Новая история Арды (СИ)
— Морьо? — прошептала дева, увидев вместо зелёной стены кустарника вполне довольного собой нолдо. Ей хотелось сломя голову броситься к нему, но внезапно одеревеневшие ноги отказались ей служить. — Морьо!
— Лети! — в один удар сердца Карантир оказался возле любимой и, подхватив её на руки, понял, как скучал по ней всё это время.
— Что это ты здесь устроил? — Летиция хихикнула, заметив сучки, торчавшие из волос Морифинвэ. — А тебе идут рожки.
— Я? — внезапно охрипшим голосом ответил Мрачный, краем глаза наблюдая романтичную встречу Курво с Лехтэ. — Ничего я не устраивал, это всё они, заразы такие…
Кивнув куда-то в кусты, с запозданием подумал, что, наверно, надо бы вежливо поинтересоваться у невесты, какова была дорога и как Лети понравились ее спутники, но Морьо и в лучшем своём состоянии не всегда снисходил до изящных фраз. Поэтому сейчас он дико оскалился в ответ и прижал невесту к себе - так сильно, как только мог.
— Это лесное рогатое чудище, которое по тебе очень сильно соскучилось! А ещё я услышал твоё осанвэ!
Лети доверчиво обвила руками его шею.
— Чудище, осторожнее! Ты сейчас раздавишь меня, нас…
— Прости, я больше не буду, — Карантир чуть ослабил стальную хватку, но продолжил держать деву на руках, не обращая внимания на суету вокруг. Дружно стуча топорами с двух сторон колючего тоннеля, эльфы расчистили последний участок дороги, и с недоумением уставились друг на друга.
— Мори… Как хорошо, что ты рядом, я по тебе тоже очень скучала, — нежно поцеловав его в щёку, Летиция начала осторожно выбирать сучки и мелкие колючие веточки из его всклокоченной шевелюры и распутывать длинные тёмные локоны.
Неожиданно Карантира посетила шальная мысль, частично порожденная долгой «борьбой», частично - давними разговорами.
— Погоди, Лети, — глухо заговорил он, в упор глядя на уютно устроившуюся в его объятиях девушку. — Послушай. Отец мне уже говорил… Тьфу ты, не так! Кусты эти проклятые… Да причем они тут, причем всё тут! Я… — дыхание начало предательски сбиваться, волосы лезли в лицо, и Карантиру показалось, что сцена была на редкость дикой - как лес вокруг. — Я так решил, да и всё. Станешь ли ты женой лесного страшилища, чудища с топором?
Последовала пауза… дева замерла с протянутой к Морьо рукой.
— Ну? — на бледном лице Карантира проступили багряные пятна. — Я серьёзен, как никогда - давай… узаконим наш брак.
— Что? Ты серьёзно? — на глазах у Лети заблестели слёзы. — Ты не знаешь, но у нас есть старая-престарая сказка «Красавица и чудовище», и сейчас мне твои слова вдруг напомнили это древнее предание. Там девушка встречает превращённого в чудище принца и снимает с него чары поцелуем настоящей любви. Это если вкратце. Мори, скажу тебе по секрету, мне повезло, и в Ирландии я повстречала не чудовище, а принца, которого не надо расколдовывать…
От восторга лорд взревел вовсе не как прекрасный принц, а очень даже как прежняя его сказочная ипостась. Летиция охнула, когда Мрачный выпустил её из своих объятий, и отступила на шаг, с всё возраставшим недоумением наблюдая за диким танцем торжествующего нолдо — несколько кругов галопом и череду причудливых косых кульбитов. Наконец, изнемогая от усталости и счастья, лорд просто рухнул в придорожную траву.
Тьелперинквар вернулся к отряду вместе с родителями, и они вдвоём с Искусником рассказали тирионцам о вставших под флаги Первого Дома авари с Тол-Эрессеа, а тем - о помощи Аулэ и Йаванны, чем прервали тягостное молчание впервые видевших друг друга эльфов. На лицах появились слабые улыбки, вновь исчезнувшие от зрелища дикой пляски лорда. Летиция первой не выдержала, звонко рассмеявшись, за ней - все остальные. Холодок недоверия вмиг исчез от задорного смеха, и тирионский отряд двинулся дальше к Форменосу. Дева сошла с дороги к валявшемуся в траве Карантиру, но не успела присесть рядом с женихом, как тот сцапал любимую в объятия.
— Ты успокоился? — продолжая улыбаться, Лети убрала прядь волос с его лица. — Моё любимое лесное чудище.
Успокоиться? Карантир в жизни не подумал бы, что дикий вихрь в его душе можно унять хоть чем-то. Но совсем пренебрегать рассудком было нельзя — мимо проезжали тирионцы, а рядом с лежащей парой остановилась пролётка, в которой путешествовала беременная Летиция. Совсем незачем задерживать отряд, если можно отправиться дальше вместе. Отправиться — и ликовать всю дорогу, и горланить песни про любовь, не знающую преград, и послать осанвэ отцу, рассказать ему обо всем, нет, лучше чуть позже предстать перед ним сразу с невестой…
— Эхх… — поднявшись с земли, Карантир кое-как отряхнулся и подал руку хохочущей Лети, помогая сесть в карету. — Форменоссэ ждёт нас!
И эльфы двинулись дальше по проторенной с такой страстью дороге. Морифинвэ одной рукой приобнял деву, второй поглаживая её большой живот, и… запел. И весь оставшийся до крепости путь старательно, пусть и не очень умело, распевал хвалы себе и своей будущей прекрасной супруге.
***
— Мори, может хватит? Мне кажется, я не столь хороша, как ты поёшь, — смущённо шептала на ухо эльфа Летиция, сидя рядом с ним и в первый раз задумавшись о предстоящей свадьбе. Она, конечно, мечтала о принце, как и все девочки, но сейчас всё было каким-то слишком сказочным и волшебным. А Карантир, наоборот, ликовал в душе, наконец почувствовав, что Аман реален и по-прежнему прекрасен.
— Не хватит! — Мрачный деланно сурово отвечал на робкие протесты. — И не хватит никогда… Лет, у нас будет такая свадьба, что даже валар обзавидуются! Что? Ты не веришь?
========== Отец ==========
Комментарий к Отец
https://www.youtube.com/watch?v=ZZFRGEmPwjw 1 Hora musica Reiki para curar doenças do corpo e da mente
https://www.youtube.com/watch?v=RAWLVvPDDd8 голос Эру
Мириэль пела. Держа меж ладоней чашку с давно остывшим чаем, Питьо заворожённо следил за тем, как цветные всполохи на полу и стенах превращаются то в щебечущих диковинных птиц, то в немыслимой красоты пейзажи, то начинают круговерть танца. Они сплетались в узоры растущих трав, чьи стебли становились натянутыми струнами, образуя мозаику малахитовых плит, через которые вновь пробивались ростки первой зелени. Струящийся из-под камней свет исподволь преображался в огромные изумрудные крылья бабочек, порхающих над бутоном распускавшегося цветка папоротника…
— Амиллэ!
Дверь широко распахнулась: видения истаяли как дым, а всё пространство вокруг заискрилось от всполохов огня.
— Фэанаро! — из рук Финвэ выпала чаша, вдребезги разлетевшись сотнями тысяч осколков, мгновенно застывших прозрачными каплями медвяной росы.
— Атто? — словно ураган ворвавшись в дом, Пламенный кинулся к родителям. Питьо вскочил на ноги, с улыбкой глядя, как бабушка и дед с двух сторон обнимают отца, а тот пытается заключить в объятия сразу двоих. Восторженно завопив, повис на брате, который смог опередить старших, стрелой влетев в двери почти следом за Фэанаро.
Задорно хохотавшие Амбаруссар оказались со всех сторон окружены руками родных, когда Майтимо с Кано замкнули огненное кольцо объятий, едва переступив порог дома. Фэанариони с размаху окунулись в безбрежное море света и тепла, затаив дыхание наблюдая за встречей. Исчезли в его глубинах, превратившись в искры Негасимого пламени, и вознеслись ввысь, впитав в себя любовь Единого. Мелодия Эру вела за собой, кружила в дивном танце пять сияющих душ…
***
Нэрданель заботливо укрыла покрывалом заснувшего Тьелкормо и, выйдя из покоев сына, прислушалась к своим ощущениям. Дозваться до мужа осанвэ не получилось, но по пришедшему отклику нолдиэ поняла, что сейчас его лучше не беспокоить. Тем более, что со стороны леса послышалось ржание и конский топот. Наконец-то! Мудрая поспешно сошла вниз по витой лестнице в просторный холл и, выбежав на крыльцо, увидела, как верные открывают врата и во двор въезжают три всадника. Искусник спешился первым, протягивая руки жене. Тьелперинквар, соскочив с коня, передал его эльфам, а сам вышел навстречу отряду. Тирионцы завороженно остановились на почтительном расстоянии перед Форменоссэ, удивляясь её красоте и чудесному свету, исходящему от северной твердыни. Кто-то из мастеров Аулэ поравнялся с пролёткой, в которой сидел Морифинвэ с невестой, и вежливо поинтересовался у лорда, в каком восстановлении нуждается сие творение? Карантир недоуменно нахмурил брови, не понимая, о чём идёт речь, а потом громко рассмеялся.