Двадцать два несчастья (СИ)
— Осторожнее! — выдохнул я, сердце колотилось как бешеное.
Но вместо того, чтобы извиниться, распахнулись дверцы, и из внедорожника высыпали крепкие ребята, которые подошли ко мне с явно недружественными намерениями.
— Епифанов? — не спросил, а обвинил главный из них, высокий плечистый парень, явно злоупотребляющий фитнесом в спортзале и стероидами.
Одеколоном от него несло так, что я чуть не задохнулся.
— Типа того, — нахмурился я и посмотрел на него. — Епиходов.
— Да какая нах разница! — выругался тот.
Неужели Серега еще и этим что-то должен?
Очевидно, мой пристальный взгляд одеколонистый качок воспринял как акт агрессии, потому что еще больше набычился:
— Я Руслан, жених Лейлы, которую ты, скотина, чуть не зарезал в больнице! — вызверился он, чуть не обрызгав слюной.
— Если бы не я, ты бы уже был вдовцом, а не женихом, — процедил в ответ я, глядя ему прямо в глаза. — Если не веришь, иди в больницу и узнай там, в каком она была состоянии и сколько минут ей оставалось жить! Мне пришлось взять на себя ответственность и поиметь кучу проблем — и все ради того, чтобы спасти жизнь твоей невесты! Если бы стали дожидаться консилиума врачей и бригады из других больниц, она бы точно или не дожила, или превратилась в овощ! Никто, мать твою, ответственность не хотел брать за ее жизнь, понимаешь? Там счет на минуты шел!
Лицо Руслана вытянулось. Сказанное ему явно не понравилось, но мне уже было все равно. Заколебали!
— А то, что ты сейчас вот это изображаешь передо мной, вообще за гранью! Еще и рассыпали мои вещи — это все вместо благодарности!
— Какая тебе еще благодарность? Ты, алкаш! Ты уже трех пациентов залечил, скотина! — опять вылупился он на меня. — Тебя же выпнули нах из больнички!
— Это еще надо доказать! — брякнул я и вдруг сам удивился своим словам. — То, что меня уволили, опять же, — это не твое дело. И в-третьих, если у тебя такие сомнения, никто не мешает поехать в Москву, в клинику академика Ройтберга, и взять там заключение по результатам операции. И вот когда врачи скажут, где я был неправ, тогда и будешь на меня наезжать. А если так, на личных фантазиях, то я на тебя в суд подам!
— Да ты что⁈ Да ты знаешь, кто я? — забыковал он. — Я — Руслан Ахметов!
— Да хоть бы и Кадыров! — зло выпалил я. — Мне все равно, кто ты, потому что тут я прав, а ты — нет. Я знаю, кто я, и знаю, что спас человека. Еще знаю, что ваша вот эта вся благодарность выразилась в том, что из-за вас меня из больницы уволили и теперь ты мне нервы треплешь! Что ты от меня сейчас хочешь? Она жива? Жива! Если это не так, зарежь меня, убей, а пальцы гнуть передо мной не надо, не на того напал!
Я посмотрел на него, меня переполняла ярость. Он не выдержал первым, отвел взгляд, презрительно сплюнул, а затем пнул одну из баночек БАДов ногой так, что та отлетела, ударившись в столб-тумбу с объявлениями.
От удара баночка раскололась, и пилюли брызнули во все стороны на тротуар, на дорогу, на клумбу… А жених Лейлы еще и прошелся по пути к своему внедорожнику так, чтобы сапогами их все раздавить, все до единой. Остальные мужики молча сели за ним в машину.
Внедорожник, взревев, уехал, напоследок щедро обдав меня грязью из ближайшей лужи.
А я так и остался там стоять, недоумевая, что теперь делать. Кажется, на меня ополчились все, причем на ровном месте. Меня это так задело, что вмиг подскочило давление.
Тренькнула Система и перед глазами высветилась табличка; я глянул и обомлел: ну да, минус полдня жизни.
Внимание! Стрессовая ситуация!
Зафиксировано критическое повышение уровня адреналина и кортизола.
Негативное влияние на сердечно-сосудистую систему!
–11 часов от продолжительности жизни.
Ну спасибо тебе, Лейла, лучше бы я тебя не пожалел тогда! Зачем я вообще за это взялся? Вот так делай людям добрые дела, а потом это все тебе возвращается руганью и проблемами…
Я, как смог, стряхнул брызги грязи с рук и одежды и отправился в спа-салон.
Когда добрался до рабочего места, я уже успокоился. Хрен с ним, с женихом Лейлы Хусаиновой. Правда в этой ситуации на моей стороне, а что там было до меня, буду разбираться по ходу пьесы.
Однако, стоило добраться до седьмого павильона, как я снова неприятно удивился. Там висела табличка, на которой было написано:
'Уважаемые клиенты!
Процедуры, на которые вы записаны, по техническим причинам перенесены в павильон номер 15. Это всего сто метров вправо.
Приносим свои извинения!
Администрация'.
На всякий случай я сфоткал эту табличку на телефон и отправился прямиком к менеджеру разбираться. Он опять сидел на своем месте и записывал что-то в брендовый блокнотик.
— Здравствуйте, — начал я. — А что это за объявление такое на седьмом салоне висит? Вы меня переводите в пятнадцатый, что ли? Почему мне не сказали вчера?
— Нет, сейчас этих клиентов возьмет уважаемый Карун. Он обещал выручить нас.
— Не понял? В каком смысле выручить? А как же я?
— Мы выяснили, что вы не являетесь профессиональным массажистом, и у вас нет никаких документов. Поэтому радуйтесь, что мы вас хотя бы до суда не довели, и уходите отсюда поскорее, пожалуйста, — ответил он и отвел взгляд.
— У меня вообще-то есть диплом ВУЗа, а это, между прочим, высшее медицинское образование, — тихо сказал я. — Более того, я оперирующий хирург.
— Но диплома массажиста у вас нет, — покачал головой менеджер и криво ухмыльнулся.
«А у этого псевдо-реечного Каруна есть, что ли?» — хотел спросить я, но промолчал. Потому что здесь действительно крыть мне было нечем. Диплома массажиста у Сергея действительно не имелось. Поэтому я молча развернулся и, не прощаясь, ушел.
Ну все так-то. Все! Я отрубил себе все пути к отступлению. БАДов у меня больше нет. С массажем тоже ничего не вышло. Полный провал. И что делать? Не знаю. Идти домой — там опять убираться, бегать с Татьяной по парку? А работать где? Я вздохнул.
Нет, не привык я сидеть сложа руки, и пассивное бездействие меня категорически не устраивало. Поэтому оставался единственный вариант — ехать в Москву и пытаться снять там свои деньги, пока не вернулась Ира и не обнаружила все мои заначки: и натуральные, и цифровые.
А с деньгами дело явно пойдет веселей. В крайнем случае те же курсы массажистов можно закончить и не думать, что намазать на хлеб во время учебы.
Дома я через сайт купил билет на самолет до Москвы, быстренько пересмотрел и распихал продукты, вынес мусор, взял Валеру с коробочкой и отправился к соседке.
Татьяна была на работе, поэтому я пихнул коробку с Валерой растерявшемуся Степану, велел того кормить и не баловать, написал на бумажке, сколько раз, положил в коробочку мазь от лишая, запретил его пока гладить и выпускать из коробки, а сам отправился в аэропорт.
* * *Я ехал на электричке к аэропорту и улыбался. Мысль о том, что уже к вечеру я верну себе свои деньги, «нажитые непосильным трудом, хе-хе», грела душу.
Да, ситуация отчасти напоминала известный анекдот, когда чувак купил грязное яблоко за рубль, помыл его и продал за два, на эти деньги купил два грязных яблока, помыл и продал за четыре, потом еще и еще… И так он пахал целых две недели, а потом у него умер двоюродный дядюшка в Израиле и оставил ему в наследство миллионы, вертолет и личный остров в Карибском бассейне.
У меня, конечно, не миллионы (хотя почему это нет? Таки кое-что имеется) и вертолета с островом нет, но зато на такие средства встать на ноги будет довольно легко.
Я уже предвкушал, как сделаю ремонт в квартире (а может, и новую квартиру куплю), обязательно присмотрю новую машину и пролечусь в лучшем санатории. И как раз раздумывал над важной проблемой, а какое место лучше?