Графиня (СИ)

Не сегодня точно!
А потом он увел меня к себе и целовал так нежно, что я млела в его объятиях, ощущая себя бесценным сокровищем. Шептал ласковые слова, от которых горели уши и алели щеки, но я слушала их так жадно, что не простила бы, если б перестал.
Раздевал. Сам…
Никуда не торопясь, словно впереди у нас вечность. Лаская не только кончиками пальцев, но и взглядом. Обнимая не только ладонями, но и аурой.
  
Раскрываясь навстречу и не пряча ничего. Не таясь. Не стесняясь. Не боясь.
Это было волшебно!
Совершенно иной уровень доверия, нежности и страсти!
Это была уже не любовь.
Это было… Нечто большее! Чему я просто не знала названия!
А может… Наоборот? Может именно это и была любовь?
Та самая. Правильная. Настоящая!
* * *
— С-с-сука!
Бокал с недопитым виски отправился в стену и разлетелся вдребезги.
— Тварь!
Туда же отправилась и бутылка с остатками алкоголя, которого он выпил сегодня неприлично много, но облегчения это не приносило.
— Мразь!
Гневный взгляд достался нервно сжавшейся в углу элитной шлюхе, которая битый час старательно вертела перед ним задницей и другими элитным прелестями стоимостью сотка в час.
Сотка тысяч, если что!
И всё без толку!
Мало того, что он не ощутил даже толику возбуждения, что бесило уже не на шутку, так и слова этой мелкой дряни всё не шли из головы. Он старался… Видят стихии, он старался! Унижался. Выполнял волю отца!
Но это уже за гранью. Предпочесть его… Этому… выродку…
— Ты у меня в ногах ползать будешь, маленькая дрянь… пятки лизать… умолять о снисхождении и том, чтобы я тебя трахнул! — прошипел, пребывая в своих мечтах и не замечая, как проститутка, не выдержав энергетического напряжения, сгустившегося в комнате, закатив глаза, теряет сознание.
Как из её носа течет кровь. Как её покидает жизнь…
Его это не интересует.
У него другая цель.
— Барам? Приветствую. Как дела, дружище? Есть для тебя работа…
* * *
Это утро отличалось от многих прочих совсем не тем, что началось для меня ближе к одиннадцати.
И не тем, что я встретила его в кровати не одна.
И даже не тем, что началось с поцелуя.
Сладкого. Томного. Многообещающего…
Это утро едва ли не впервые в обеих жизнях было качественно иным. Я была счастлива!
Уверена в себе. В своём мужчине. В том, что это наше первое, но далеко не последнее утро. Одно из многих!
— Доброе утро, — с улыбкой произнёс Егор, ласково целуя в губы примерно час спустя, когда мир перестал кружиться и я смогла нормально дышать, вернувшись из путешествия в страну наслаждений.
— Доброе утро, мой любимый почти муж, — пробормотала я, со смаком пробуя каждое слово на вкус и находя их великолепными.
— М-м… повтори.
— Любимый. М-м, пока ещё жених, — рассмеялась я и коротко чмокнула его в губы.
— Тоже неплохо, — расплылся в хитрой ухмылке Стужев и по очереди поцеловал сначала одну грудь, затем вторую, после этого плавно скользнув ниже и поцеловав живот. — Как у нас дела?
— Ты разговаривает со мной или с моим пупком? — рассмеялась снова.
— С вами обоими, — с умным видом заявил Егор. — С тобой и нашим ребенком, дорогая моя почти жена. Итак?
— Хм, давай посмотрим… — Прикусив губу, я нырнула в себя, вместе с тем кладя руку на мужскую ладонь и раскрываясь перед Егором, чтобы он тоже всё увидел, и моментально разулыбалась. — Поздравляю, папочка, наша крошечка добралась до центральной станции. Думаю, завтра утром определится с местом, где закрепится и будет расти следующие девять месяцев.
— Фантастика…
Егор гулко сглотнул и поднял на меня сияющий взгляд.
— Поль, это так… здорово! Просто нереально! Видеть всё буквально с первых дней! Это так… Черт, у меня слов нет! Я просто дико счастлив! А ты?
— И я, — улыбнулась, когда он вернулся ко мне на подушки и прижалась крепко-крепко, стараясь в этот момент не думать о том, как на самом деле мне тревожно и страшно.
Но это другое. С этим мы справимся. Вместе точно!
— По-оль?
— М-м?
— Мне кажется, ты не договариваешь.
— О, да ты въедливый зануда, оказывается? — фыркнула, щурясь, когда Егор отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо.
— Да, есть грешок, — хмыкнул, не прекращая пытливо высматривать в моих глазах ответ на свой вопрос. — Так что? Расскажи. Я пойму, честно. И всё исправлю. Всё решу. Я серьезно.
— Я знаю, — улыбнулась, но с долей грусти. — Но… Ладно. Давай только оденемся и позавтракаем, есть хочу. А коротким разговор не получится.
— Завтрак, точно! Завтраком тебе пренебрегать нельзя, моя чуть-чуть беременная почти жена, — предельно серьезно заявил Стужев, но я всё равно хрюкнула над тем, как забавно это прозвучало. — Давай, умывайся, одевайся, а я пока принесу завтрак.
— Принесешь? — удивилась.
— Да, сюда, — кивнул и хитро улыбнулся. — Хочу позавтракать с тобой. Всё, давай.
И, коротко чмокнув меня в губы, в два счета натянул футболку-штаны и умчался прочь. Ну просто Супермен с моторчиком в одном месте! Карлсон практически!
Хихикнув на забавную ассоциацию, тоже не стала разлеживаться, собрав с пола свою одежду и перейдя сначала в свою спальню, а затем и гардеробную, минуя санузел. Там, поцокав над размазавшейся тушью (ну точно панда!), привела себя в порядок и выбрала на этот день простое домашнее платье. Удобное, трикотажное. Кстати, новое и не самое дешевое, так что если кто и нагрянет нежданно-негаданно в гости, то лицом в грязь не ударю.
Сняла серьги, волосы убрала в хвост, полюбовалась новым колечком, счастливо щурясь, и вернулась в спальню Егора. Он уже был там, накрывая чайный столик самым разным. Тут была и каша, и бутерброды с ветчиной, и оладьи с вареньем в отдельной мисочке, и чайничек с ароматным чаем. И даже нежно розовая роза в узкой вазочке.
— М-м, да ты романтик, — не удержалась от замечания, счастливо щурясь, когда меня перехватили за талию и сладко поцеловали.
— Да. И что?
— Ничего. Мне нравится. Продолжай.
— С радостью.
Рассмеявшись, я позволила усадить себя в кресло и мы с аппетитом позавтракали, то и дело хитро переглядываясь и улыбаясь друг другу. Но когда поели и я вспомнила, о чем мы хотели поговорить, то резко посерьезнела, вздохнула и начала с главного.
— Егор, помнишь, ты говорил, что умеешь сканировать пространство?
— Да, конечно.
— Я… тоже смогла. Ненадолго. Когда впитала третье ментальное ядро. В тот миг меня выкинуло из тела и я увидела мир. Ему плохо. Очень плохо. Зараза уже везде. Это как… — я пыталась подобрать нужные слова и меня вдруг осенило, — как грибница! Её споры уже опутали весь мир, сильнее всего разросшись в тех местах, где живут люди. Думаю, она питается магией. Либо чем-то, что окружает людей. Не знаю, пока не знаю. Но важно другое! Разломы — это грибы. Итог роста грибницы. Чем дольше зреет гриб, тем мощнее разлом. Проблема в том, что этих грибов всё больше и они зреют уже давно. И совсем скоро… Совсем скоро! — Я тоном выделила эту фразу. — Они начнут открываться в нашем мире. Одновременно. Все разом! Уже не разломами, уже не внутри аномалий, а снаружи. Понимаешь? Тысячи. Десятки тысяч! Всего через несколько лет. Я… — судорожно облизнув губы, невольно прикрыла живот рукой, — я этого боюсь. Это будет конец всему. Понимаешь?
— Уверена? — Стужев нахмурился и потер пальцами висок.
— Да. Абсолютно. Но это не всё. Мы вчера разговаривали с Димой, он… — я неуверенно дернула плечом, — тоже чует. Не знаю, как, но чует. Разломы и их готовность открыться. Он говорит, что рядом с особняком больше нет напряжения. Как будто все разломы, какие тут были, уже открылись, и пространство очистилось. И я подумала, — от волнения пересохли губы и я судорожно их облизнула, — что если я не только катализатор их открытия, но и нечто другое? Что если мое присутствие не только вынуждает появляться разломы, но и чистит пространство? Да, я понимаю, — произнесла торопливо, — что это предположение наобум, и пока я никак не могу это подтвердить, но мне это важно! Понимаешь? Я не хочу, чтобы мой ребенок погиб, только родившись!