Грация королевы небес: тайна Адель (СИ)

Марко ненавидел это слово! Адель никогда не была любовницей, она была любимой женщиной, а это большая разница. Но Патриции нечего боятся, он не приблизится к своей стюардессе и не причинит ей новую боль.
В гостиницу Марко пришел поздно, когда совсем замерз на улице. Стукнул кулаком по кнопке вызова лифта, и двери тут же открылись.
— Капитан, — на него смотрел один из стюардов его экипажа. Марко еще не успел познакомиться с ними со всеми.
— Прошу прощения, забыл имя. Вернее будет сказать — я его не знал, — прямолинейность Марко удивила стюарда и он протянул руку.
— Кевин.
— Марко.
Они устало пожали друг другу руки.
— Как прошел вечер?
— Они классно придумали шоу с танцовщицами, — усмехнулся Кевин, — все прошло достойно. Жаль, что вы ушли.
Двери распахнулись на нужном этаже, и Марко вышел:
— Люблю тишину.
Кевин кивнул, слегка улыбнувшись, и двери стали закрываться, но он остановил их рукой:
— Они зря позвали прессу, надо было сделать вечер закрытым.
Марко молча кивнул и направился в свой номер. Сколько прессы ему еще предстоит пережить. А этот стюард не промах! Он много помнит, скорее всего то, как неугомонная пресса гонялась за капитаном сгоревшего Боинга. А еще он крутится рядом с Адель! И это нервирует. Марко открыл дверь и вошел в номер, скидывая куртку и кидая ее на кровать. Тут же снова раздался телефонный звонок, он достал телефон и нажал абонента.
— Я весь вечер пытаюсь тебе дозвониться, — недовольство в голосе Луки ощущалось очень ярко.
— Чтобы позлорадствовать?
Лука усмехнулся:
— Может, хочу посочувствовать.
— Я тебе не верю. Говори быстрее, мне надо спать, завтра сложный день.
— Ладно, ладно, — голос брата тут же стал более живее, — я хотел сказать, что мама все видела по телевизору, они пол вечера обсуждали с отцом, как предотвратить твою измену.
Марко закатил глаза, надеясь, что этой глупости они не сказали Патриции.
— И пришли к выводу, если ты вернешься к мальтийке и бросишь Патрицию, то они от тебя откажутся.
Марко засмеялся, даже предположить не смел, что окажется все так просто.
— Им совсем на старости лет заняться нечем?
— Ну надо же как-то себя развлекать. Марко, можно тебя попросить?
— Боюсь даже предположить о чем...
— Ты можешь узнать, как поживает Элис...
— Элис? — Удивился Марко, — во-первых: между вами все закончилось, а во-вторых: я не думаю, что Адель будет любезничать со мной и рассказывать о личном своей семьи.
Лука вздохнул, слыша третий вариант:
— И у тебя есть Лилиана, на которой ты собрался жениться. Ты либо женись, либо интересуйся бывшей.
— Я посмотрю на тебя, братец, что скажешь ты о своей жизни через месяц.
— Давай, давай, — съязвил Марко, — уверяю, моя жизни не изменится, у меня жена и дочь.
Лука хихикнул, попрощался и отключил абонента. Все, больше Марко трубку не брал. Лишь позвонил Патриции, успокоил ее тем, что даже на празднике не был. Услышав такое, ее голос смягчился:
— Мы с Фаби скучаем.
— Я тоже по вам скучаю.
Но как только Марко отключился, то сразу вспомнил об Адель. Это будет сложная битва с самим собой, но радует то, что она его ненавидит и всегда поставит на место.
Спать он ложился, думая уже о работе: завтра их всех привезут в аэропорт к самолету для знакомства. Тоже можно было пропустить этот момент, Марко его уже видел. Но будет некрасиво избегать свой экипаж второй день. Рано или поздно ему придется начать работать с Адель, смотреть ей в глаза и разговаривать. Надо дать себе установку — ничего личного! Только работа!
Адель ушла с праздника раньше всех: переволновалась и праздновать совсем не хотелось. Придя в свой номер, она набрала по телефону Элис и просто молчала. Зато та не молчала. Адель чего только не выслушала про Марко, Луку и всю семью дель Боско.
— Лука тут вообще ни при чем, смею напомнить, что это ты его бросила, — произнесла Адель, но Элис ее не слышала. У нее виноваты были все кругом! Даже Рикардо вставил пару «ласковых» слов, хотя его никто не спрашивал.
Ночь прошла в попытках настроить себя на работу. Надо было выкинуть Марко из головы, выполнять свои функции стюардессы, зарабатывать деньги. Кстати, потом она купит дом и уволится, и Марко навсегда исчезнет из ее жизни. За три года она налетается вдоволь в авиакомпании «Charlemagne», потом найдет другую работу.
 
Она спустилась к завтраку, увидев за одним столом почти всех своих коллег. Заспанных, но пытающихся проснуться чашкой кофе.
— Доброе утро, — она села рядом с Саманьей, и та ее обняла.
— Зря ты ушла рано, вторая половина ночи была жаркая.
— Я не люблю жару, — усмехнулась Адель, испытывая к Саманье теплые чувства. За вчерашний вечер она узнала всех, но им предстоит еще месяц быть в одном коллективе, чтобы узнать всех еще лучше.
Больше всех ей симпатизировала Саманья и именно тем, что была дружелюбная и яркая. Ее запоминаешь сразу. Кевин не в счет, Адель с ним уже хорошо сдружилась, чтобы быть более откровенной. Хотя она о себе мало рассказывала, лишь только то, что можно знать и не более.
За столик к ним подсел второй пилот Ханс Беккер — молчаливый, симпатичный блондин, на которого сразу запала Барби — Арани.
— Хорошо, что мы сегодня никуда не летим, — прокомментировала его вид Эмма, поправив очки. В школе она точно была отличницей, хотелось бы ее спросить, почему она не пошла работать в Исследовательский институт, но на это еще будет время.
Все захихикали, даже Адель улыбнулась, но зато Ханс посмотрел на всех очень грустно и закатил глаза:
— Именно поэтому они устроили праздник вчера.
— Сегодня все такие, — засмеялся Кевин, желая поправить галстук, но поняв, что его нет, — черт, я забыл надеть галстук.
Все снова засмеялись.
— Хорошо, штаны надел, — заглянула под стол Саманья.
Вот только мусульманка Хадия старалась не уподобляться глупым шуткам, скромно опустив глаза. Хватит и того, что она сняла платок ради участия в этом проекте. Но каждый месяц теперь будет вымаливать грехи.
— Аллах, что вы такое говорите!
— Привыкнешь, — засмеялась Арани, — когда увидишь Кевина без штанов.
Все снова засмеялись, кто-то застонал от головной боли, а за столом послышалось:
— Доброе утро.
Марко присоединился именно к этому столику, хотя не думал, что все сядут вместе. Уже сплотились! И замолчали при виде него! Улыбка спала почти у всех, кого он обвел взглядом.
— Я не кусаюсь, — произнес он, не желая сейчас смотреть на Адель, хотя видел ее прекрасно, пока шел сюда. А шел медленно, чтобы рассмотреть получше. Что-то в ней изменилось, она стала взрослой, гордой. Хотя, она была взрослой не по годам еще пять лет тому назад. Внешне она тоже изменилась, ее тело стало более округлое. Он прекрасно помнил ее тело.
— Доброе утро, капитан, — бодро сказала Тора, — среди всех нас вы один выглядите человеком. Можно даже лететь сегодня.
Ханс снова закатил глаза и улыбнулся, протягивая Марко руку:
— Вчера погуляли очень хорошо.
— Отлично, — улыбнулся Марко, ему никогда не предстояло возможности работать в одном экипаже долгое время. Он не знал какого это, но надо было начинать рулить всеми уже сейчас, — вы знаете кто я, но я еще не знаком с вами. Завтрак самое время, чтобы начать делать это.
— Вы всех не запомните с первого раза, — Эмма снова поправила очки.
— Я запоминаю с первого раза то, что мне говорят диспетчеры, а это гораздо больше информации чем имена.
— Тоже верно, у пилотов хорошая память, — Тора хлопнула в ладоши и все внимание устремилось на нее, — Марко, я ваша старшая стюардесса, меня зовут Тора. Если вы хотите кофе или обед, а также, поругать кого-то из экипажа, то милости прошу ко мне.
 
Марко усмехнулся и кивнул:
— Буду иметь в виду, особенно насчет еды.
— А я Саманья, — тут же вставила чернокожая девушка, — меня ругать не надо.
— Меня тоже, — пискнула азиатская девушка, — я Дав. Каждую ругань я принимаю близко к сердцу.