Старый замок хочет поиграть

– Вот именно, производит, – буркнул Варга. – В смысле да, он умеет показать себя с хорошей стороны.
– Важное умение, не правда ли? – с совершенно непонятным выражением лица заметил баронет.
Леа начала подозревать, что упускает что-то важное. По крайней мере, злость Матьяша она ощущала почти физически.
– И кстати, Сандору он тоже понравился.
– Кому? – одновременно спросили собеседники.
– Виконту Александру Чарду. Он сказал, что вы тоже уже познакомились. О, кстати, а вот и он, – юноша кивнул куда-то вперед, и Леа заметила у самого верха лестницы еще одного молодого человека.
Им оказался вчерашний блондин, показавшийся девушке излишне миловидным. Сейчас она не поменяла своего мнения, разве что в этот раз отметив великолепную осанку и изящный поворот головы. «Будто позирует для портрета», – мысленно хихикала Леа, пока длился неизбежный ритуал знакомства, в который, как брошенное умелой рукой копье, врезалась Шарли, как всегда веселая, активная и полная идей. Все вновь закрутилось вокруг нее.
Леанора на миг отвлеклась, заглядевшись на ближайшие к лестнице фрески. Закованные в броню рыцари отважно охраняли коридор и вели себя как положено благопристойному рисунку, а вот лохматый бард в зеленом, притулившийся со своей лютней рядом, самым наипохабнейшим образом подмигнул девушке. Она вздрогнула, не сразу сообразив, что это игра света и тени.
Ее дерганье заметил Анталь и, как ни странно, стоящий с другой стороны Сандор. Правда, этот ограничился лишь вопросительным взглядом.
– Вас что-то беспокоит, Леа? – вежливо уточнил причину ее телодвижений первый.
– Нет… В смысле да. Я порой, эм, весьма впечатлительна. Мне кажется, что изображенные на фресках, – девушка поколебалась, озвучивать ли свои видения, и не стала вдаваться в подробности, – смотрят на меня.
– О, это известный эффект. Есть такие мастера, – охотно начал рассказывать Матьяш. – Суть этого фокуса в том, что на самом деле взгляд персонажа направлен просто перед собой. И разумеется, художник должен нарисовать так, чтобы человек на картине казался не плоским, а объемным. И вот когда эти два фактора сочетаются, то кажется, что даже при перемещении зрителя нарисованный персонаж всегда смотрит на него. Причем если в комнате находятся несколько человек, это ощущение будет у каждого. Тот, кто создавал эти фрески, весьма постарался, я считаю. Практически каждый изображенный выписан с этим эффектом. Даже меня оторопь берет.
«Это он тебе еще не подмигивал», – мысленно проворчала Леа.
Компания шумной толпой отправилась на поиски столовой, которые, впрочем, не затянулись: слуги проводили прямо до нее. Около самых дверей они встретили Клариссу. Выглядела она неплохо. Более того, активно препиралась с рыжеволосым юношей. «Этьен Плеймонд, – вспомнила Леа. – Его зовут Этьен Плеймонд. Сосед, но не друг Матьяша».
– Не поддавайтесь его обаянию, виконтесса, – сразу после приветствия заявил тот, кивая на рыжего. – Он четвертый сын у своего отца. Да и уровень магии оставляет желать лучшего.
Сказано было приятельским, подначивающим тоном, но Этьен вспыхнул весь: даже уши покраснели.
– Матьяш! – возмутился он. – Вечно ты все вывернешь! Мы просто общались!
Но взгляд, который юноша бросил на Клариссу, выдал его с головой.
– Мы с милым Этьеном, – та улыбнулась вполне дружелюбно, – путешествовали вместе на корабле. Видели удивительно красивые места.
Матьяш тем временем предложил ей локоть, как совсем недавно Анталь – Леаноре, и повел ее в столовую, увлеченно слушая рассказ девушки.
Этьен понуро поплелся следом.
«Да-а, они явно переоценивают наш голод, – подумала Леанора, оглядывая многочисленные яства, которых никак не ожидаешь на завтрак, например, жареную утку или фаршированные перцы. – Хотя… – судя по взглядам молодых людей, они явно одобряли такой подход. – Натан тоже вечно голодный, сколько ты его ни корми».
Столовую оформили в классическом стиле: дубовые прямоугольные панели, огромный камин, в котором можно зажарить кабана, гобелены с охотой на стенах, тяжелые люстры, а в самом конце большущий гонг, которым раньше созывали на трапезу.
 
Во главе стола из темного дерева сидел, а сейчас уже поднялся худой, несколько даже болезненный мужчина старше гостей лет на десять. Темные волосы, неприятно неправильные, но при этом тонкие черты на бледном лице создавали образ дворянина, но не избалованного и пресыщенного, а честно служащего на своем месте.
Мужчина представился Джаносом Хэри.
– Замок принадлежит моему дяде по отцу, но он предпочитает нашим краям столицу, что и понятно, – через силу улыбался он и, убедившись, что дамы сели, опустился на стул и сам. – Я же занимаю в замке Сольгер пост управляющего, чем и обязан радости знакомства с будущей магической элитой страны. Прошу вас, располагайтесь, как вам удобнее, и угощайтесь. Если будут какие-то особые пожелания, обращайтесь к слугам, они будут рады помочь вам.
Судя по длине стола, его создавали для многолюдных пиров, однако сейчас накрыли всего несколько мест. После того как все уселись, обнаружилось, что два прибора лишние.
– Мы ждем еще пару гостей. Они прибыли под утро и, возможно, решили обойтись без совместного завтрака.
Присутствующие принялись за еду, кроме Сандора, который посмотрел на управляющего и произнес:
– Лаор [8] Хэри, – голос у него оказался приятный, явно поставленный, – мы искренне благодарны вам за гостеприимство. Оно поражает воображение, как и сам замок. Хотел бы я, чтобы у нас было побольше времени, чтобы его осмотреть. Даже жаль, что мы должны в скором времени вас покинуть.
И он потянулся к бокалу с малинового цвета жидкостью. Вина на завтраке не подавали, так что, скорее всего, какой-то морс.
– У вас будет такая возможность, – небрежно обронил Джанос. – Видите ли, вчерашний дождь мало того, что не унялся, так еще и размыл мост через Липель, и, увы, пока его не восстановят, надежной переправы к академии нет.
Девушки переглянулись. У Леаноры появилось неприятное чувство захлопывающейся ловушки.
– Вот как? – неприятно удивился Сандор. – Я слышал, этот мост – одно из самых древних сооружений в своем роде и незыблем до сих пор. Как сказал бы мой батюшка, умели раньше строить. Так что же случилось?
– Наш мост действительно один из древнейших, – ответил улыбкой управляющий. – Монументальное сооружение, гениальное в инженерном плане. Все это заставляет нас относиться необычайно внимательно к его состоянию. К сожалению, время беспощадно, а Липель только кажется смирной. Регулярно эти двое пробуют на прочность то одну опору моста, то другую, и небольшой ремонт становится неизбежен, в первую очередь для того, чтобы он не стал большим. Не волнуйтесь, день-два, и дорога снова станет проходимой.
Леа вдруг подумала, что можно было бы отправить Ганса проверить, что там на самом деле с мостом. Но за окном по-прежнему хлестал дождь, а тело еще ныло после поездки в карете. Кстати…
– После вашего рассказа, – подхватила она эстафету улыбок, – я уже хочу увидеть этот знаменитый мост. На меня и дорога сюда произвела немалое впечатление. Мы так быстро ехали… Мне даже показалось, что лошади чего-то испугались. У вас водятся опасные хищники?
– Опасные хищники, – ответил Джанос Хэри, – водятся везде. Но мы с соседями регулярно прореживаем их поголовье. Охота в здешних землях весьма популярное развлечение. Но скорее всего, возничие подхлестнули коней, чтобы добраться до замка побыстрее. Глупые предрассудки…
– Предрассудки?
– Да, ерунда всякая, в которые верят необразованные люди, – поморщился управляющий.
Леа постеснялась дальше расспрашивать, а разговор поддержала уже Шарли:
– Сольгер просто потрясающий. Никогда не видела столько фресок. Даже в храмах!
Послышались разнообразные поддакивания. Леанора заметила, что Сандор и Анталь куда больше внимания уделяют разговору, чем еде. Этьен почти не замечал ни яств, ни беседы, не отрывая взгляда от Клариссы. Та старательно его не замечала. Матьяш отчего-то злился. С такой внешностью, как у него, даже малейшее недовольство выглядело зловеще.