Графиня (СИ)
— Думаете, не справимся? — Я с вызовом задрала бровь. — Это мы то с вами?
Озадаченно хмыкнув, Док вдруг коротко хохотнул и приобнял меня за плечи.
— Действительно, чего это я? Да чтобы мы и не справились? Да хрена с два! Идемте, Полиночка, обрадуем остальных. Кого, кстати, привлечем?
— Владимира точно, — кивнула своим мыслям. — Петра скорее всего. Возможно, Вахтанга, Давида, Сергея и даже Ярослава. В общем, всех ведущих специалистов госпиталя. Просто и быстро точно не будет, иначе бы нам даже не позвонили. И всё же я удивлена. Почему мы? Императору служат лучшие, как минимум три ультры только персонально семье. И вдруг мы? Почему?
— Подозреваю, все их пресловутые ультры уже вынесли свой вердикт, — скривился Савелий. — Наверняка прогнозы неутешительные.
— Император так наивен, что хватается за призрачный шанс в нашем лице? Или… — Я покосилась на спутника. — Он знает о том, что мы выращиваем конечности?
— Знает, — едва заметно поморщился Док. — Через Ибрагимова. Тот был знаком с Ярославом и знал, что Демидов стал калекой. А увидев его в вашем госпитале в свой недавний визит, вызвал к себе, ну и… В общем, наверху всё знают. Под грифом секретно.
— Ясно. — Я цокнула с легкой досадой. — Следовало ожидать. А мне почему не сказали?
— Да, как-то… — Савелий развел руками с виноватым выражением лица, но я всё равно сильно не сердилась, понимая, что шила в мешке не утаишь.
Тем более мы всё равно собирались чинить бойцов без стоп и кистей рук, находящихся в нашем центре.
Что ж, будем тренироваться на цесаревне!
Привезли её, кстати, чуть раньше обещанного, где-то через час сорок.
Это был полноценный кортеж из трех машин: две машины сопровождения с мигалками и охраной, и реанимобиль последнего поколения, который я встретила у крыльца приемного отделения. Хотя зачем, если она под действием артефакта? Непонятно.
Помимо охраны пациентку сопровождал лично Ибрагимов и два целителя лет шестидесяти, но мне их высокомерные рожи не понравились сразу и я поставила категоричное условие: с чужими целителями я работать не буду. Пациентка сложная, в критическом состоянии, важна каждая секунда, а к новым людям ещё приноровиться надо. Тогда как у меня команда слаженная, все знают, что делать и не подведут.
— Уверены? — напряженно прищурился генерал.
— Более чем, — заявила я твердо, не обращая ни малейшего внимания на кривящиеся губы обоих целителей. — Кстати, доверять целителю, у которого начальная стадия подагры и высокий сахар, я бы не стала.
По губам генерала скользнула едва заметная улыбка, больше похожая на вымученную, но он кивнул, принимая мои аргументы, и просто приказал целителям:
— Господа, вы свободны.
— Выскочка, — едва слышно прошипел один.
— Бездарь без образования, — вставил свою реплику второй.
— Господа! — Тон генерала моментально заледенел, как и воздух вокруг. — Вашего мнения никто не спрашивал! И в отличие от вас, госпиталь графини Ржевской каждую неделю спасает жизни не менее чем десяти безнадежно покалеченным бойцам! Чем вы точно похвастать не можете. О вашем недостойном поведении будет доложено императору! И не думайте, что я смягчу своё мнение о вас!
Оба скривились, но извиняться не стали. Зато хотя бы отошли и не мешали двум бравым воякам выкатить из реанимобиля полноценный саркофаг, внутри которого лежала… кхм, скажем так, пациентка. Пускай бортики этого любопытного саркофага были матовыми, я первым делом заглянула сверху сквозь прозрачную крышку, и то, что увидела, не вызвало у меня особого энтузиазма.
Пострадала она действительно о-очень сильно.
Нет носа, левой щеки и верхней губы. Поврежден левый глаз. Лоскутами вспорот живот и видно, что кишки собраны, но явно не все. Нет левой руки и полностью левой ноги. Раскурочен таз. Не факт, что на месте мочевой и матка. Правой ноги нет по колено.
Ну-у… Торс на месте — уже хорошо.
— Что скажете? — тихо спросил меня генерал, когда я изучила пациентку от и до, заодно отмечая, что глубокую кому с эффектом стазиса обеспечивает маленький артефакт, вшитый под кожу в районе верхнего шейного отдела позвонков.
— А конечности вы с собой случайно не прихватили?
Генерал посмотрел на меня, как не немножечко больную, и отрицательно качнул головой.
— Жаль. Но не страшно. Вы мне, главное, её фото предоставьте, чтобы я знала, какой формы нос делать. Длина ног, размер стопы и всё в таком роде. Есть?
— Да, конечно, — торопливо заверил меня Ибрагимов, моментально воспряв духом и протягивая мне папку, которую до этого обнимал, как самое ценное. — Всё тут. И вот тут распишитесь, пожалуйста.
Пробежавшись глазами по документу, который мне протянули, я поняла, что мне дают на подпись бумаги государственного значения, по которым я беру на себя всю ответственность за жизнь и здоровье цесаревны, а ещё не буду распространяться об этом друзьям-коллегам-родным и особенно в СМИ. Ага, понятно. Странно, что нет санкций, но… Общий посыл ясен.
И я расписалась. Ну а как иначе?
— Держите. Вы домой или будете ждать до победного?
— Ждать.
— Тогда приглашаю в гости, — улыбнулась скупо. — В особняке есть гостевая комната, можете расположиться там. По всем вопросам обращайтесь к моей экономке Ульяне. Ну или к Стужеву, если увидите первым.
Покосилась на целителей, которые отошли, но не сильно далеко, и снова взглянула генералу в глаза.
— Но только вы.
— Спасибо, ваше сиятельство, — благодарно, но с достоинством кивнул мне Ибрагимов. — Пожалуйста, держите меня в курсе происходящего. Буду рад звонку хотя бы раз в час или два. Император просил отчитываться как можно чаще.
— Вот знаете, не обещаю, — качнула головой. — Когда мы в процессе, там не до звонков. Но я постараюсь.
На этом наша беседа подошла к концу, после чего я разрешила сопровождающим катить саркофаг дальше, по дороге узнав у присоединившегося к нам Савелия, что это артефактный медбокс последнего поколения, который обеспечивает тяжело раненым дополнительный стазис, если вдруг откажет основной, и в целом создает максимально щадящие условия для транспортировки пациента куда-либо. В нем, кстати, тело может находиться без помощи до месяца.
— И прошло, кстати… Уже четыре дня, — озадаченно хмыкнул Савелий, когда мы добрались до операционной и все посторонние покинули помещение, а остальные сгрудились вокруг пациентки. — Теперь ясно, почему обратились к нам. Не сразу, нет…
— Тем более не понимаю, — нахмурилась я, всматриваясь в девушку сильнее. — Могли хотя бы внутренности промыть и зашить. Императорские ультры вообще работать не умеют?
— Подозреваю, дело в том, что не хватает как минимум обеих почек, мочевого и поджелудочной, — пробормотал японец, внимательно всматриваясь вглубь пациентки. — Целители даже ультра класса с нуля такое не восстановят. А импланты на настолько искалеченное тело не приживутся. Верная смерть. К тому же мне не нравится процент отравления организма гнилостными бактериями. Оцените цвет толстой кишки. Ко всему прочему есть у меня некоторое подозрение на нарушение ментального здоровья. Плюс сбой в работе защитного артефакта…
В общем, совместными усилиями мы выяснили, что пациент жив исключительно чудом — отклонений от нормы просто тьма и это помимо отсутствующего лица и конечностей.
Восстанавливать решили поэтапно, причем сначала собрали полный анамнез, сделали не менее полусотни фото (для медкарты), изучили содержимое папочки, которую мне передал Ибрагимов, и я порадовалась, что там есть очень качественные фото девушки (и фас, и профиль), а ещё описание всего, чего только можно, включая подробности даже о том, чем Ольга болела в детстве.
Кстати, магия в ней пробудилась уже не только природная. Я заметила блеск воды, а всмотревшись глубже, увидела почки ветра, тумана и земли. Неплохой набор, гармоничный. Но для меня сейчас бесполезный.
В итоге первым делом мы вынули Ольгу на свой операционный стол и самым обычным хирургическим путем извлекли из девушки артефакт, который и впрямь серьезно мешал нашей работе, а как его выключить, я не знала. После этого секунда в секунду Вахтанг наложил на цесаревну классический целительский стазис и мы начали чистить её поэтапно. Первым делом от бактерий — это была моя главная задача. В это время Владимир и Сидоренко штопали кишки и промывали брюшную полость. Давид контролировал сердце и печень, которую я заставила работать с десятикратным усилием. Савелий подбирал оптимальную концентрацию витаминов и энергетиков для нас и препаратов для Ольги, которые начал вводить постепенно, чтобы я начала выращивать почки и мочевой, периодически заглядывая внутрь себя и сверяясь с образцом.