил Килсип.
Несколько секунд все молчали, потом Калтон заговорил снова:
— Полагаю, это необходимо… Бедная девочка, бедная девочка!
— Мне жаль юную леди, — мягким голосом произнес сыщик, — но вы же понимаете, что я не могу из-за своих чувств позволить опасному преступнику разгуливать на свободе.
— Конечно, — твердо сказал Фицджеральд. — Морленда необходимо арестовать как можно скорее.
— Но он во всем признается, — сердито вставил Калтон, — и тогда все узнают об этом первом браке.
— Ну и пусть! — возразил Брайан. — Как только Мадж поправится, мы поженимся и покинем Австралию навсегда.
— Но…
— Я знаю ее лучше, чем вы, — упрямо произнес молодой человек, — и знаю, что она захочет положить конец этому печальному делу. Арестуйте убийцу, и пусть он отвечает за совершенное преступление.
— Что ж, полагаю, это должно быть сделано, — вздохнул Чинстон. — Очень жаль, что случившееся бросит тень на мисс Фретлби.
Брайан побледнел.
— Грехи отцов, как правило, не проходят даром для детей, — горько произнес он. — Но когда первая боль пройдет, на новой земле, в окружении новых лиц она забудет печальное прошлое.
— Значит, решено, Морленд будет арестован, — решительным тоном произнес Килсип. — Последние два месяца я за ним присматривал, и сейчас за ним следят по моему поручению. Поверьте, он и двух шагов не сможет ступить без моего ведома.
— В самом деле? — спросил Калтон. — В таком случае вам должно быть известно, ходил ли он в банк обналичивать чек на пять тысяч, который выписал ему Фретлби.
— Скажу честно, — немного помолчав, ответив Килсип, — вы меня порядком удивили, когда сказали, что он получил чек на такую сумму.
— Почему?
— Потому что она большая, — ответил сыщик, — и если бы я знал, какую сумму он внес на свой текущий счет, то что-то бы заподозрил.
— Значит, он ходил в банк?
— Да, в свой банк. Он зашел туда вчера в два часа, то есть на следующий день после того, как получил чек… Это означает, что чек послали в банк мистера Фретлби и он не вернется до завтра, а поскольку мистер Фретлби за это время умер, я полагаю, он не был одобрен, и значит, мистер Морленд пока что денег не получит.
— Интересно, как он себя поведет? — задумчиво обронил Чинстон.
— Пойдет к управляющему и устроит скандал, — ответил Килсип. — А управляющий, несомненно, посоветует ему поговорить с душеприказчиками.
— Но, друг мой, управляющий не знает, кто стал душеприказчиками, — нетерпеливо вставил Кал- тон. — Вы забываете, что завещание еще не прочитано.
— Значит, он отправит его к адвокатам покойного мистера Фретлби. Я полагаю, они ему известны, — сказал Килсип.
— Тинтон и Тарбит, — задумчиво произнес Калтон. — Но вряд ли Морленд пойдет к ним.
— Почему же, сэр? — быстро спросил Килсип. — Ведь об этом ему ничего не известно, — положив руку на исповедь, добавил он. — И он не захочет лишиться пяти тысяч без борьбы.
— Вот что я вам скажу, — после секундного размышления предложил Калтон, — я зателефонирую Тинтону и Торбиту, и когда он придет к ним, они отправят его ко мне.
— Прекрасная мысль! — сказал Килсип, потирая руки. — И тогда я смогу арестовать его.
— Но как же ордер? — спросил Брайан, когда Кал- тон встал и надел шляпу.
— Он здесь.
Сыщик похлопал себя по карману.
— Вы, похоже, были абсолютно уверены в его вине, — проронил Чинстон.
— Разумеется, — удовлетворенным тоном ответил Килсип. — Когда я рассказал судье, где нашел пальто, и напомнил ему признание Морленда в том, что оно находилось у него перед убийством, то очень быстро сумел убедить его в необходимости ареста.
— Половина пятого, — сообщил Калтон, остановившись у двери и взглянув на часы. — Боюсь, сегодня брать Морленда уже поздно. И все же я проверю, что известно Тинтону и Тарбиту.
И он вышел.
Оставшиеся принялись оживленно обсуждать необычный конец загадки хэнсомовского кэба. Через десять минут в комнату поспешно вернулся Калтон и закрыл за собой дверь.
— Судьба благоволит к нам, — сказал он, как только перевел дыхание. — Морленд, как и предполагал Килсип, зашел к Тинтону и Тарбиту, а поскольку ни того ни другого не оказалось на месте, сказал, что вернется к пяти. Я велел секретарю сразу вести его ко мне, так что он может появиться здесь в любую минуту.
— Это если он настолько глуп, чтобы прийти сюда, — заметил Чинстон.
— О, он придет! — уверенно произнес сыщик, позвякивая наручниками. — Он настолько уверен, что обезопасил себя, что придет прямиком в ловушку.
Начинало смеркаться, и четверо мужчин пребывали в сильнейшем волнении, хотя и скрывали это под напускной беззаботностью.
— Какой сюжет для драмы! — пошутил Брайан.
— Только, — негромко добавил Чинстон, — в этой пьесе все реалистично, как в древние времена в Колизее, когда в конце представления актера, игравшего Орфея, разрывали медведи.
— Это будет его последнее появление на сцене, — сказал Калтон, нужно признать, несколько кровожадно.
Килсип тем временем гудел под нос какую-то оперную мелодию, аккомпанируя себе звоном наручников. Он был чрезвычайно доволен собой, тем более что после этого ареста ожидал возвыситься над Горби. Интересно, что он скажет? Горби, который смеялся над его версией и который ошибался с самого начала…
— Тихо! — Калтон поднес палец к губам, потому что снаружи послышались шаги. — Думаю, это он.
Килсип поднялся, мягко подошел к окну и осторожно выглянул. Потом повернулся, кивнул остальным и спрятал наручники в карман. И только он это сделал, как раздался стук в дверь, и после приглашения Калтона в кабинет шагнул секретарь Тинтона и Тарбита, а за ним — Роджер Морленд. Последний несколько замешкался на пороге, увидев, что Калтон не один, и, похоже, был готов немедленно удалиться, но потом, по-видимому, решив, что бояться нечего, взял себя в руки и прошел в комнату с уверенным и беззаботным видом.
— Этот джентльмен интересуется насчет чека, сэр, — обратился к Калтону секретарь.
— Прекрасно, — спокойным тоном ответил Кал- тон. — Рад его видеть. Вы можете идти.
Секретарь с поклоном удалился, закрыв за собою дверь. Морленд сел напротив Калтона, спиной к двери. Видя это, Килсип, когда Калтон заговорил с Морлендом, с невозмутимым видом прошел по комнате и неслышно повернул ключ в замке.
— Вы хотели видеть меня? — спросил Калтон, усаживаясь на место.
— Да, но без посторонних, — напряженно ответил Морленд.
— О, эти джентльмены — мои друзья, — сказал Калтон. — Вы можете говорить совершенно свободно.
— Мне все равно, чьи они друзья, — пренебрежительно обронил Морленд. — Я хочу поговорить с вами наедине.
— Вы не хотите познакомиться с моими друзьями? — хладнокровно продолжил Калтон, не обращая внимания на его замечание.
  
— Да к черту ваших друзей! — взорвался Морленд, вставая.
Калтон рассмеялся и представил мистеру Морленду остальных.
— Доктор Чинстон, мистер Килсип и… мистер Фицджеральд.
— Фицджеральд, — задохнулся Морленд, бледнея. — Я… Я… Что это? — вскричал он, увидев в соседнем кресле грязное пальто Уайта и сразу его узнав.