Грация королевы небес: тайна Адель (СИ)

— Вам больше достается проблем, я их только разруливаю. Но честно скажу, все проходит куда более сложнее, чем я думал.
Она, соглашаясь, кивнула.
— Я хотел тебе сказать, — продолжил Марко, — что Кевин не стал рассказывать учредителям о своей причастности к смерти собаки, бутерброды и мясо мы решили, что будут лишним. Она просто умерла, наверняка, была больна. Пусть будет такая версия.
— Пусть, — закивала Адель, понимая, что Кевину не должен грозить денежный штраф, максимум грозит лишение премии. Она на это надеялась! Спасибо, что есть Марко, — я не понимаю о каким мясе речь, — улыбнулась Адель, — скажу Саманье, ради Кевина она пойдет на любую ложь.
— Только она? — Чашка с кофе застыла в руках Марко, он так и не успел сделать глоток, — мне кажется, что Кевин слишком вольно себя ведет по отношению к тебе.
— Ни капли, — пожала плечами Адель, — он хороший, но потерянный парень. Еще слишком молод и не повидал жизнь.
Она опустила взгляд на стол, слегка поежившись. Хотелось подойти и обнять, но Марко сдержался. Он выпил кофе залпом, желая уже уйти — надо было звонить Майе. Но в тоже время хотелось остаться здесь надолго, просто сидеть на мягком кресле и любоваться этой девушкой. Почему он не человек-невидимка?
— Спасибо за Кевина, — прошептала Адель, — я знаю, что он тебе не нравится.
Да, он ему не нравится, потому что нравится ей. Или самое отвратительное — она нравится Кевину. Так с чего он должен нравится Марко? Промолчав насчет этого, Марко прошел к двери и напоследок обернулся:
— Адель, прошу тебя, если у тебя или у кого-то из экипажа или пассажиров происходят проблему — сообщайте мне, так мы быстрее их решим.
Она мило улыбнулась, ощущая себя защищенной, без единой проблемы, встала на цыпочки и коснулась губами уголка его губ. Этот поцелуй был благодарностью и говорил больше, чем любые слова.
  
Глава 24
 
Адель так и не посмотрела французский город в Канаде, не было времени. Она лишь видела высокие здания современной постройки, пока автобус их вез в аэропорт. Монреаль ни капли не похож на Париж, хотя очень близко к ее сердцу: в этом городе звучала французская речь и на душе было спокойно. Или было спокойно, потому что Марко заступился за Кевина, который с поникшим видом сидел в автобусе молча? Он впервые молчал. Зато говорила Саманья:
— Ты пол собак отличать не умеешь?
Он лишь сделал недовольное лицо, видимо, разговоры про собаку ему изрядно надоели.
— Мне было не до пола, я думал о другом, а тут повстречалась точно такая же Жозефина, мне даже в голову не пришло, что это может быть кобель.
— Я рада, что теперь одно кресло в моем салоне свободно.
— В моем свободно два, — подхватила разговор Эмма, вспомнив Анну и ее мужа.
— Хватит! — Вставил Марко, — молитесь, чтобы остальные пассажиры были живы и здоровы!
— Молимся, — улыбнулась Саманья, — но еще бы избавиться от Авроры.
Марко окинул ее взглядом, не желая это комментировать. Путешествие только началось, а он уже устал писать объяснительные и оправдываться перед руководством. В его летной практике чего только не было, но чтобы терять пассажиров один за другим — такое впервые. И как отреагирует пресса? Хотя это не его проблема, но резкий негатив к их авиакомпании может оставить весь экипаж без работы.
Следующая остановка Майями, но Адель уже ждала Францию, которая по плану следом.
Полет ночной, что радовало: после длинной экскурсии явно пассажиры устали и будут спать. Кевин молился, чтобы у Натали не было сил кричать и вновь обвинять его в убийстве Жозефины. Новую собаку пришлось вернуть старому хозяину, новая хозяйка наотрез отказалась от такого «подарка».
— Жалуйся на них! — Возмутилась Аврора, когда зашла на борт самолета и встретилась с улыбающимися стюардессами. Она окинула их недовольным взглядом, — они знают только такой подход.
Она прошла на свое место, а следом плелась плачущая Натали. Она прикладывала платок ко рту, чтобы подавить рыдания, а когда увидела пустое место Жозефины, то расплакалась навзрыд. Даже угрюмый мужчина недовольно взглянул на нее и нахмурился, отчего его вид стал еще более угрюмым.
 
Кевина отправили отдыхать в комнату для бортпроводников, чтобы у Натали при виде него не случился сердечный приступ. Это было распоряжение Марко. На его место встал Фритц.
— Он же не будет вечно прятаться? — Поинтересовалась у капитана Тора.
— Пусть хоть этот полет пройдет в штатном режиме, — его ответ был тверд. И вообще Марко тоже был угрюм, почти как тот мужчина. Не разговаривал, был погружен в свои мысли.
— Кевин доконал не только Натали, но и Марко, — прокомментировала это Саманья Адель, которая готовилась к взлету, села на свое законное место возле двери. Она тоже заметила это, Марко даже ни разу не взглянул на нее. Зато с Майей они разговаривали долго и эмоционально. Казалось, что даже на повышенных тонах. Она упрекнула капитана, что в штат сотрудников набрали неучей и бездельников, которые хотят заработать любым путем. Марко ей ответил взглядом, зло просверлил на ней дыру, но ответ был более сдержан:
— Все хотят заработать, даже ты здесь для этого.
После этого Майя села на свое место, а Тора улыбнулась, проводив ее довольным взглядом.
Обстановка была накалена, это ощущалось даже в воздухе.
— Сложно работать в таком режиме, — произнесла Саманье Адель, — на коротких рейсах ты больше не встретишь этих же пассажиров. А тут бок о бок целый месяц.
— Согласна, — кивнула та, — это минус.
Радовал мистер Хоффман, который не кричал и ничего не требовал. Пока все пассажиры спали, он показывал Адель фотографии Монреаля.
— Здесь тоже много соборов в стиле барокко.
Адель рассматривала эти фотографии и жалела, что так и не увидела того, что было спрятано за современными постройками. Где-то есть маленький Париж, который скрыт в сердце Монреаля.
Она отдала фотоаппарат мистеру Хоффману и еще раз окинула взглядом свой салон, замечая странность в кабинке Пьера Дюссо. Там что-то шевелилось, накрытое одеялом. «Это» было большим и подпрыгивало то вверх, то вниз. Даже стало волнительно, она уже боялась, что Пьеру плохо. Но как же это не замечает его новоиспеченная жена? Адель взглянула на кабинку Амелии и пришла в ужас — она была пуста!
— Дева Мария, — прошептала она, округлив глаза, понимая, что творится в кабинке ее мужа. Свет был потушен, но неоновая подсветка не скрыла образы молодожен и их интимную близость.
Адель кинулась на кухню, не зная, что делать в такой ситуации. Хоть бы Тора была на месте. Но залетев внутрь, обнаружила там только Саманью:
— В моем салоне секс, — прошептала Адель, — секс! Молодожёны занимаются сексом посреди салона!
Подруга сначала не поверила, но когда выглянула в салон, то зажала рот рукой и расхохоталась.
— Чего ты смеешься? Они нарушают два правила: нельзя сидеть двоим на одном кресле…
— Они не сидят, — смеялась Саманья, — они занимаются любовью!
— Тут они нарушают второе правило! Где Тора? У тебя были подобные случаи? Что мне делать?
— Подожди, — пыталась утихомирить ее Саманья, — не паникую, может быстренько закончат и разойдутся?
— Ты издеваешься? Хочешь, чтобы Аврора это заметила и накатала еще одну жалобу?
Наступило молчание, обе девушки подумали о Марко. Еще один конфликт он не переживет.
— У меня был случай, когда я открыла туалетную комнату, а там парочка… Ну в общем делают это дело и ничего не замечают. Я, конечно, их разогнала, сказала, что пожалуюсь капитану и их снимут с рейса.
— Боже мой! Мы не можем лишиться еще двоих пассажиров, — произнесла в панике Адель, — к концу марафона мы прилетим пустыми, без пассажиров.
 
Это было смешно, но грустного было больше.
— Иди и разними их, — посоветовала Саманья, — вылей на них стакан воды, вроде так собак разнимают.
Адель нервно засмеялась, представляя эту картину. Ну почему это творится в ее салоне? Лучше бы на месте молодожен была Аврора. Вот бы экипаж на нее написал жалобу.