Американец. Хозяин Севера (СИ)

— Вот вы, Лёша, сказали, что тогда на Землю ещё больше золота отправлять станут. И серебро тоже. Тогда где гарантия, что эти проблемы захотят заметить? Прибыль, она всем глаза застит!
— Мариночка, дорогая, а почему тогда твои ненавистные буржуи здесь, в Империи, медосмотры работникам устраивают да медицинскую страховку оплачивают? — не выдержал Леночкин папа. — Да потому, что, в конце концов, им так дешевле выходит. А если там колонисты перемрут, они прибыли лишатся!
— Прибыль, прибыль! — снова заворчал дядя Лёва. — Вот завалит Империя Землю дешевым золотом да серебром, и обрушат всю мировую экономику! Как слон в посудной лавке, честное слово!
Алексей попытался промолчать, но взгляды присутствующих ясно показывали, что от него ждут ответа. Пришлось продолжать.
— Ну что вы! Все давно спланировано и подсчитано. Добываем мы «всем миром», квоты на добычу тоже коллективно утверждаются странами с крупнейшей экономикой. Так что поверьте, ограничить добычу мы сумеем!
— Вот-вот! Российская империя уже семьдесят лет как беспардонно навязывает всему миру свою волю! Надо будет, и в добыче золота всех ограничит! — тут одессит ернически скривился, будто не замечая, что поменял позицию буквально на глазах, как говорится, «во время прыжка переобулся». — Сначала зачем-то всем навязали привязку курсов валют к запасам драгоценных металлов, а теперь ограничиваем. Что хотим, то и воротим!
— Простите, но вы не правы, — возразил Алексей будущему родственнику. — Привязка стоимости товаров к золоту и серебру существовала тысячи лет. И мы лишь предложили её сохранить, не «раздувая эмиссионные пузыри». И вообще, Российская Империя сохранит моральное право предлагать миру дорогу в будущее, только если сама будет жёстко соблюдать этические нормы.
— Молодой человек! Вы что, эту вот космическую Конкисту, как вы сами признались, с жёстким обдиранием всего, до чего дотянутся наши жадные ручки, называете «дорогой в будущее»⁈
— Не наша вина, что люди за тысячи лет привыкли, что определенные металлы ценны! — пожал плечами Алексей. — Но для того, чтобы их сюда ввозить, мы освоили производство гелия-3, тонкие электронику, механику и оптику, начали добычу, обработку и производства на Луне и астероидах… Космос сильно продвинул медицину, дал нам дешевую энергетику и синтез белков, жиров и углеводов. Чем не дорога в будущее?
— К тому же, жесткая привязка к драгметаллам регулярно вызывала дефляцию! — тут же задорно дополнила тётя Марина, — А это, если хочешь знать, трудовому человеку так даже лучше! Зарплаты растут, цены падают… Не всё ж буржуям да капиталистам плоды прогресса под себя подгребать! Пусть с работягами поделятся…
Тут Алексей улыбнулся. Похоже, чете одесситов партнеры не нужны — и сами не заскучают, и остальным не дадут.
От них его мысли по ассоциативной цепочке перешли к Одессе и к истории предка. В Южной Пальмире он на некоторое время застрял. И для лечения, и потому, что за пределами страны его могли искать…
«Впрочем, предок времени напрасно не терял!» — улыбнулся Алексей. — «Нашел себе невесту по душе, да не простую, а из старой аристократии, из потомков Рюриковичей да Гедиминовичей. Правда, как оказалось, с проблемами. И, решая ее проблемы, не только сделал несколько новых изобретений, но и довольно быстро сумел стать миллионером…»[4]
Вторая тетрадка с мемуарами предка заканчивалась на грандиозном успехе его «магического куба». И на том, что Наталья Дмитриевна, потомок древнего рода Ухтомских, согласилась выйти за него замуж. Как говорится, жизнь удалась!
— Да как же вы все не понимаете⁈ — тем временем темпераментно возражал дядя Лёва. — Как раз на удержание этой допотопной и нереалистичной экономической химеры, с золотыми и серебряными монетами, с дефляцией и Космической конкистой экономики и тратятся ресурсы, которые иначе можно было бы потратить на помощь твоим дорогим нуждающимся! Мы просто вынуждены непрерывно вкладываться в это никому не нужное научное и технологическое лидерство!
Говоря об этом, дядя Лёва заводился все сильнее, к середине он раскраснелся и перешел на крик.
 
— И главное, зачем все это? — риторически вопросил он и с подчеркнутой иронией ответил сам себе. — Чтобы заставлять Америку сохранять золотой стандарт.
— А то, видите ли, — тут сарказм в его голосе стал просто убийственным, — «ФРС напечатает кучу ничем не обеспеченных долларов». Ох, как я этого боюсь! Просто умираю от страха!
С этими словами он картинно рухнул на стоявший неподалеку диванчик. Но тут же вскочил, и, бегая от переполнявших его эмоций из угла в угол, продолжил:
— Кто же в эти сказочки поверит? А то в ФРС идиоты сидят! Больше долларов, чем надо для экономики, они не напечатают, и это любому дураку ясно! Иначе их денежная система рухнет, а вместе с ней — и вся экономика! Вместе с пенсиями, страховками, банковскими накоплениями… Американский народ считать умеет! И их избиратели такого никогда не допустили бы![5] Так что сказочки другим рассказывайте! А мыслящим людям ясно, что единственная цель России — это диктат в области глобальных финансов! И для этого мы и перекорежили всю мировую экономику!
Алексей постарался не фыркнуть, и вообще, не реагировать. Он не понимал людей, подобных дяде Лёве. Не нравится тебе Империя, пусть даже в виде конституционной монархии, хочется тебе «свободной экономики», ну так Бога ради! Никто не держит! Российским подданным въезд открыт почти по всему миру, езжай, устраивайся в «стране мечты» и живи! Но нет, им надо именно здесь остаться и все время ныть, что «то не так, и это не эдак»!
— Ну, уж, насмешил! — фыркнула тётя Марина, — «лишнего не напечатают»! Да где ж это видано, чтобы капиталист удержался простую бумагу в доход превратить? Нет уж, когда количество бумажек и драгоценных металлов связано, оно как-то надежнее!
Тут одессит остановился, промочил горло вином и лишь потом продолжил:
— Вы вот не верите, что это искажение! А, между тем, лучшие экономисты мира подсчитали, что, если бы мы не эта наша «космическая Конкиста», то доллар стоил бы не пятьдесят-шестьдесят копеек, как сейчас, а примерно тридцать пять рублей!
— Та шо ты говоришь⁈ — несколько даже утрировав одесский говор, переспросила его жена. — И с какой это радости? Чем наш рубль хуже?
Она сердито фыркнула, после чего с легким оттенком сварливости осведомилась:
— И шо еще там, в новостях из альтернативной реальности сообщают, а?
— Много чего! — огрызнулся тот. — К примеру, что нефть должна стоить не десять-двенадцать долларов за баррель, а вдесятеро больше! И рубль стоило привязывать не к золоту и серебру, а к нефти!
— Это зачем еще? — неуверенно уточнил Родион Степанович. — Экономика-то подвержена кризисам. Спрос на нефть колеблется, и цены вместе с ним…
— Вот вы не понимаете! А между тем все просто! — дядя Лёва буквально лучился от гордости за себя и своих единомышленников, придумавших такую интересную альтернативу, — в результате в период кризиса рубль будет ослабляться, а в иные периоды — усиливаться. А ослабленная национальная валюта помогает сохранять экспортные преимущества. Так что мы и в кризис сможем быть конкурентоспособны. Ведь преступная клика Романовых так ослабила нашу страну, искусственно перекашивая мировую экономику, что иначе нам конкуренции в годы кризиса и не выжить… Сдохнем-с…
«Надо же! И эти альтернативную реальность придумывают!» — удивился Алексей.
Было чему удивляться. Ведь Американец тоже зачем-то облачил записи, адресованные своим потомкам, в форму эдакого фантастического романа. И писал их как бы от лица «попаданца» из альтернативного будущего. Из года 2001 в 1895 год. В Соединенные Штаты, бывшие его мечтой…
Занятый воспоминаниями, Алексей, тем не менее, не мог полностью отрешиться от доносившихся с другого угла столовой реплик:
— Мариночка, родная, ну пойми! Ведь не только на хождении золотой и серебряной монеты все держится! Монеты — это только верхушка айсберга. А ведь мы еще в буквальном смысле «заливаем» мир дешевой энергией. Эта наша программа «мегаватт-час за рубль», она же ни в какие ворота не лезет! Я ведь говорю…