Новая история Арды (СИ)
— Я докажу тебе обратное, атто! — Нельо прочертил своим мечом широкую дугу, с наслаждением ощущая в правой руке привычную тяжесть.
— В бой! — скомандовал Фэанаро и отступил на несколько шагов назад под шквальным напором старшего сына.
Майтимо с азартом продолжил атаковать, а остальные братья во главе с матерью расположились чуть поодаль, чтобы не мешать бойцам. Никто из них не уловил тот миг, когда ситуация кардинально изменилась: оба меча слились в единое целое, своим яростным звоном высекая искры, вспыхнувшие звёздами в темноте ночи. Благостное выражение лица Нельо исподволь сменилось на сосредоточенное - отец был пусть менее опытный, но достойный противник. Меч Майтимо негодующе загудел, сталкиваясь с огненным и раз за разом преодолевая невидимую преграду, ореолом окружавшую отцовский клинок.
========== Огненные клинки ==========
Комментарий к Огненные клинки
https://www.youtube.com/watch?v=tZe-vV-UKA0 RHAPSODY OF FIRE - The Legend Goes On
https://www.youtube.com/watch?v=9cmTGPWOdLs&feature=emb_logo Sabaton - Man Of War (Kingdom of Heaven)
Прочитав заклинание, я увидел
Открывшиеся мне фрагменты будущего…
Долины, что зелены…И я хочу быть там…
Я увидел гору, которая всё так же сверкает,
Мечтательных людей, поющих песню;
Призрак войны сгинул в небытие.
Там, где в небе парят орлы,
Над золотыми полями раскинулось Королевство Магии.
Достигаю этого края, касаюсь мечты.
Истории все еще не поведаны,
Легенда по-прежнему жива -
Я видел это…
Эта ночь скоро уйдет,
Рассвет приближается.
Мой договор потеряет силу,
И я буду свободен.
Больше никакой мести, никакой тьмы, которую нужно исцелять,
Сады будут цвести,
Любовь всей моей жизни будет жива и здорова,
Призрак войны канет в небытие.
( RHAPSODY OF FIRE - The Legend Goes On)
Бой отца и старшего настолько вдохновил остальных, что братья похватали первые попавшиеся под руку палки и разделившись по парам, тоже начали спарринг.
Нэрданель отошла подальше и, присев на край колодца, с замиранием сердца стала следить за своими «мальчишками». Если в привычной семейном обстановке они были прежними - весёлыми и беззаботными, то сейчас нолдиэ видела опытных, подчас жестоких друг к другу воинов. Двор крепости был лишь немного подсвечен фонарями, поэтому клинок мужа ярко горел в ночи. Фэанаро с азартом бился наравне с сыновьями, и Нэрданель, в который раз почувствовав себя намного старше их всех вместе взятых, тут же вспомнила, как робко подошла к зеркалу после первой ночи с возрождённым Фэанаро. Отражение её немало удивило, но не огорчило, а обрадовало. Как такое возможно? Это дар Ваны? Но чем жена Пламенного заслужила такую милость от валиэ? Или в этом всё же был виновен огонь души мужа? Даже сейчас, наблюдая за его то плавными, то стремительными движениями во время учебного боя, эльфийка поймала себя на мысли, что с нетерпением ждёт окончания тренировки, трепетно предвкушая скорую близость. Если по дороге в Форменос сын всерьёз опасался за её здоровье, с плохо скрываемым страхом смотря на истончившуюся донельзя хроа, то сейчас Нэрданель, проведя весь день в мастерской, не ощущала себя уставшей. Да и по детям не видно было усталости. Что пошло вспять в благословенном краю? Теперь нолдиэ казалось, что её долгая-предолгая жизнь после Исхода была немыслимо длинным сном, и только сейчас здесь, в Форменосе нолдиэ наконец-то проснулась от вековечной спячки. Её тело хранило тепло рук Фэанаро после вчерашней ночи, а душа сладко замирала в ожидании сегодняшней…
Внезапно в бою мужа со старшим что-то произошло, и Нэрданель невольно подалась вперёд, проследив взглядом за выбитым из руки Майтимо мечом, а клинок Пламенного исчез из ладони мужа, словно его и не было. Пламенный обнял тяжело дышавшего сына и, похлопав по спине, широко улыбнулся.
— Хватит на сегодня!
— Да, точно, — Нельо повёл плечами, чтобы снять напряжение, потряс головой и наклонился за упавшим мечом. — Что-то я расслабился в последнее время…
— Всё хорошо, йондо, — Пламенный поднял руку, прекращая тренировку остальных сыновей. — А теперь по одному подходите ко мне.
— Да, атто, — Макалаурэ первым отбросил палку и, обняв Карнистира, улыбнулся брату. — Весьма неплохо для первого раза.
— Не обольщайся, Линдо. Это я слегка не в форме, — хмыкнул Морьо, и они вдвоём шагнули к отцу. Вслед за ними прекратили бой Амбаруссар, тоже подбегая к Фэанаро.
Последними закончили Тьелко с Курво и громко рассмеялись, разглядывая измочаленные палки в своих руках.
— Отличный бой!
— Кано, ты первый?
— А Нельо? — менестрель хотел уклониться от отца, но Пламенный уже приобнял его сзади и заставил вытянуть вперёд руку. Макалаурэ кивнул, сосредоточился на своей правой ладони и, затаив дыхание, уставился на неё. Долгое время ничего не происходило, и нолдо с облегчением выдохнул: именно в этот момент в его руке ослепительной вспышкой возник клинок.
Менестрель от неожиданности чуть не выпустил его, но отцовские пальцы твёрдо легли на рукоять меча поверх его руки, и Кано ощутил в груди неведомое ранее чувство обладания огненным оружием: ярко горевший во тьме клинок радостно запел от предвкушения битвы. Линдо почувствовал, как его собственная энергия толчками, словно кровь перетекает из руки в клинок, порождая на лезвии витиеватые огненные узоры, а те в свою очередь складывались в тенгвы боевой песни.
— Линдо! Ты смог! У тебя получилось! — на разные голоса заорали остальные, а Майтимо, ощутив уже знакомый зуд в правой ладони, рывком вытянул руку вперёд и стал следующим счастливым обладателем огненного меча.
— А я? А мне? — восторгу феанариони не было предела. Братья пытались повторить действия старших, а те с азартом ринулись навстречу друг другу испытывать новое оружие в деле.
— Тьелко, ко мне, — Фэанаро рукой поманил к себе Светлого. Тот подошёл, всем своим видом показывая совершенное безразличие, но отец видел, как азартно блестят глаза Охотника.
Пламенный властно приобнял сына и заставил его вытянуть вперёд руку. В это время Амбаруссар, не дожидаясь своей очереди, замахнулись воображаемым оружием на Морьо, и тот с негодующим воплем отскочил в сторону.
— Вот же орочье дерьмо! — на том месте, где он только что стоял, тлели два огненных шарика.
— Ой, прости, торон, мы не хотели! — близнецы прыснули от смеха, со всех ног бросившись удирать от взбешенного их творением брата.
— Сосредоточься на своей ладони, йондо, — проводив взглядом вихрем унесшихся младших, Фэанаро потряс напряжённой рукой Тьелкормо, и тому показалось, что в его кулаке замельтешили крошечные искры. Искусник встал рядом в ту же позу, в точности повторяя движения брата и внимательно слушая пояснения отца.
— Представь, как твоя злость к врагу становится жидким огнём, что мчится по твоим жилам, и собирается в твоей ладони.
— Да, атто, — Турко поиграл желваками, представив перед собой Эола.
— Теперь позволь этому пламени стать расплавленной сталью, стечь к пальцам и создай оружие.
— Да, атар, — Светлый выдохнул, выплескивая свои эмоции наружу и представляя, как его огненный клинок насквозь пронзает ненавистного телеро. Пламя в руке угрожающе загудело, но совершенно идеальное лезвие едва появившись, мгновенно исчезло, а вот в ладони Атаринкэ вместо меча оказался шар. Тот не испарился, а повис в воздухе, во все стороны плюясь сгустками пламени, и Искусник с недоумением уставился на сотворённое чудо.
— Что это, атто?
— Отойди, не трогай! — Фэанаро едва успел оттолкнуть детей от парящего в воздухе файербола, как он с жутким треском взорвался.
— Вот это разряд! — восхищённо присвистнул Курво, разглядывая оплавившиеся плиты двора на месте взрыва.
— Йондо, если хочешь кидаться огненными шарами, то это делается так! — Пламенный сжал правую руку в кулак и с силой метнул сгусток пламени за крепостную стену.