Гарем стервозных мажорок 2 (СИ)

— Прямо как вы, — усмехнулся Виктор.
— Знаешь ли, я тоже уникальная магичка, и тебе очень сильно повезло, что вчера ты попался мне на глаза — считай это знаком судьбы! — в голосе девушки появилась неприкрытая патетика.
— А что по деньгам, ты говоришь? — после нескольких секунд молчания Виктор перевёл тему.
— Официальная оплата по контракту — она умеренная и не привлечёт к твоим счетам лишнего внимания, а вот разные премии и представительские расходы мы будем платить тебе наличными в любой валюте, которая тебе удобна.
— Ну, звучит хорошо, — Виктор даже приободрился.
— Ты согласен?
— Давай так — я ещё хорошо подумаю и четвертого числа скажу тебе окончательный ответ, идёт? — решил немного проверить её Виктор.
— Справедливо. Как я уже сказала — тебе решать, — кивнула Хельга, и Виктор немного успокоился — он ожидал давление и уговоры.
— Хорошо. Ещё вопрос — ты феминистка?
При этих словах на лице Хельги появилось выражение удивления, смешанное с легкой тревогой, но она быстро взяла себя в руки и мило улыбнулась.
— Я сторонница социального феминизма — что в этом плохого?
— Ничего, наверное, — развёл кисти Виктор. — Социального или радикального?
— А почему ты спрашиваешь? — девушка на несколько мгновений прикусила свою нижнюю губу и даже втянула её немного.
— Новости вчера видел про некую фемофюрерин Зейсс-Вальдек из Германии, — Виктор чувствовал, что уже пришёл в себя и даже чуточку перехватил инициативу в разговоре — это его радовало.
— Хах, какой ты разносторонний юноша, — в голосе Хельги явно была легкая растерянность, хотя она старалась это всячески скрыть. — Мы с Урсулой — дальние родственники, это довольно известный факт, хотя и не афишируемый.
— Но ведь она — радикальная феминистка.
— Понимаешь, на словах она много чего обязана заявлять… — начала говорить Хельга, но нахмурилась и замолчала на несколько секунд, потом продолжила: — Я не радикальная, если тебя это волнует!
— Да, волнует, — на полном серьёзе сказал Виктор, внутренне улыбаясь — ему почему-то стало гораздо легче на душе.
— Давай не будем о политике, хорошо?
— Хорошо, — согласился Виктор. — Итак, до следующего четверга?
— Да, — кивнула Хельга. — Но если что-то срочное — обязательно звони, в любое время, понял?
— Договорились.
— Очень рада была пообщаться с тобой! — Виктор и Хельга прошли к лифту, учтиво кивнули друг другу, она ушла в один из кабинетов, а Виктор дождался лифта и спустился вниз, в вестибюль, обдумывая всю эту ситуацию — вопросов было очень много, а вот ответы надо было искать самому.
«Маги-уловители — что это вообще такое, много их вообще?» — это был вопрос личной безопасности.
В вестибюле было всего несколько человек, которые сидели возле барной стойки и на пуфиках у окна. Откуда из коридора доносился глухой голос — Виктор понял, что в большом зале ещё продолжалась презентация новой видеокарты, но ни настроения, ни особо смысла туда идти не было, поэтому он медленно прошёл к выходу, потом немного постоял возле входа в здание, рассматривая развевающиеся на ветру флаги и раздумывая о разных версиях происходящего. По поводу Хельги и её слов — никакого доверия он к ней не испытывал на данном этапе, хотя кое что и прояснилось с этим главенством на бета-тесте.
«Зачем мой двойник влез в это дело? Случайность ли это? Прежде всего — надо про Цоя выяснить. Если здесь тоже был Цой с его песнями — хотя как это возможно, то тогда самые параноидальные версии можно исключить, а вот если его не было, тогда эта фирма однозначно знает про мою ситуацию. Только совсем непонятно, откуда? Хельга что-то говорила про новое, уникальное оборудование — может, они эксперименты проводят? Хороший интернет — только дома у Анжелики, только вот насчёт самой Анжелики тоже полно вопросов — какая причина её интереса ко мне, она что-то знает про меня или это всё — случайность? Или она — тоже какой-то маг-уловитель или нечто подобное?» — этот, ещё вчерашний вопрос, тоже оставался без ответа.
Виктор пока что решил не откровенничать с ней без крайней нужды, и всё выяснить постепенно — хотя в этом был серьезный риск сам по себе. Но и откровенность, и скрытность — в данном случае оба варианта были ничем не лучше друг друга, но ничего другого не оставалось — строго формально он был обычным парнем с минимальным магокэфом, и она имела на него законные права, хотя это и звучало абсурдно — у Виктора в голове до сих пор не укладывались все эти реалии.
 
«И с этим магокэфом тоже ничего непонятно — то он скачет, то он стабилен, надо бы его как-то измерить. Получается, что вроде бы как ритуал очень сильный, но на более продвинутом оборудовании скачки магокэфа вполне улавливаются — может, про это говорила Хельга, когда намекала на опасность для меня? Типа, не одна она такая уловительница? Надо где-то узнать про все эти классификации магов, что и как взаимодействует и от чего зависит, тогда я смогу хоть немного противодействовать», — размышлял Виктор, углубившись в сквер, купив себе эскимо и свернув потом налево — он хотел выйти на Флотский бульвар. Дальше его мысли перенеслись на «контрразведку» — то самое могущественное ведомство, которое ещё сто лет назад имело имидж «белого ЧК»: — «В принципе, Хельга права — раз уже начали проявляться все эти скачки, то рано или поздно я попаду в прицел внимания этого ведомства. Может быть, моя маман что-то знала, раз решила втайне от папаши вернуть мне память и личность. Почему не вернула и мой реальный магостатус — не смогла или не захотела? Одни долбаные вопросы, и хуже всего именно то, что я не знаю, откуда подступиться — катастрофически не хватает знаний, а скорее даже — образования. Баран этот чем вообще занимался, кроме игр? И с памятью проблемы — явно не всё ещё вернулось, надо витамины пить, лекарства», — раздражение Виктора перешло на его двойника, который бы полностью виновен в сложившейся ситуации.
Когда уже был виден поворот с Флотского бульвара к Марковским казармам, Виктор достал планшет и позвонил Анжелике.
— Алло! — раздался её голос секунд через восемь гудков.
— Как настроение, милая? — спросил Виктор и добавил ласкательный эпитет, потому что голос у неё был невеселый.
— Арине нехорошо, я привезла её домой на такси, а теперь надо собираться в аптеку, там куча лекарств по списку, — вздохнула Анжелика.
— Слушай, ты ж на машине будешь?
— Да, милый.
— Подбери меня на Флотском, на повороте к казармам — и поедем вместе, мне тоже надо купить лекарства.
— Очень рада, что ты позвонил, — голос Анжелики явно повеселел. — Хорошо, мы так и сделаем — ожидай меня, но не попадайся на глаза черным патрулям, а то ещё одну невесту себе найдёшь, — даже хихикнула она.
— Угу, это точно. Когда ты будешь?
— Минут за пятнадцать справлюсь — я как раз покушала и одеваюсь.
— До связи, Энджи!
— Целую, милый!
Погодка была замечательная — солнце, чуть прикрытое облаками, светило по-весеннему нежно, и Виктор решил прогуляться по бульвару в сторону поворота — особого смысла стоять здесь не было, а возле казарм виднелось скопление юнкеров, поэтому он двинулся в сторону виднеющейся далеко впереди автобусной остановки, продолжая строить в голове разные версии и пытаясь копаться в собственной памяти.
«Интересная здесь архитектура — какая-то изящная, что ли, нет этой мрачности советского ампира, стиль с итальянскими мотивами — вся эта лепнина, вычурные балконы, сочетания цветов», — взгляд непроизвольно цеплялся за дома через дорогу.
Сведений было немало, но ничего конкретно нового после сегодняшней таблетки уже в голову не приходило, да и то многое, что вертелось в голове, ещё надо было систематизировать и обдумать — Виктор отметил себе, что надо будет у Лизы конкретнее узнать об этой чудо-таблеточке, а ещё ему пришла мысль, что и саму Лизу можно периодически использовать как источник информации — в казармах явно имелась и хорошая библиотека, и компьютерные терминалы с высоким уровнем гражданского доступа. Думая об этом, он лениво шёл по не очень людному бульвару — людей было немного, и как ни странно — машин тоже: за пятнадцать минут мимо проехали только два автобуса, пяток легковушек и тентованный грузовик, несколько групп юнкеров прошли в сторону казарм по другой стороне бульвара. Уже виднелись автобусная остановка метров через двести и ворота парка «Дружба» в полукилометре от него. Наконец, ещё минут через пять, километрах в двух от него, в поворот нагло заехала машина — Виктор узнал даже издалека цвет машины Анжелики.